Незваные...
Шрифт:
«Зазвонивший» клоп одновременно подавал слабый электрический разряд в палец и показывал Полехе голографический участок пустыни, где в песке внезапно образовалась колоссальная воронка, размеры которой трудно было определить на глаз. В ней огромным водоворотом бурлил песок, увлекая за собой барханы. Затем окружность её начала хаотично вздыбливаться, словно под пустыней был в несколько метров толщиной пласт бетона или скальной породы, внезапно разверзшийся. Затем какая-то исполинская сила вывернула наружу края каменного жерла и над поверхностью пустыни стали подниматься беспорядочно нагромождённые
Несколько секунд длилось это страшное зрелище и внезапно прекратилось, будто приглашая двух своих зрителей посмотреть на возникшее творение: посреди пустыни стояло сооружение, отдалённо напоминающее броневой форт или замок, окружённый подобием грубой, неровной каменной стены. Но размеры превосходили любую крепость. Отдельные неустойчивые глыбы то тут то там ещё соскальзывали с более крупных вертикальных монолитов и с шорохом погружались в песок.
Сергей и Марина, каждый на своей платформе, соблюдая безопасную дистанцию, стояли почти у подножия монумента и рассматривали его в стереовизоры со всех сторон. Он уже издали производил гнетущее впечатление. Ни одна песчинка больше не приходила в движение после только что бушевавшей стихии. Песчаная пыль уже развеялась на ветру и осела.
В капсулах было тепло и комфортно. Спутники решились подняться в воздух и живыми глазами осмотреть внутренности каменного «террикона». С некоторого расстояния явление напоминало именно террикон, поскольку очертания его профиля с учётом размеров имело искажение в перспективе: сужалось кверху, как гора или искусственная насыпь из скальных обломков.
Высота «крепостной стены» достигала в некоторых местах ста, а то и более метров. Внешний диаметр – трёхсот, это несколько футбольных полей. Никакой предполагаемой дыры в центре относительно небольшого кратера не было Нагромождение плит, обломков расслоившихся на пластины камней разного цвета – от белого, светло-желтого до красно-коричневого и почти чёрного – вперемешку с песком устилали дно центральной части конструкции. В нескольких местах виднелись островки девственной пустыни без единого камешка или обломка плиты. Попытаться преодолеть естественным путем «террикон» было бы очень затруднительно и под силу, может быть, только опытному скалолазу с соответствующим снаряжением. Ни одного лаза, прохода, даже узкой щели между внешним кольцом гигантских плит не обнаруживалось.
– Что будем делать? – спросила Марина.
– Тебе кажется, мы должны проникнуть внутрь?
– Я убеждена, что должны. Нас зовёт она.
– Почему она?
– Дыра. Я её так назвала. Там внизу что-то есть. И доступ туда открыт только для нас.
– А может, выйдет кто, Мариш?
– Да, и так может быть.
И только сейчас два живо общающихся человека обнаружили, что говорят, не издавая ни звука. Серж и Марина уставились друг на друга. Каждый был в своей капсуле на расстоянии вытянутой руки.
– Ты ведь не открывала рта?
– И ты?
– Всё, Муся, вот тебе и ответ на наш вопрос. Двусторонняя телепатическая связь.
– А как это случилось? Я не поняла.
–
– Может, потому что мы в капсулах?
– Может. Об этом я не подумал. Позже попробуем. Так идём или нет? Или ты думаешь, что для демонстрации двусторонней связи понадобилось взрывать пустыню и городить весь этот огород? – Серж обвёл взглядом фантастический монумент, простирающийся под ногами, с высоты птичьего полёта. Теперь он выглядел как искромсанный торец идеально круглой многослойной трубы, торчащей из земли и забитой каменным крошевом и песком.
– В капсулах пойдём?
– Пока да. В них безопасно… Погоди-ка, я на мгновенье исчезну. Если не появлюсь через 2-3 секунды, уходи тоже.
Марина, поняв замысел Сергея, согласно кивнула.
Полеха представил бункер и тут же очутился в нём. По-прежнему горел фонарь на полу.
– Всё в порядке. В любой момент мы сможем убраться отсюда. А ты видела, куда я ходил?
– В свой таинственный бункер? Нет, не видела, догадалась.
– А сможешь туда же попасть?
– Попробовать?
– Да.
– Тогда ты первый. Я только взгляну, где ты, и махну следом, если получится.
Полеха вновь оказался в бункере. Марина была рядом через секунду.
– У-ух, – выдохнула она то ли от радости, что получилось, то ли от представшей её взору картине: и само сооружение, и разложенные на полу сокровища. – Это находится где-то под землей?
– Новомосковск. Тихий старый центр. Четырёхэтажка-сталинка, под ней подвал, под подвалом что-то вроде бомбоубежища. Я не уверен, но похоже. Правда?
– Я никогда не бывала в бомбоубежищах. Так, в кино только видела. А о нём много народу знает?
– Мне кажется, никто не знает. Во всяком случае, лет 30 здесь никого не было. Стал бы я оставлять вот так золото. Впрочем, убрать бы, бережёного Бог бережёт.
Пока они разговаривали, Полеха освещал помещение исходящим из руки рассеянным лучом дневного света, и не сразу заметил, что и без его помощи здесь было бы достаточно светло. Над головой Марины, как вмонтированный в потолок плафон, горела ярким светом полусфера голограммы.
– Ух, ты! – удивился Серж, впервые видя Маринин прожектор. – Это как?
– В подземелье научилась. Забыла рассказать. Попробуй, у тебя тоже получится.
Полеха сделал попытку. Немного неуклюже первые мгновения балансировал размерами и положением в пространстве своей светящейся сферы, потом освоился и «прилепил» её к потолку дальнего конца длинного коридора.
– Классно! – оценила Марина первый опыт друга.
– А я тут с профессором мучился, фонарём его снабдил. Такой светильничек вполне сошёл бы за обычный электрический.
– Ты об оценщике?
– Сегодня приводил его сюда…
Пришлось вкратце поведать о своих планах, созревших в то время, пока Марина была у репетитора.
– Правильно решил. Пусть профессор занимается.
– Ну так пошли?
– Куда?
– В пустыню.
– Погоди, а ты мне ничего не расскажешь больше о бункере? О кладе? На полу – это он и есть?
– Половина только, остальное не выкопал ещё. Позже, Мусь. Главное, ты теперь знаешь, где он. Если что, встречаемся здесь. А сейчас нас пустыня ждёт.