Чтение онлайн

— Тогда земля на пустоши? Она-то не исчезла?

— О нет! Правда, отец ограничил право наследования ее. Но я взяла эту землю в аренду на двадцать лет.

— И сколько вы платили за нее в год?

— Пятьсот гиней, но…

Неодобрение мистера Нортона смешалось с удовлетворением.

— Вы выгадали! Она стоит по крайней мере тысячу. Однако вы ухитрились арендовать за пятьсот.

Лицо Кейт исказила гримаса.

— Аренда была уплачена на двадцать лет вперед. Вот почему я была готова продать гостиницу так дешево этой леди из Лондона…

о, как ее имя? Кажется, Лидия…

Мистер Нортон был искренне встревожен.

— Мое дорогое дитя, не говорите мне, что вы потеряли все остальные ценности тоже!

От кивка Кейт чуть затрепетали концы шарфа из тонкой ткани.

— До последнего фартинга. Я натворила столько чудовищных ошибок в эти последние месяцы. Забери меня чума!

— Но столовое серебро? Гобелены?

— Ими завладели бессердечные ростовщики, мистер Нортон. Мне дьявольски не везет в этом году.

— О Господи! Не могу поверить. — Маленький торговец застонал и обхватил свою голову, которая внезапно стала влажной. Он чихнул от своего нюхательного табака, не получив должного удовольствия. Он был потрясен потерей таких больших денег. Большинство торговцев за год получали доход, который эта женщина потеряла за несколько месяцев!

— Может быть, есть какие-нибудь драгоценные камни? Вероятно…

Кейт откинула упрямый локон со своего уха. Нортон заметил, что ее тонкие пальцы были без колец.

— Клянусь, мистер Нортон, до вас слишком медленно доходит. Все, что у меня осталось, так это вот платье на мне и сундук со старомодной одеждой, которую ростовщики вряд ли могут высоко оценить.

— А ваши друзья? У вас их было так много. — Полное лицо Нортона сморщилось в беспокойном изумлении, отчего Кейт чуть не рассмеялась. — Я знал вашего отца, Кейт. Он был благородным и полезным человеком. Несомненно…

— «Чайное и торговое благородство», — заметила Кейт. Она наклонилась вперед, протянув тонкие руки к горящему огню. — Да, мистер Нортон, в надежде на признание у вас не было проблемы в поисках отпрысков, чьи семейства сражались за Великую хартию вольностей… — Она эксцентрично приподняла бровь. — Чьи предки были одеты в дерюгу и осыпаны пеплом, и чем меньше было дерюги, тем лучше.

Кейт Пенхоллоу поднялась с грациозной неторопливостью и подошла к окну. Начался дождь, а она торчит здесь и пока ничего не добилась.

— Теперь вы понимаете, мистер Нортон, почему я вынуждена уехать в Новый Свет?

— Вполне, — последовал неторопливый ответ.

Нортон подошел к своему столу и взял газету. Он сел и начал листать ее, пока не нашел статью. Ему не нравилось то, что он должен был сказать. Было что-то такое в безумно непрактичной дочери старого Пенхоллоу, что очаровывало его и в то же время приводило в ужас.

— Вы читали сегодня новости?

— Боюсь, что мало.

— Ну тогда прочитайте это.

— Нет. Вы уже читали, перескажите мне основное.

— Хорошо, — согласился маленький торговец мрачно, положив обратно сложенный лист. —

Если кратко, то война с Францией продолжается, мисс Пенхоллоу. И французы ужесточили свое эмбарго на перевозку английских товаров. Не думаю, что мы сможем послать много кораблей в колонии. Мы и так уже много потеряли.

— Почему вы продолжаете называть колониями земли в Северной Америке, мистер Нортон? Я думала, они уже добились независимости.

Мистер Нортон смущенно заерзал.

— Старая привычка, мисс Пенхоллоу. Важно то, что на наши корабли наложено эмбарго. Колонии симпатизируют французам.

— Эмбарго? — пробормотала Кейт. — Какое чарующее слово! Бью и Сину оно понравилось бы. Что оно означает?

— Оно означает, мисс Пенхоллоу, что колониям… то есть американцам, недоступны наши товары.

— Но почему? Что сделала им фирма?

— Я не имею в виду товары только нашей фирмы, мэм. Эмбарго распространяется на все британские перевозки.

— Странно, что война мешает торговле. Это, несомненно, очень интересно, но что же мне делать?

— Боюсь, мисс Пенхоллоу, список ваших неприятностей пополнится.

— Что вы имеете в виду? — Кейт недоверчиво повернулась к нему, поскольку знала, что все зависит от ее поведения. Она тяжело откинулась на спинку кресла. — Вы хотите сказать, что не можете обеспечить мне поездку в Новый Свет?

Его неотесанное, круглое лицо выражало сочувствие. Нортон встал из-за стола и вышел вперед.

— Это не означает, что я не хочу перевезти вас, мисс Пенхоллоу. Это значит, что я не могу. Вы и другие, кому крайне необходимо уехать, вряд ли смогут сделать это, пока продолжается война. И вам следует смириться с этим.

Его слова били по ушам Кейт, словно деревянная дубинка по чурбану. Горло ее сжалось. С широко раскрытыми глазами она пыталась сосредоточиться на толстом маленьком человеке, который что-то говорил ей.

— Запомните мои слова, мэм, в течение этого года большинство торговых домов будут вынуждены бороться за свое существование, и многие фирмы навсегда закроют свои двери. Видите эти пристани, задыхающиеся от бездействующих кораблей? Вероятно, это вам будет неинтересно, но в 69-м и 70-м годах ваш отец и я узнали, что может сделать эмбарго. На этот раз я намерен подготовиться лучше.

— Значит, вы не обеспечите мне поездку в Америку?

— Я хочу помочь вам, мисс Пенхоллоу. Ваш отец был настоящим другом в прежние дни, когда наша фирма только начинала дело, покупая акции, и когда мы нуждались в новом корабле. — Мистер Нортон тяжело переместился. Он не любил говорить о периоде основания своей компании. — Это было, конечно, рискованное капиталовложение, однако все обошлось, — заключил он, запинаясь.

— Тогда и я сделаю не меньше, чем мой отец, — сказала Кейт оживленно. — Так как вы не пошлете корабли в Америку, пока продолжается война, Господи убереги нас, и многие будут стоять без дела, может быть, я смогу договориться о покупке одного из них?