Найти и сохранить

– Ну вот мы и на месте, – сказал таксист, останавливая машину на стоянке перед управлением полиции.

Маделин отдала ему деньги и открыла верь. Она надеялась, что сегодня ей повезет больше, чем в предыдущие дни.

Пересчитав деньги, таксист быстро выскочил из машины и, довольно улыбаясь, вежливо распахнул дверь. Улыбнувшись в ответ, Маделин устремилась к зданию и на ходу сообразила, что снова оказалась слишком щедрой. В последнее время она постоянно переплачивала таксистам. Еще четыре дня назад проблемы оплаты за такси для нее просто

не существовало, так как в ее родном городе Альберта, штат Джорджия, такси просто-напросто не было.

Поднявшись по ступенькам, она отворила тяжелую дверь и очутилась в длинном коридоре, по которому беспрестанно взад и вперед сновали деловые мужчины и женщины. Некоторое время Маделин в нерешительности стояла, пока кто-то случайно не задел ее. Девушка вспомнила, что записала номер кабинета на клочке бумаги, и направилась в 119-й кабинет.

Через мгновение она уже входила в просторную, без единого окна, комнату. И здесь чувствовалась лихорадочная деловая атмосфера. Люди входили и выходили, занимались своими делами, непрерывно звонили телефоны. Сделав несколько шагов, она остановилась, крепко сжимая в руках сумочку.

Мужчина, сидевший за ближайшим столом, поднял голову и посмотрел на нее.

– Могу я чем-нибудь помочь вам?

– Да, – сдавленно ответила она и, откашлявшись, продолжила: – Я бы хотела переговорить с лейтенантом Форрестером. Меня зовут Маделин Кэтлин. Я сегодня звонила вам.

Кивнув, мужчина устало отложил бумаги, встал и куда-то вышел. «Этот по крайней мере никак не отреагировал на мой акцент южанки», – подумала Маделин. С тех пор, как четыре дня назад она приехала в Лос-Анджелес на поиски брата, ей уж раз приходилось ждать. А также ей приходилось и тешить себя надеждой.

Но прошлой ночью, когда она в одиночестве сидела в номере отеля, ее охватила страшная тоска. И тогда в голову пришла одна отчаянная, дерзкая мысль.

Мужчина вернулся.

– Сюда, пожалуйста, – он провел ее к двери с надписью: «Посторонним вход воспрещен».

Перед тем как войти, Маделин глубоко вдохнула, а затем, постучав, открыла дверь. Она оказалась в маленькой комнате, в которой едва умещался единственный стол, а за ним сидел мужчина внушительных размеров. Его широченные плечи, казалось, никак не сочетались с добрым и даже мягким лицом.

– Лейтенант Форрестер? Маделин Кэтлин. Очень приятно познакомиться, – она протянула ему руку.

Он поднялся и, протянув Маделин огромную ладонь, пожал ей руку.

– Присаживайтесь.

От нее не ускользнуло, как внимательно этот лейтенант оглядел ее. Наверняка обратил внимание на ее простенький голубой костюм, туфли на низких каблуках и незатейливую прическу. Конечно, выглядела она отнюдь не шикарно, но одежда была весьма неплохого качества. «Да и приехала я сюда не моделью работать, а брата искать», – весело подумала она.

– Что привело вас ко мне? – любезно поинтересовался лейтенант.

Осторожно садясь на краешек стула и прижимая к себе сумочку, она начала рассказывать.

– Я по поводу моего брата. Как я уже упомянула в телефонном разговоре, он убежал из дому. Он подросток. На прошлой неделе он позвонил и сообщил, что приехал сюда, – это

она уже рассказывала дюжине людей в различных инстанциях, и кто-то посоветовал обратиться именно к лейтенанту Форрестеру.

Он закурил сигарету и бросил спичку в уже переполненную пепельницу. Затем, удобно устроившись в кресле, спросил:

– Сколько лет вашему брату?

– Шестнадцать.

– Значит, он позвонил вам отсюда, так? Что он сказал?

– Он просто сообщил мне, что с ним все в порядке, – пробормотала она. Разговор с братом действительно был очень коротким. Она даже не успела спросить его ни о чем.

Офицер подвигался в кресле и, выдыхая дым, продолжил:

– Если у него возникло желание позвонить, возможно, он скоро вернется?

Примерно то же самое говорили и другие, и эти бесконечные увещевания уже стали понемногу выводить ее из себя. Мэд положила на стол сумочку и, подавшись вперед, с не свойственной ей решительностью заговорила:

– Сэр, я уже четыре дня здесь. И за это время успела пообщаться с кучей людей: и с местной полицией, и с властями штата, и с шерифом. Я даже наняла частного детектива, хотя в душе не верю, что ему удастся что-нибудь сделать. Откровенно говоря, я не очень надеюсь, что полиция приложит особые усилия для того, чтобы найти моего брата.

Она взволнованно жестикулировала и чувствовала, как беспокойно звучит ее голос. И как-то сразу поняла, что волноваться и повышать тон не следует, поскольку этим ничего не добьешься. Ей крайне необходима его помощь, но нельзя же сразу настраивать человека против себя и, осознав это, она вежливо добавила:

– Извините, я, кажется, погорячилась. Офицер усмехнулся. Ему и не такое приходилось выслушивать.

– Ничего, все нормально, мисс…

– Кэтлин.

– Да, мисс Кэтлин.

Он сложил руки на своем огромном животе и быстро начал говорить:

– Мне бы не хотелось, чтобы вы думали что наше управление отказывается помочь вам. Просто я хочу сказать, что таких беглецов, как ваш брат, в нашем городе такое же количество, как и машин Вы и представить себе не можете, как трудно вычислить и поймать подростка в Лос-Анджелесе. Они живут на улице и часто меняют места проживания. К тому же, согласитесь, чрезвычайно трудно найти человека, который не хочет, чтобы его нашли, – он нетерпеливо пожал плечами. – Прошу простить меня, но дела обстоят именно так. Мы примем все меры, но обещать я ничего не могу.

Его слова прозвучали обескураживающе, но, по всей видимости, это была правда. Маделин откинулась на спинку стула.

– Что же мне делать? – в отчаянии спросила она.

– Вам надо ехать домой и ждать. Маделин упрямо покачала головой.

– Как вы не понимаете, что я не могу вернуться без него?! Дэви еще совсем ребенок. Никогда не прощу себе, если с ним что-нибудь случится, – она отвернулась, чтобы он не заметил ее слез.

– Мы сделаем все от нас зависящее. Однако Маделин прекрасно понимала, что этого обещания недостаточно. И она снова вспомнила о своем плане. В обычных обстоятельствах такая идея никогда бы не пришла ей в голову. Но теперь совсем другой случай, напомнила она себе и, переведя дыхание, начала: