Нереал
Шрифт:
— Знаю “Анжелику”!
Я ее действительно знал. И добровольно туда во второй раз бы не пошел. Там я отравился чаем с булочкой. Если кто скажет, будто это невозможно, не верьте! Возможно. И еще как!
— Ну так ровно в четыре заходите туда, садитесь за столик у крайнего окна, там, где будет лежать раскрытая книга в Красной обложке, и ждите.
— Не так уж глупо, — заметил Вася, когда я передал ему разговор. — Вряд ли это кафе ломится от народа. Там можно спокойно поговорить. А если на прием к магу явится шизофреник — есть кому помочь его выставить.
— Вместе
— Можно! — Вася вдруг развеселился. Оказалось — он никогда не беседовал с живым магом. И этот поход для него — ну, как для ребенка цирк! В цирке дядя клоун тем, кто сидит в первом ряду, может подарить шарик или конфетку. А маг, наверно, покажет фокус. Возьмет и материализует бриллиант в сорок каратов!
Мы честно заявились в “Анжелику” без одной минуты четыре.
Мы вошли, как ведено, обнаружили загнивающее заведение, где не меня одного, видать, умудрились чаем отравить, подивились тому, как это оно еще держится на плаву, и проследовали к дальнему окну.
К нему торцом был приставлен стол, а на столе мы увидели толстую раскрытую книгу в красной обложке. Чтобы не закрывалась, сверху лежала бронзовая штука, диск с кривыми рожками, числом восемь, и на каждом загогулина выгравирована.
Мне стало страшно.
Это была не просто книга — а книга заклинаний! Вот прочитаешь сдуру что-то не так — и козленочком станешь...
Не сговариваясь, мы заняли два стула подальше от книги.
Ваське не грозит опасность стать козленочком, как не грозит она старому, умудренному опытом козлу, подумал я, все еще недовольный тем, как Васька бросил меня за киоском. Ну да ладно... сам — дурак...
Мы молча смотрели на эту книжищу как два зачарованных идиота ожидали, наверно, что страницы шелохнутся, из них выкарабкается, как из-под одеяла, зеленый чертик и скажет:
— Ну, привет, я — Астралон!
— Добрый день! — сказал почтенный пожилой мужчина, на три четверти седой. — Позвольте...
Он чуть подвинул меня вместе со стулом, протиснулся и сел, положив руки по обе стороны красной книжищи.
И мы поняли: это — Астралон!
Уж чего-чего, а кокетства мы с Васькой от мага не ожидали. Мы еще допускали, что пожилая дама, которая шастает по Интернету в поисках романов и женихов, помещает там свое фото тридцатилетней давности. Но чтобы мужчина?..
Очевидно, он сразу разгадал наше недоумение.
— Я не таков, каким вы ожидали меня увидеть, — сказал он. — Но нам нужно быть очень осторожными с фотографиями. Вам, кстати, тоже. Попавшая в плохие руки ваша фотография — это канал связи с вами, вы это знаете?
— Знаю, — немедленно соврал Вася. — А что, со временем этот канал слабеет, что ли? Или зарастает?
Мы оба и одновременно подумали про наш городской канал! Если его еще два года не чистить — по зелени на его водах можно будет пройти аки посуху.
— Очень просто. В течение семи лет человек полностью обновляется. И то, с чем связан снимок, уходит в небытие. То есть, удар, посланный по каналу, проходит мимо цели, — объяснил Астралон.
Этому
— Чем могу быть полезен? — осведомился он. Мы переглянулись.
Когда двое взрослых мужчин вполне серьезно ищут по объявлению мага, находят, вступают с ним в контакт — в этом есть что-то дикое. Для Васи — в большей мере, чем для меня, но все же...
— Видите ли... — Вася решил показать мне, что он отважнее, но неловкость-то девать было некуда! — Мы столкнулись со странным явлением. Оно похоже на то, что в вашей литературе называется “инкуб”. И мы читали ваше интервью. Скажите, пожалуйста, может ли быть, что в наше время в городе орудует инкуб?
— Вполне! — без тени сомнения заявил Астралон.
— Не черт с рогами, не Мефистофель, который соблазняет Маргариту...
Я вздрогнул. Маргарита!..
— О черте с рогами никто и не говорит... — донеслось словно с соседнего этажа. Очевидно, я ненадолго отключился. — Речь может идти о так называемых полевых формах жизни...
Полевыми бывают ромашки, подумал я, и маргаритки... Нет, маргаритки — луговые... Почему же она не звонит, маргаритка моя луговая, почему звонила весь вечер и даже часть ночи, а потом больше не захотела, почему?..
— Нет, тут речь не об астральных или эфирных телах, — толковал Астралон, а Вася слушал. — Вот наши тела состоят из молекул, так? А у них все на уровне элементарных частиц. Или даже на нейтринной основе.
Ого, подумал я, ничего себе маг!
— Эти существа представляют собой поле или состояние элементарных частиц, если для вас так важны научные формулировки. Они, вероятно, могут свободно проникать сквозь другие тела и предметы, пропускать свет...
— Так это же призраки! — обрадовался Вася. — А нам нужен инкуб!
— Погодите, я хочу завершить свою мысль. Есть еще микролептонные поля. И даже существует аппаратура для наблюдения за ними. И проводились опыты. Вы никогда не пытались представить себе, скажем женщину — в натуральную величину и со всеми подробностями?
— Ну, представлял, — честно ответил Вася. — Но, скажем так, в определенной обстановке.
— Так вот, в ту минуту, когда ваше воображение рисует вам женщину, возникает так называемый микролептонный кластер, — убежденно произнес Астралон. — То есть сгусток, что ли, на который аппаратура реагирует. Раньше, еще в прошлом веке, это называли эктоплазмой — почитайте Конан-Дойла!
Мы с Васькой переглянулись — про Шерлока Холмса все, что написал сэр Артур, прочитали, но насчет эктоплазмы там вроде ничего не было...
— Его статьи по спиритизму, — сжалился над нами Астралон. — Итак, силой мысли вы можете создать микролептонный кластер, но будет ли он существовать дольше, чем одна — две секунды, — это уже зависит от ваших способностей. Дело в том, что ваше же воображение довольно быстро этот кластер разрушает. Вы не концентрируетесь на образе, вам в голову приходят другие образы, а этот, как правило, гибнет.