Ненависть
Шрифт:
— Далеко нам?
— Не близко. — сухо ответил Унчури, восседая на своём скакуне.
К слову, средство передвижения у него было под стать его образу. Взъерошенное яркое фиолетово оперение птицы завораживало. Порой она пыталась расправить крылья, чтобы взлететь, но Унчури останавливал её.
Мы сбавили скорость, потому что дорога вела сквозь очередную Тихую бухту. На пути это была уже четвёртая небольшая деревенька. Не считая кулачного поединка здоровенного зеленокожего орка, обнажившего торс, с худощавым эльфом, что остался в кольчуге — это был островок спокойствия и мира. Тут же расположились несколько кочующих продавцов
Вскоре зелёные пейзажи сменили стены двух отвесных скал. Топот железных подков на лошадиных копытах эхом разносился в кромешной тьме каменного коридора.
— Если не желаешь вышагивать перед толпами дварфов-торгашей, что соберутся у врат к рассвету, нужно торопиться. — постоянно причмокивая из-за неудобных клыков сказал Унчури, спрыгивая с седла. — Давай за мной.
Птица исчезла, тролль сошёл с дороги и начал карабкаться вверх. Потрепав за гриву Спасительницу, я отправил её в интерфейс и последовал его примеру. В отличие от своего ловкого спутника, я подолгу искал в темноте выступающие камни, за которые можно было зацепиться, не опасаясь возможности рухнуть вниз. Порой мне казалось, что мы карабкаемся прямиком к звёздам, что тусклыми огоньками мерцали где-то вдалеке.
— Ну же. — фыркнул Унчури, протягивая руку. — Хватайся!
Он с лёгкостью подтянул меня в небольшой грот. Наконец я уселся на холодный пол и использовал «Свет Аполло». Маленький шарик поднялся к потолку, освещая пространство вокруг.
— Далеко ещё?
— Можешь считать, что пришли.
Тролль достал из инвентаря камень, который идеально подошёл к выемке в стене. С гулом открылся небольшой потайной лаз, ступеньками уходящий куда-то наверх.
— За мной.
Через пятнадцать минут, ровно столько раз мне пришлось обновлять «светлячка», мы выбрались наружу из тесного коридора. В центре огромной каменной чаши, в которую мы попали, светились врата. В отличие от тех, что вели в Иск’Аальт, этот портал в мир Галклари был не больше пары метров в высоту. Пройти такой плечом к плечу двум дварфам будет невыполнимой задачей.
Охрана, состоящая из пары десятков Героев, завидев незваных гостей, оторвалась от разговоров у костра и вернулась к своим прямым обязанностям. Но, как только мы приблизились, нервозность охранников сошла на нет и, как мне показалось, кто-то даже склонил голову перед Унчури.
Тролль без лишних разговоров, не церемонясь, вошёл в портал. Для меня же, это не было чем-то повседневным, но, не желая оставаться тут под пристальными взглядами, я проскочил следом. Потоки первозданной силы подхватили мое тело.
Галклари встретил нас яркими лучами местного Солнца. И, если верить «Орлу и решке», а именно так я путешествовал в своём мире, то попал я в тропическую амазонку. Унчури призвал птицу, которая радостным клёкотом перебила шум местной фауны, и посмотрел на меня:
— Осталось немного, не отставай.
Около получаса бедная лошадка устало шлёпала по грязи. Казалось, если она остановится, мы увязнем навсегда. Вскоре Унчури вовсе пропал из виду, и я начал следовать за клекотом птицы, но чуть позже и он стих.
— Эй! Унчури! Унчури! —
Я двигался, ориентируясь на обломанные ветви и следы огромной куриной лапы. Вдруг, впереди, из-за кустов папоротника-переростка выскочило пятеро обывателей.
— Карундо, аррга да. — прохрипел один из них.
Оскаленные морды давали понять, что это совсем не дружелюбное приветствие. Эти представители троллей отличались от тех, что я видел ранее. Их тела покрыты язвами. Глаза залиты кровью настолько, что не видно даже зрачков. И у каждого на лбу была непонятная отметина. Стрела, прилетевшая в грудь от этих недоделанных Гарри Поттеров, по ощущениям была слабее пейнтбольного шарика, и подтвердила мои догадки. Сработала защита от урона обывателей, которую Герои получают на десятом уровне.
Я был готов вернуться назад к вратам от греха подальше, но тут объявился Унчури. Он на лету спрыгнул с птицы к обывателям. Его копьё пронзало их тела насквозь, словно не чувствовало никакой преграды. В одно мгновение всё вокруг залило кровью.
— Чего ты ждал?! — стряхивая ошмётки с наконечника оружия, спросил этот грёбанный псих.
— А что я должен был сделать?
— Сожги останки!
Я подошёл к выпотрошенным телам и бросил несколько огненных стрел. Обыватели вспыхнули, словно облитые бензином. Запахло жаренным мясом.
— У нас в мире и без демонов хватает забот. — куда-то в сторону сказал Унчури. — он нас видел, а это значит, что скоро тут будут Герои.
— Он?
— Шаман-крови, эти сосуды его проделки. Давай в седло.
Всё происходящее: стрела, «канапе» от Унчури, привлекло внимания зверя. Он едва слышно прорычал в моём сознании. Взглянул на «ненависть», характеристика продолжала висеть на ста пятидесяти пунктах — «ярость». Как бы это не было затишьем перед бурей.
Эти размышления скоротали ещё пару-тройку часов. Мы вышли на пригорок. Ниже расположился храм. Огромные вековые деревья скрывали под своими кронами, золотые уровни постройки, которая напоминала пирамиды древних Майя.
— Красиво, но на дворец не похоже.
— Аудиенция лишь предлог Тоганаша.
— Вы обманули Азраиля?
— Обман и недосказанность — разные вещи, но обе хорошо ему знакомые! — сказал Унчури с явным презрением.
Мы спускались, а по дороге, то тут, то там появлялся Викл. Характеристика позволяла ему взаимодействовать с окружающим миром. Мальчишка пользовался этим: срывал цветочки, ломал небольшие веточки и представлял себя воином.
У самого входа в пирамиду Унчури достал очередной ключ — шестигранную каменную звезду. Несколько раз провернул её в замке, скрытом от чужих глаз зелёными листьями какого-то цветка, и дверь приоткрылась.
— За мной.
Я зашёл. Унчури вытащил из скобы на стене факел и протянул его мне. Он вспыхнул от «огненной стрелы», и тролль направился разжигать большую каменную чашу в центре зала.
Наконец, золотой склеп наполнился тёплым светом. Запахло горелым маслом. Языки пламени играли на гранях огромных драгоценных камней, инкрустированных в стену. Атмосферно тут у них. Впереди, в боевых стойках, застыли несколько десятков золотых скульптур воинов. Идеально детализированные, с живыми гримасами лиц, они не могли не привлечь моего внимания. Я сделал несколько шагов в их сторону, чтобы получше рассмотреть, но Унчури резко отдёрнул меня за плечо: