Шрифт:
Я долгое время размышляла о том, почему так долго не писала о случившемся. Засыпая, я вспоминала увиденное, перебирала в голове событие по кадрам, как в кино, хотя мой психотерапевт просил этого категорически не делать. В любом случае я пришла к выводу, что просто боялась громко заявить о случившимся. Пару недель назад я думала, что самый верный способ как-то освятить это происшествие – написать в СМИ. Я как-то видела на сайте, что можно анонимно отправить историю, через специальную форму, чтобы журналисты из этого сделали материал. Конечно, если сюжет интересный. А то, что я решилась рассказать не
Именно такие размышления привели меня сюда, на чистый лист. Чистый лист – чудесное начало. Он не принуждает, не заставляет, не удивляет, он ждет, и его великая цель стать и трибуной, и оратором, и слугой одновременно для меня и для вас. Я слишком долго уважала независимость чистого листа, но теперь его отпуску пришел конец. Я больше не могу молчать. Если я сказать не могу, пускай это сделают за меня эти листы, эти буквы, которые кто-нибудь (я надеюсь) слышит в своей голове.
Пускай так, пускай лишь несколько человек рано или поздно узнают о вопиющем происшествии, но произошедшее будет освещено. Поверите вы в это или не поверите – дело ваше, а я больше не могу молчать.
Трап, парта, аттракцион
Я не люблю летать и плохо помню все, что связанно с 5000 км над уровнем моря, особенно, когда эта высота под моими ногами, а единственная опора – пол салона самолета. Однажды я красочно представила себя птичкой, которая видит летящий самолет со стороны, видит облака, ласкающие корпус самолета, голубое небо, солнышко, а внизу что-то похожее на жизнь. Больше я того не представляла. Мне стало дурно, ведь в это время я как раз летела в железной птичке, и под ногами было что-то отдаленно похожее на жизнь, от которой меня разделяли 5000 км.
Цель этих тяжб – удачная посадка в Малаге и пару месяцев стажировки. Цель стажировки – месячное изучение культурного наследия страны. Летела я от института по программе обмена студентов. Интересная перспектива для тех, у кого есть деньги. Чтобы не отвлекаться от повествования, скажу сразу, что поселилась я в кампусе одного из местных институтов и быстро обзавелась новыми знакомствами. Было интересно (единственное, что интересно) наблюдать за дружелюбием, с которым меня принимали. Видимо, студенты из-за границы не редкость. Вскоре я узнала, что каждый месяц прибывает новый студент, поэтому все привыкли к ломаному языку. Так меня успокаивали, если я правильно поняла.
Испания прекрасна летом тяжелыми жалюзи и бассейнами в тени. Поэтому считаю, что мне повезло приехать осенью. Я быстро приобрела карту, отметила нужные
В учебной поездке меня привлекали церкви больше, чем дома почавших поэтов, писателей, архитекторов и скульпторов. Храни Господь их былые умелые руки и вечные души, но дома их скучны и зачастую отличить их от домов местных жителей помогает только несчастная табличка с инициалами и достижениями. Соборы же могущественные и великие. Даже прохожий, не умеющий читать и писать, поймет, что перед ним – святое место, а дом писателя пропустит, ведь табличку, увы, не прочитает.
Меня этот парадокс начал удивлять и вдохновлять после первой экскурсии по центру светлого города. Готика во всей своей грандиозной пышности, воздушности и свободе, сливалась с моей душой, связывала ее магией кристальных звуков органа, навеки обрекая помнить ее и поклоняться. Как стены собора вибрировали от звуков инструмента блаженства и покоя, так моя грудная клетка вибрировала и сжималась в ответ. В такие моменты я чувствовала, что словно растворяюсь в соборе с недосягаемым потолком и реалистичными образами, которые хором поют голосом инструмента Ангелов. Наверное, в этом и кроется ответ на вопрос: почему я решила изучать культурологию…
Я сейчас пишу и понимаю, что если в этом чувстве, которое меня посетило в соборе, есть хоть доля божьего промысла, то бог жесток и ему бы не мешало поучиться чистоте у органа. Потому что лишь начав рассказывать вам о неприятностях, я улавливаю тонкую связь между событиями, которые произошли 15 апреля.
Получив божественный электрошок, он проник глубоко в голову. Я уловила, что это чувство настолько приятно, что я хочу еще. И я оставила изучать писателей и поэтов с их скучными домами и табличками. Я решила, что целый месяц посвящу изучением соборов Андалусии. Те, кто хоть немного знаком с географией, культурологией и антропологией испанской нации, могут дружно продолжать ухмыляться моей затее посетить все соборы Андалусии. Я бы обиделась на вас, если бы увидела ваше сомнение и ухмылку в начале своего пути, но на третий день эта затея оказалась невыполнимой. Те, кто ухмылялся, оказались правы. Чтобы проехать все святые места Андалусии мне бы понадобилось два года и денег столько, сколько я не получила за все обучение за четыре года. Взглянув правде в глаза, я выбрала четыре собора в четырех городах Андалусии. Выбор пал на Кордобу, где произошло историческое смешение христианского и арабского искусства, что было нонсенсом для меня, начиная с цветных страниц учебника. Затем я намеревалась остановиться в чудном городке Баесе и заодно посетить Хаен, который белыми домами стекает вниз по холму, венец которого вот уже много веков замок Святой Каталины. И ради экономии средств, на ближайшем ко мне соборе в Малаге.
Маршрут начинался с Малаги, перетекал в Кордобу, Баесу и завершался в Хаене. Именно там, в ничем не примечательном низком городке, произошло событие, перевернувшее мою жизнь с ног на голову.
Конец ознакомительного фрагмента.