Недотрога
Шрифт:
— Но я вас совсем не знаю, — сказала Маша.
— Я тебя и детей никогда не обижу, — пообещал Александр Николаевич.
— Можно я подумаю? — попросила молодая мама.
— Хорошо, один день, а завтра мы поедем все вместе в загс, зарегистрируемся мы и зарегистрируем детей, они будут записаны на меня. Я сегодня обо всем договорюсь в загсе.
Маша не ожидала такой напористости. Тетя Зина, когда они остались одни, привела много доводов, почему Маша должна согласиться: потому что Маша молодая одна с детьми;
И Маша согласилась…
Они поженились. И вернулись в большой город. Маша вернулась в большой город, откуда сбежала полгода назад.
За пятнадцать лет проживания вместе Александр Николаевич ни разу не пожалел о своем поступке. Маша и дети стали его душой и сердцем, он посвятил им свою жизнь… И вот жизнь подходит к концу. Что делать? Как Машеньку оставить одну? Дети вроде уже не маленькие, им скоро исполнится по пятнадцать лет, но еще и не взрослые, чтобы постоять за себя, самый опасный возраст.
«Что делать?» — этот вопрос повис в воздухе.
Глава 2
Александр Николаевич тяжело вздохнул, сколько можно сидеть, нужно ехать домой.
По дороге к дому он увидел ларек, в котором продавали цветы. Он остановился, вышел и купил своим девочкам по букету: Маше — ее любимые ромашки, а Дашеньке хризантемы.
Зайдя с букетами домой, он увидел, что его девочки накрывают на стол. Скоро ужин.
Дашенька, увидев отца, с радостным криком «Папа пришел!» побежала к Александру Николаевичу.
Так они с Пашей всегда делали; сначала на руках у мамы подходили его встречать и радостно улыбались, видя его. Потом, когда научились ползать, ползли кто вперед и визжали от радости, а он подхватывал их и кружил. Шуму было много. Первые шаги принесли столько радости, и потом уже на своих ножках его дети бежали его встречать.
Вручив Даше букет из хризантем, он извинился:
— Доча, представляешь, я не знаю, какие у тебя любимые цветы.
— Ничего страшного, папуля, и за эти спасибо. Я люблю лилии.
Подойдя к Маше, он вручил ей ромашки.
— Это тебе, твои любимые.
Маша внимательно смотрела на мужа своими темно-голубыми глазами:
— Что-то случилось? — спросила она. — Спасибо за цветы.
— Потом поговорим, — ответил Александр Николаевич. — А теперь давайте ужинать. Где Павел?
Пока рассаживались по своим местам, спустился Павел. Подростком его назвать было уже сложно, он выглядел старше своих лет. Темные волосы были густыми и слегка вились, подстрижен был сравнительно коротко. На красивом лице выделялись темно-карие глаза и длинные, как у девочки, ресницы.
Дашенька была более светлой, она больше походила на маму. Такая же длинная, ниже пояса, темно-русая коса была ее
— Папа, а ты знаешь, Пашу в школе зовут Графом, — сказала Дашенька.
— Доча, меня тоже так звали — это из-за фамилии, — ответил Александр Николаевич.
— Так он ведет себя как граф, важничает, за ним столько девчонок бегает. А он меняет их, как перчатки, скажи ему, что так нельзя поступать.
— Сын, — обратился отец к Паше, — действительно нельзя так с девочками, а то они разозлятся на тебя и все вместе побьют.
— Пусть попробуют. Я тогда из другого класса буду с девчонками встречаться.
— Вот и поговорили, — засмеялся Александр Николаевич.
Они сидели за столом, всегда разговаривали, шутили, смеялись.
Александр Николаевич смеялся, шутил вместе со всеми, а сам думал: «Как они будут без мужчины? Кто их будет защищать от этого не всегда справедливого мира?..»
И он принял решение…
Глава 3
Шестнадцать лет назад.
Стояли последние дни августа. Лето подходило к концу. На деревьях уже появились желтые листья, на клумбах цвели астры и хризантемы. Приближалось первое сентября.
Несколько многоэтажек, стоящих буквой «П», образовали двор. В этом дворе на небольшой скамеечке сидели три девушки, три подружки. Они жили в квартирах этих домов, учились в одном классе и, кажется, знали друг друга сто лет.
Еще год назад они были подростками — гадкими утятами, а сейчас превратились в прекрасных лебедей, они выпускницы, они ученицы выпускного класса.
Даша Кречетова, душа компании, остра на язык, за словом в карман не полезет. Проживает с папой и мамой, работниками депо, имеет младшую сестренку.
Жанна Пригожина, единственная дочь в семье, родители — работники администрации.
Маша Волга, родители которой погибли в автокатастрофе, проживает со старенькой бабушкой Прасковьей Ивановной. Маша очень домашняя девочка, хорошо учится (если ничего не изменится, может окончить школу с золотой медалью).
Маша — очень скромная девушка, поэтому, сидя на скамейке, она больше молчит и слушает Дашу и Жанну.
— Сегодня была в школьной библиотеке, — начала разговор Даша, — взяла учебники. В школу хочется, чтобы всех увидеть, а вот учиться неохота. Но надо заканчивать эту школу, а потом взрослая жизнь. Девчонки, куда надумали поступать?
Даша — очень миленькая девушка с темными, не очень длинными волосами, насчет прически не заморачивалась, всегда ходила с распущенными волосами (за что часто получала нагоняй). Глаза у нее были темно-карие, а когда она смеялась, глаза тоже улыбались.