Нефрит
Шрифт:
Не знаю, КАК у Клаудии хватило терпения, выдержки и такта не запустить этой тарелкой прямо в отца или не «надеть» ее на бепоснежную голову, чтобы эти самые идеально ровные и одинаковые кусочки повисли даже на его бровях, когда он прошагала величественно и смело до отца, не обращая внимания на заинтересованные взгляды его взрослых сыновей.
Кажется, отец даже ни разу не моргнул, пока Клаудия плыла до него красиво, и словно истинная королева, поставив тарелку прямо перед ним аккуратно и спокойно, даже не стукнув ею о стол, явно не ожидая
— Я заказывал филе, а не нарезку, милочка!
ЕЙ-богу, я могла поклясться, что услышала, как скрипнул зубами Рит‚ сидящий рядом со мной, и что у каждой из девушек за столом возникло непреодолимое желание кинуть в отца этой самой тарелкой, при чем так, чтобы вся красиво уложенная рыба оказалась на его самодовольном лице, прикрывая веки и этот лукавый, игривый прищур, от которого хотелось заехать ему звонкую пощечину.
Кто-то из мужчин понятливо хмыкал, кто-то злился, как Рит, но Клаудия оказалась крепким орешком, снова не обратив внимания совершенно ни на кого, и лишь легко дергая бровью, словно говоря так же холодно и насмешливо, каким был ее темный взгляд в эту самую секунду: «Действительно?».
Не прошло и секунды, как она с такой же легкостью и грацией забрала тарелку в свои руки, грациозно и целенаправленно зашагав на кухню снова, к большому моему сожалению не видя, как постепенно менялось лицо отца, когда он понял, что доигрался и остался без рыбы. Совсем.
И когда на кухне раздался звук открывающейся урны для мусора, глаза отца вылезли из орбит и брови опасно сошлись на переносице, заставляя дрогнуть всех присутствующих за столом от его оглушительного рокота:
— КУДА ПОТАЩИЛА?!!
Но было поздно!
Клаудия выплыла из кухни с видом истинной королевы, окинув отца пронзительным, насмешливым и надменным взглядом, выглядя в этот момент так величественно, даже не смотря на пятно во всю грудь от рыбы и мелкие чешуйки в волосах, когда спокойно обернулась к посмеивающемуся Риту, проговорив мягко и умилительно спокойно:
— Дорогой, ты оставил телефон в офисе. Я привезла его тебе. И не забудь про маскарад завтра, — приподняв голову, Клаудия улыбнулась всем, почти промурлыкав, как это часто делал Рит в минуты, когда был чем-то очень доволен, — Всем приятного вечера, дамы и господа.
Проплыв до журнального столика, где продолжала лежать еще одна бедная рыбина, женщина осторожно положила на край дивана телефон Рита, спокойно и медленно прошагав до двери и лишь тогда обернувшись, чтобы посмотреть в глаза обалдевшему отцу, который, наверно, мысленно прощался с одним своим угробленным впустую «головастиком».
— Может, останешься и поужинаешь с нами? — улыбнулся Рит, чуть дернув бровью, и явно забавляясь тем, что их отца осадили так, что он и сам явно не ожидал, когда Клаудия лишь примило улыбнулась в ответ,
— Может, в другой раз, дорогой.
Тишина, прерываемая подхихикиваниями, стояла до тех пор, пока отец не выдохнул хрипло и на удивление тихо:
— …как говоришь её зовут?
На этом вся напряженная обстановка лопнула, словно воздушный шарик от острой иголки!
Мужчины от души хохотали над тем, как женщина осадила отца. оставив его без такой вкусной и желанной рыбки, мы с девочками ели салаты и улыбались на какие-то слова мужей, а скоро приехал Алекс, которого Мия сразу же потащила за стол, и на его голос вылетела самая младшая из сестричек — блондинка с огромными глазами необычного почти сиреневого цвета, которая не скрывала своего восторга от смущенного мужчины.
Я зря боялась.
Но и не получила желаемого предложения руки и почки Рита…
Мне было на удивление комфортно за этим столом в присутствии людей, которых я уже считала родными, я от всей души улыбалась на спова мужчин, любовалась тем, как хохотали девушки.
А еще не могла перестать смотреть на Рита.
Почему мне казалось, что что-то происходит?…
Не знаю…
Начнем с того, что Рит отводил глаза от меня, сосредоточенно рассматривая стол, пол, диван….все, что угодно, но только не меня, сидящую рядом.
Он словно был погружен в себя, иногда сжимая кулаки и подрагивая всем своим стройным большим телом, явно не слушая, что говорят его братья и не обращая внимания даже на то, что его обычно громкий и шумный папа в этот вечер подозрительно тих и на удивление задумчив, рассматривая своих сыновей и дочерей, пристально наблюдая за происходящим, но не торопясь участвовать.
Рит прятал глаза за пеленой своих темных ресниц так долго, как только мог…но снова и снова мне казалось, что я вижу тот самый яркий отблеск, как видела до этого.
Словно ярко-зеленую почти неоновую искру в его взгляде, если удавалось ее поймать.
Или я медленно сходила с ума?'…
Но самым удивительным было то, что домой меня увозил Алекс!
Вы представляете?!
Не Рит, который должен был сказать хоть что-нибудь по-поводу вечера и вообще!
Он ведь обещал, что настало время поговорить!
И что же?
Рит словно замкнулся в себе, держась теперь на расстоянии и пугая этим даже большем, чем своими вечно меняющимися зрачками!
Разве могла я уснуть ночью, после всего случившегося?…
Самое обидное, что из-за маскарада нам разрешили прийти на работу к обеду. чтобы все успели подготовиться и явиться во всей красе.
Не знаю, как все, а я готовилась как никогда в жизни, подскочив еще рано утром, и твердо намеренная вызвать Рита на откровенный разговор!
Либо сегодня, либо никогда!
Я красилась три раза, надеясь выглядеть просто идеально и стать самой сексуальной ведьмочкой вечера!
Ну а кем я еще могла быть с моими-то волосами?!