Чтение онлайн

Волшебное слово "гарантирую", казалось, успокоило обеих дам, и Пуаро продолжал:

– Письмо при вас?

– Нет, - покачала головой леди Хоггин, - было ведено отправить его" вместе с деньгами.

– И вы его отправили?

– Да.

– Гм... Очень жаль.

– Зато у меня сохранился обрывок поводка, - обрадовалась случаю оказаться полезной мисс Карнаби.
– Принести?
– И она выбежала из комнаты.

Воспользовавшись моментом, Пуаро расспросил о ней.

– Эйми Карнаби? Я совершенно в ней уверена. Добрая душа, хоть и глуповата, конечно.

Но у меня было несколько компаньонок и все - глупы как пробки. Эйми, по крайней мере, любит Шан Дуна, и вся эта история ужасно ее расстроила - впрочем, поделом ей - будет знать, как заглядываться на чужие коляски и забывать о моем пупсике! Все эти старые девы помешаны на младенцах! Нет, она к похищению не имеет никакого отношения.

– Похоже на то, - согласился Пуаро, - но, поскольку песик пропал, когда с ним была мисс Карнаби, следует хорошенько ее проверить. Она давно у вас служит?

– Почти год. У нее блестящие рекомендации. До нас она работала у леди Хартингфилд - до самой ее смерти, почти десять лет, а потом ухаживала за больной сестрой.

Сердце у нее золотое, хотя дура она, конечно, редкостная.

Вернулась запыхавшаяся Эйми Карнаби и, с надеждой глядя на Пуаро, вручила ему обрывок поводка.

– Mais oui <Конечно же (фр.).>, - обронил Пуаро, тщательно осмотрев поводок, - его, несомненно, перерезали.

Обе женщины смотрели на него, как на спасителя.

– Я возьму его с собой, - заявил Пуаро, с самым серьезным видом опуская поводок в карман.

Женщины облегченно вздохнули - он явно оправдал их ожидания.

4

Пуаро никогда не изменял своему правилу все необходимо проверять.

Конечно, было весьма сомнительно, что глуповатая и бестолковая мисс Карнаби вдруг окажется не той, за кого себя выдает. Но Пуаро все-таки не пожалел усилий и добился встречи с племянницей покойной леди Хартингфилд.

– Эйми Карнаби?
– переспросила мисс Малтраверс, особа на редкость неприветливая.
– Разумеется, помню.

Как раз то, что нужно было тете Джулии: любила собак и прекрасно читала вслух. И деликатная, никогда не спорила с больным человеком. А что с ней? Надеюсь, никаких неприятностей? Я ей давала рекомендацию с год назад, она собиралась поступать на службу к какой-то женщине.., фамилия, кажется, на X...

Пуаро поторопился объяснить, что с работой у мисс Карнаби все в порядке. Просто произошла маленькая неприятность с собакой, пояснил он.

– Эйми Карнаби обожает собак. У тети был пекинес, которого она завещала мисс Карнаби. Та была от него без ума и страшно горевала, когда он умер. Она очень добрая женщина, хотя и не слишком умная.

Пуаро согласился, что мисс Карнаби вряд ли можно назвать умной, и отправился на поиски дворника, с которым мисс Карнаби разговаривала в тот роковой день.

Служитель отыскался быстро и даже вспомнил о происшествии.

– Не первой молодости дамочка, полная такая... Она чуть не каждый день здесь собаку выгуливает, вот и в тот день пришла. А потом подбегает ко мне, на самой лица нет, говорит, собака пропала, не видел ли я кого с пекинесом. Да разве я помню! В парке этих шавок до черта, всех пород - и терьеры, и

пекинесы, и таксы.., эти коротконогие, даже борзые попадаются... Да мне уже и смотреть на них тошно!

Эркюль Пуаро задумчиво кивнул и направился в дом 38 по Блумсбери-роуд-сквер.

Дома 38, 39 и 40 вместе составляли гостиницу "Балаклава". Когда Пуаро, поднявшись по ступенькам, открыл дверь, на него из полумрака вестибюля пахнуло варящейся капустой и копченой селедкой. Слева стоял стол красного дерева с поникшей хризантемой, а над ним - большая, прикрытая зеленым сукном полка для писем. Задумчиво осмотревшись, Пуаро открыл дверь справа. Она вела в помещение, отдаленно напоминавшее гостиную, с маленькими столиками и креслами, обтянутыми блеклым кретоном. Три пожилых дамы и свирепого вида старый джентльмен разом подняли головы и злобно уставились на непрошеного гостя. Пуаро смущенно ретировался.

Пройдя по коридору, он вышел на лестничную площадку. Направо отходил другой коридор, в начале которого была дверь с надписью "Администрация". Пуаро постучал и, не получив ответа, заглянул внутрь. В комнате стоял заваленный бумагами письменный стол, но никого не было. Прикрыв за собой дверь, Пуаро по этому же коридору направился в столовую.

Мрачная девица в грязном фартуке носилась с корзинкой ножей и вилок, раскладывая их по столам.

– Простите, где я могу видеть управляющего?
– извиняющим тоном спросил Пуаро.

– Понятия не имею, - буркнула девица.

– В конторе никого нет, - пояснил Пуаро.

– Ну не знаю я, где она может быть.

– А как бы это можно выяснить?
– Пуаро был вежлив, но настойчив.

Девица тяжело вздохнула. Мало ей забот, так вот еще одна...

– Ладно, - процедила она сквозь зубы, - сейчас посмотрю.

Поблагодарив ее, Пуаро, отнюдь не жаждавший снова угодить под злобные взгляды обитателей гостиной, вернулся обратно в вестибюль. Он смотрел на прикрытую сукном полку для писем, когда шуршание платья и сильный запах девонширских фиалок возвестили о приходе управляющей.

Миссис Харт излучала доброжелательность.

– Простите, что заставила вас ждать, - воскликнула она.
– Вам нужна комната?

– Пока нет, - отозвался Пуаро.
– Я хотел узнать, не останавливался ли у вас в последнее время мой друг, капитан Кертис.

– Кертис!
– воскликнула миссис Харт.
– Капитан Кертис? Где же я слышала это имя?

Не дождавшись подсказки от Пуаро, она досадливо покачала головой.

– Так, значит, капитан Кертис у вас не останавливался?
– спросил Пуаро.

– Нет, во всяком случае, в последнее время. Но это имя мне несомненно знакомо. Не могли бы вы описать вашего друга?

– Это довольно-таки затруднительно, - покачал головой Пуаро. Скажите, а случается, что в вашу гостиницу приходят письма на имя людей, здесь не проживающих?

– Конечно.

– И что же вы с ними делаете?

– Какое-то время храним. Видите ли, обычно это означает, что человек, которому пишут, вскоре поселится у нас. Ну, а если письма и посылки длительное время остаются невостребованными, мы возвращаем их на почту.