Чтение онлайн

Прежде, чем сказать что-то на это мое заявление, Рэд запускает руку под одеяло, и начинает ласкать мне грудь. Мое тело мгновенно откликается на это прикосновение, и я немного смущаюсь оттого, что Рэд не просто ощущает это своей кожей, но и видит это у меня на лице.

— Милая, когда ты в последний раз видела себя в зеркале? — находит другую грудь…

— Утром, когда чистила зубы.

— И что ты видела?

Издаю стон… часто дышу… отвечаю…

— Себя.

Он убирает руку, и спокойно опускает одеяло мне на талию. При

этом не спешит посмотреть на то, что так бесцеремонно оголил. Мягко смотрит мне в глаза, и говорит:

— А теперь послушай, что вижу я. Начнем с лица…

Я жалобно скулю:

— Может не надо…

Целует меня. М-м-м я когда-то привыкну к его поцелуям, я когда-то перестану так бурно на них реагировать?

Прервав поцелуй, предлагает:

— Как ты смотришь на такую сделку — сегодня я описываю только то, что уже вижу, а то, что сейчас скрыто под одеялом я опишу,… например, завтра.

Я поняла, что не отделаюсь от него так просто, поэтому бездумно отвечаю:

— Согласна.

Ответила, и тут же мысленно себя отругала, увидев его хитрющий взгляд. Бэмби, ну ты и наивная дурочка, он же сказал «сделка». Что под собой подразумевает… правильно — что он сейчас потребует что-то взамен.

— Но ты мне разрешишь сегодня себя попробовать.

— Нет.

— Да. Сделка есть сделка.

— Но я же не знала.

— В следующий раз будешь знать. Так, не отвлекайся. На чем мы остановились?

Я слушаю как он, перемежая поцелуями, использует простые, далекие от поэтических аллегорий, эпитеты для описания моей кожи, моих волос, каждой части моего лица… и мучительно заливаюсь краской (вообще-то, я не думаю, что цвет моего лица способен кардинально измениться — просто так принято говорить, ведь максимум, на что способна моя кожа — это на легкий румянец).

Но это были цветочки по сравнению с тем, как он, при помощи обыкновенных прилагательных, рассказывает мне о том, как меняются мои губы, когда я возбуждаюсь, какими они становятся припухлыми и манящими. Как при этом розовеют мои щечки, как усиливается мой бесподобный запах (он так и сказал — бесподобный). Я взмолилась:

— Рэд, пожалуйста, ты меня смущаешь.

— Милая, еще чуть-чуть осталось. И, главное, постарайся усвоить, что все, что я тебе сейчас говорю — это не слова ослепленного любовью мужчины, это — вполне объективная оценка просто мужчины.

И продолжает… шея, плечи, руки, пальцы ( спасибо, что забыл про ногти), грудь… Говорит и целует… говорит, и поглаживает… говорит и покусывает… И как говорит… впору сквозь землю провалиться…

— Рэд, все, я сейчас заткну уши.

— Вообще-то, это тебе не поможет, но я готов пойти тебе навстречу. Начнем завтра ровно с этого места. И запомни, любимая, я задался целью закончить описанием твоих пяточек. Потом я буду каждый день повторять

тебе, какая ты у меня красавица, возвращаясь к деталям снова и снова. А ты меня знаешь — я, как решил, так и сделаю.

— Целеустремленный ты мой.

Я так расслабилась от его поцелуев, что уже мурлычу, а не говорю — так что эти мои слова похожи не на подколку, а на комплимент. Меня все еще хватает на то, чтобы попросить его выключить свет. Рэд возвращается со словами:

— На этот раз никакого «быстрячка», любимая, обещаю.

Я еще успела подумать : Быстрячок? Так вот, что Рэд имел в виду, когда просил извинить его за то, что он набросился на меня?Все, теперь мои мысли занимает другое, более важное на данный момент…

Мне сначала совершенно не понравилась идея Вилена организовать вечеринку.

Сейчас же я сижу и наслаждаюсь каждым ее мгновением.

Мальчики притащили к Вилену кучу вкусностей и сладостей. В огромную вазу ссыпали шоколадные конфеты (для меня любимой), приготовили пунш (для меня любимой). Я попробовала его и скривилась — фу, какая гадость, и потребовала дать мне виски. Рэд налил мне его буквально на донышко, и обеспокоено следил за моей реакцией на алкоголь. Я сделала глоток… и ничего… хорошо пошло… Я попросила еще. Муж с видом строгого папаши прочитал мне лекцию «о вреде алкоголя для юного организма», на что я фыркнула и ответила:

— Если ты настолько вошел в роль моего родителя, то не забудь напомнить мне еще и о безопасном сексе.

Вилен засмеялся, и налил мне виски. Рэд же мою шутку не оценил.

Потом были танцы!!!

…Мой деверь жестом фокусника вытащил МЦД (мини цифровой дивайс) и спросил:

— Оп-ля. Бэмби, угадай, что это такое?

Я сделала глупое выражение лица (благо на совершенствование в этом у меня было достаточно времени), захлопала ресницами:

— О, Вилен, это, наверное, для того, чтобы в зубах ковыряться. Или нет, это, наверное, штучка…, — и засмеялась из-за того, что он попался на мою уловку, — Вил, ну ты даешь. Тебя так легко подловить. Конечно, это — МЦД.

Он был в шоке.

— Слушайте, вы так бурно реагируете на мои познания, что мне придется постоянно иметь при себе успокаивающий вас настой. Здесьчто, женщинам не принято не только читать-писать, но и просматривать-прослушивать цифровые записи?

Рэд тихо отвечает:

— Нет, Бэмби, дело в том, что в Едином королевстве нет никаких цифровых записей.

Я быстренько списываю этот непонятный факт на потерю памяти:

— Эк меня торкнуло… И как же я могла забыть исчезновение Интернета, спутниковой связи, вот теперь еще и цифровой записи… Раньше-то я считала, что в нашем доме нет всех этих достижений цивилизации из-за того, что вы — убежденные их противники.