Чтение онлайн

Вот уже второй день мы продвигаемся потихонечку, и никто из агрессоров до сих пор не заподозрил, что в тылу внезапно появился немаленький отряд. Патрули ведут себя беспечно, охрана на переправах предаётся безделью и нередко нарушает сухой закон. При желании я смогу вычистить от южной нечисти всю округу в считанные часы. Почти до самого моря ни одной вражеской души не останется.

Но это будут комариные укусы, после которых придётся в темпе улепётывать. Не вижу смысла устраивать суету ради столь ничтожного результата. Так-то устроить бучу я не против, но мне для этого требуется хороший, богатый обоз, где можно существенно

поправить материальное положение. И располагаться лакомый обоз должен не где попало, а поблизости от местной «линии фронта».

Чтобы потом не пришлось долго бежать с награбленным добром. Аппетиты у меня и у моих соратников нескромные, мы неизбежно захотим утащить много всего. Держать врагов за клинических идиотов не надо, они непременно захотят заставить нас вести себя скромнее. Поэтому я сейчас даже не смотрел в сторону имперского тракта, где обозы тянулись один за другим. Да, поживиться там есть чем, но вот утащить захваченное будет непросто.

Нам нужна более доступная цель. И нужно чёткое понимание оперативной обстановки.

Поэтому разведчики усиленно работают днями и ночами.

Забросив очередную порцию средоточий Воздуха в Гнев грозовых небес, я забрался в Баланс, изучил всё, что можно, и, не обнаружив явных признаков усиления «напряжённости», всё же решил на сегодня завязать с прокачкой. Ведь если вспомнить состояние на момент начала похода и сегодняшнее, заметны нехорошие изменения. Скорее даже не они, а лишь намёк на них, но зачем усугублять.

Вдруг старцу ночному вздумается передумать и устроить мне штраф за те громкие развлечения в вотчине. А он, вот же негодяй, как раз по Балансу любит наказывать. И что я тогда делать буду? В суд на него не подашь, так что только страдать останется.

Надо всегда держать за душой резерв на такие случаи.

«Вынырнув» в реальность, я увидел перед собой горящие алчностью глаза Бяки:

— Гедар, ты уже всё?

— Давай без предисловий. Говори уже, что на этот раз хочешь стащить.

— Почему сразу стащить?! — оскорбился приятель.

— Потому что по глазам видно. Говори давай.

— Я вообще-то за общее благо волнуюсь. Там дальняя разведка только что заметила некоторые вещи, которые меня заинтересовали. Войско небольшое у моста, и рядышком обозная стоянка. На ней стоит большой обоз, и к нему всё новые и новые телеги со стороны тракта подходят. Похоже на то, что серьёзно там расположиться решили. Много обычных телег и много фургонов, а на них самое ценное принято перевозить. Явно не пустые, хорошо загружены. Лес рубят, навесы ставят, похоже, склады ходят устроить. Я решил, что тебе это надо узнать побыстрее, вот и караулил.

Я кивнул:

— Всё правильно сделал. Пойдём подробнее с разведчиками пообщаемся.

Дальней разведкой мы в последнее время называли тех птицеводов, которые могли контролировать своих пернатых на максимальных расстояниях. В основном таких использовали на северном, приоритетном направлении, куда двигались последние два дня и где в любой момент ожидали встретить серьёзные вражеские силы.

Поглядывая на карту и выслушивая подробный доклад разведчиков, я то и дело ставил себя на место противника, стараясь мыслить так, как привыкли мыслить здешние военачальники. Благо, во время учёбы нам такие материалы давали частенько, рекомендуя читать описания военных кампаний прославленных полководцев. Немало

оттуда почерпнул, да и собственного опыта поднабрался.

Пока что всё указывало на то, что южане остановили наступление у речушки с оригинальным названием Мокренькая. Слово это своей уменьшительностью намекало на невеликие размеры водоёма, и разведчик это предположение подтвердил, сказав, что карта врёт, это никакая не река, а ручей обычный. Но, по его словам, в верхнем течении его берега обрывистые и густо заросшие, без моста там переправляться сложно. Так что, несмотря на ничтожность, этот ручеёк неплохо прикрывает западную часть равнины от ударов наших союзников.

Также там почти не было «корабельных лесов», зато трава по восточным склонам высотой превосходила иной кустарник. Самое то, чтобы выпасать тысячные табуны обозных коней.

Да, всё указывает на то, что противник решил разместить в этом уголке солидное обозное хозяйство с полевыми складами. В данный момент там уже больше четырёх тысяч подвод и фургонов стоят, и на глазах разведчика подошла ещё одна колона из двух с половиной сотен повозок. Причём она не последняя, как минимум ещё одна в паре часов от моста. Получается, мы нашли одно из мест, куда тыловики южан с тракта заворачивают.

Без приличной охраны такое добро враги не оставили. Возле моста, отдельно от обозных, неспешно обустраивали военный лагерь. Около трёх тысяч солдат, преимущественно лёгкая пехота и стрелки. Конницы, как таковой, почти нет, это скорее несколько офицеров при своих телохранителях, а не полноценные отряды всадников.

С учётом того, что обозники тоже могут считаться лёгкой пехотой, выходило около восьми тысяч солдат.

Меня эта цифра нисколечко не смутила. Всякий понимает, что обозники — вояки неполноценные, к тому же они рассредоточены на немалой площади. Часть их и вовсе занята тем, что коней на склонах пасёт, таковых можно вообще не учитывать.

Трёхтысячный отряд, что возится с обустройством военного лагеря — другое дело. Несмотря на то, что его состав не отличается выдающимся качеством, своё дело бойцы знают. Позиции они оборудуют с размахом и по всем правилам. Похоже на то, что со временем планируется расширение присутствия, потому что по прикидкам разведчика, на охваченной работами площади можно разместить до десяти тысяч солдат.

Также немало сил они тратят на превращение Мокренькой в полноценную преграду. Вбивают колья по крутым берегам, рогатки устанавливают, укрытия ставят, вышки для стрелков и наблюдателей сколачивают, оборудуют позиции для инженерных машин. Баллист и катапульт пока не видно, то есть их появление лишь планируется, что тоже указывает на начальную стадию основательного обустройства.

Про тыл враги тоже не забыли. Там, за ними к югу, почти сплошной лес, но это их не успокоило. И на дорогах посты стоят, и патрули усиленные ходят.

Именно ходят, ведь с конницей у этого отряда дела плохи.

Хорошо бы взять «языка» и поговорить с ним по душам, но такими действиями мы можем противника насторожить. Да и что интересного нам рядовой или сержант поведает? А офицера ещё подловить надо.

И даже он не факт, что чем-то важным поделится.

Также разведчик заметил присутствие военных на левом берегу Мокренькой, на приличном удалении от моста. Редкие патрули, наблюдатели и дозоры, развёрнутые на юг. Нетрудно догадаться, что это наши союзники за врагами приглядывают.