Чтение онлайн

– Ты права, – вскоре отозвалась моя подруга. Судя по голосу, она даже заулыбалась. – А как ты думаешь, – она приподнялась на локте, глядя на меня, – у меня всё получится?

– Не знаю. Давай спать, а?

– Спокойной ночи! – Её голос глухо прозвучал из-под одеяла.

Обиделась, значит. Спряталась. Не нужно быть психологом, чтобы понять, что наружу вылез совсем уже младенческий инстинкт: под одеялом – самое надёжное убежище.

– Ага, – сказала я.

А про себя подумала, какие же мы

всё-таки дети. Ведь десять лет – это не так-то уж и много. Интересно: выживем?

Свет выключился сам.

Я проснулась среди ночи от жуткого грохота. Сначала мне показалось, что произошла какая-то глобальная катастрофа и стены комнаты начинают разваливаться. Спросонок начала шарить рукой рядом с постелью, пытаясь включить ночник, потом вспомнила, что не дома. Дрожащим голосом спросила:

– Что случилось?! Полина, это ты?!

– Всё в порядке, спи! Это я с кровати упала.

– Зачем? – Меня разобрал смех.

– У меня дома стена с другой стороны, – мрачно объяснила моя невидимая собеседница и пообещала. – Если кому-нибудь об этом расскажешь – убью на месте.

Меня разбирал хохот, я не могла ответить ни слова. Полина несколько секунд послушала меня, потом подозрительно осведомилась:

– Бахмурова, у тебя истерика, что ли?

Я едва смогла взять себя в руки:

– Похоже на то.

– Знаешь, есть такое хорошее народное средство…

– Только не надо давать мне пощёчины, я уже успокоилась.

– А то смотри, это я быстро – мяукнуть не успеешь.

После этого я долго не могла уснуть. А когда уснула, то как-то так получилось, что не успела я закрыть глаза, как уже нужно было вставать.

Одеваясь, Полина косилась на меня, ожидая, наверное, что я буду насмехаться над ней из-за ночного происшествия. Я молчала. Наконец, девочка не выдержала.

– Как спалось? – Деланно безразличным голосом поинтересовалась она.

– Плохо. Ерунда какая-то снилась.

– Какая?

– Представляешь, приснилось, что я с кровати упала!

Полина замерла, во все глаза уставившись на меня. Такого поворота событий она явно не ожидала.

– С какой ещё кровати? – Подозрительно осведомилась она.

– Думаешь, я помню? – отмахнулась я. – Я даже не совсем уверена, что это я была, может ещё кто-то. Делать мне больше нечего – сны запоминать. Так и головы никакой не хватит.

Полина успокоилась, а через минуту даже заулыбалась.

– Как ты думаешь, что мне сегодня одеть? – Спросила она.

– Чем тебе вчерашняя футболка разонравилась?

– Ты ещё скажи, чтобы я шорты одела! – В голосе моей собеседницы прозвучал откровенный ужас. – Это – самый быстрый способ дать мне понять, что ты ничего в одежде не смыслишь. Я пытаюсь

пробиться в нашем классе на какую-нибудь официальную должность, а значит, мне и имидж нужно соответствующий поддерживать. Мне нужно то, что на литературном языке называется "деловым костюмом".

Я взяла полотенце и пошла в душ. Там стояла солидная очередь. Обескураженная, я вернулась обратно. Полина сидела перед зеркалом и пыталась что-то сотворить со своими, если уж совсем честно, жиденькими волосами.

– Раньше вставать надо, – заметила она. – Папа говорит, что после восьми утра поднимаются или аристократы или идиоты.

– А я кто по-твоему? – С интересом спросила я.

– Ты всего на три минуты встать опоздала, так что для первого раза это не считается. Тем более, я тебя не так-то уж и хорошо знаю. А к тому времени, как ты задержишься с подъёмом в следующий раз, я уже смогу ответить на твой вопрос.

– Спасибочки.

Полина долго молчать не могла. Стоило только наступить небольшой паузе, она тут же принялась рассуждать, что, на самом деле, всё у нас идёт неправильно.

– У нас школа Навигаторов, правильно? Самая главная из всех "Штук" вообще. И это не важно, что мы всего лишь на первом курсе. Нам по статусу не положено, чтобы мы по утрам в очереди к умывальнику стояли. Вот сейчас поживём без комфорта, вырастем, разозлимся – и устроим революцию, пусть знают!

– И кого ты смещать собираешься, если мы и так главными будем?

Полина задумалась.

– Но ведь в Правительстве не все Навигаторы – из суперов? Есть и обычные люди? Вот их-то мы и сместим.

– А потом что будем делать? – Продолжала допытываться я.

– Что-нибудь придумаем… Да и что ты в самом деле, – разозлилась она, – я шучу, а ты на самом деле уже прикидывать начинаешь. У тебя чувства юмора вообще нет.

– Есть, только оно у меня… хм-м… специфическое.

– Впервые оказываюсь в положении, в котором постоянно находится мой папа: пожаловаться некому, – поведала она мне через минуту. – Если нам и вправду доведётся сегодня встретиться со здешним начальством, я выскажу претензии, это за мной не задержится. Только вот думаю: мне за это по шее не накостыляют?

Я никогда не была хорошим физиономистом, но лицо Полины было таким выразительным, что, стоило ей только о чём-нибудь подумать – я тут же понимала, что пришло ей в голову. Сейчас в глазах у неё явно мелькнул огонёк беспокойства. Она всерьёз опасалась, что кому-то из вышестоящих может не понравиться её излишнее рвение.

– Никита сказал к вам придти, – раздался голос с порога. Полина едва сдержалась, чтобы не завизжать, как она это сделала вчера; ей удалось вовремя взять себя в руки, она даже не повернулась, продолжая смотреть в зеркало.