Чтение онлайн

– Что вы, мосье Пуаро, Огастес умеет вести себя на улице. Он даже знает, что такое улица с односторонним движением!

– В таком случае, - улыбнулся Пуаро, - он даст фору большинству людей!

9

Сэр Джозеф встретил Пуаро на пороге своего кабинета:

– Ну, мистер Пуаро? Как наши дела?

– Позвольте для начала задать вам один вопрос, - сказал Пуаро, присаживаясь.
– Я выяснил, кто преступник, и думаю, смогу представить достаточно улик, но в этом случае вы вряд ли вернете

свои деньги.

– Это почему же?
– Сэр Джозеф побагровел от возмущения.

– Но поскольку я не полицейский, - продолжал Пуаро, - то действую исключительно в интересах клиента. Думаю, я смог бы вернуть ваши деньги при условии, что вы откажетесь от уголовного преследования.

– Хм. Надо подумать.

– Решать вам. Вообще-то во имя общественного блага вы должны были бы предпочесть наказание преступника.

Полагаю, большинство людей одобрили бы именно такой подход.

– Еще бы им не одобрить, - пробурчал сэр Джозеф, - не их же деньгам пропадать. Терпеть не могу, когда меня пытаются надуть. Никому еще это с рук не сходило.

– Так как же вы поступите?

– Естественно, заберу деньги!
– стукнул кулаком по столу сэр Джозеф. Еще не хватает, чтобы кто-то хвастал, как ловко он выманил у меня две сотни.

Пуаро встал, подошел к столу, выписал чек на двести фунтов и подал его сэру Джозефу.

– Черт меня побери!
– процедил сквозь зубы сэр Джозеф.
– Да кто же это сделал, в конце концов?

– Если вы берете деньги, - покачал головой Пуаро, - то никаких вопросов быть не должно.

Сэр Джозеф аккуратно сложил чек и сунул его в карман.

– Жаль. Но уж лучше деньги. А сколько я должен вам, мистер Пуаро?

– Я с вас много не запрошу. Дело-то, в сущности, пустяковое, - сказал Пуаро и добавил после некоторой паузы:

– В последнее время я занимаюсь в основном убийствами...

Сэр Джозеф заметно насторожился.

– Интересно, должно быть?
– поинтересовался он.

– Когда как. А знаете, встреча с вами напомнила мне об одном из моих первых дел, еще в Бельгии, - преступник был очень похож на вас. Владелец мыловаренной фабрики, тоже очень богатый. И представьте - отравил жену, чтобы жениться на секретарше... Да-а... Поразительное сходство...

Губы сэра Джозефа внезапно посинели, и он слабо охнул Он слегка обмяк, с тугих щек исчез бурый румянец, и он уставился на знаменитого детектива выпученными глазами.

Порывшись дрожащей рукой в кармане, он выудил оттуда чек и порвал его на мелкие кусочки.

– Я его аннулирую. Считайте, что это ваш гонорар.

– Но позвольте, сэр Джозеф, для гонорара это слишком много.

– В самый раз. Не откажите.

– Ну что ж, перешлю эти деньги в какой-нибудь благотворительный фонд.

–

Отправляйте куда хотите.

– Думаю, не стоит вам напоминать, сэр Джозеф, - наклонился вперед Пуаро, - что в вашем положении следует быть крайне осмотрительным.

– Не беспокойтесь, - почти беззвучно отозвался сэр Джозеф.
– Я буду очень осмотрительным.

Пуаро откланялся.

– Итак, я был прав, - пробормотал он, спускаясь по лестнице.

10

– А в этот раз у тоника совсем другой вкус, - сказала мужу леди Хоггин.
– Никакой горечи. И в чем тут дело?

– Ну чего ты хочешь от этих аптекарей, - пробурчал сэр Джозеф. Делают все спустя рукава, вот и получается всякий раз по-разному.

– Наверное, все дело в этом, - с сомнением сказала леди Хоггин.

– Ну разумеется, в этом. В чем же еще?

– Выяснил тот субъект что-нибудь насчет Шан Дуна?

– Да. Да, и вернул мне деньги.

– И кто же это все устроил?

– Он не сказал. Очень скрытный малый, этот Эркюль Пуаро. Во всяком случае, тебе волноваться не о чем.

– Он очень забавный, правда?

Сэр Джозеф, поежившись, непроизвольно оглянулся, как будто там мог находиться Эркюль Пуаро! Он с содроганием подумал, что до конца дней своих будет ощущать его незримое присутствие.

Вслух же он произнес:

– Дьявольски умный малый!

А про себя подумал:

"Черт с ней, с Гретой! Стоит ли так рисковать из-за какой-то смазливой блондинки!"

11

– Ой!
– Эйми Карнаби, не веря собственным глазам, разглядывала чек на двести фунтов.
– Эмили! Эмили!
– воскликнула она.
– Ты только послушай:

"Дорогая мисс Карнаби!

Позвольте мне сделать свой взнос в Ваш достойный всяческого уважения фонд.

Искренне Ваш,

Эркюль Пуаро".

– Эйми, - сказала Эмили Карнаби, - тебе несказанно повезло. Подумай, где бы ты могла сейчас оказаться.

– В "Вормвуд Скраббз" - хотя нет, пожалуй, в "Хэллоуэй", пробормотала Эйми Карнаби.
– Но это все в прошлом - правда, Огастес? Не ходить тебе больше в парк с мамочкой или мамочкиными подружками и не резать поводки маленькими ножницами.

В глазах у нее промелькнуло легкое сожаление.

– Милый Огастес!
– вздохнула она.
– Какая жалость! Он ведь такой умный песик. Его можно научить чему угодно...

– Да, - с горечью обронил Пуаро.
– Наверное, она могла бы быть хорошей женой и матерью... Ее чувства оказались чересчур сильны.

Он вздохнул и тихонько пробормотал:

– Жаль, что все так сложилось.

Потом он улыбнулся им - нашедшему наконец свое счастье мужчине и девушке с открытым искренним взглядом. И еле слышно произнес: