Чтение онлайн

Пилу нахмурился. Так всегда получалось, когда он пытался думать. Обычно он предпочитал говорить.

– "Пугать"? Ну, моряки говорили мне: "ты не такой пугливый, как твой брат". Это потому, что Мило с ними почти не разговаривал. Он просто хотел заработать для себя трёхногий котёл и несколько ножей, чтобы жениться.

– Ты хочешь сказать, штанишники бросают всё подряд в кокосы, потому что кокосы не говорят?

– Возможно. Штанишники всё время ведут себя очень странно, - сказал Пилу. – С ними такая штука… Они храбрые, и плавают на своих лодках из одного конца мира в другой, и знают секрет железа, но есть кое-что, чего они очень боятся. Угадаешь?

– Ну, я не знаю. Морские

чудовища? – предположил Мау.

– Нет!

– Заблудиться? Пираты?

– Нет!

– Тогда сдаюсь. Чего же они боятся?

– Ноги. Они боятся ног, - с триумфом объявил Пилу.

– Боятся ног? Чьих ног? Своих? Убегают от них? Но как? И на чём?

– Не своих ног! Чужих! Штанишные женщины страшно переживают, если увидят мужские ноги, а один из моряков на "Джоне Ди" рассказывал о юноше, который упал в обморок, увидев женское колено! Он сказал, штанишные женщины даже столы покрывают тканью! Чтобы молодые люди не увидели ножки и не подумали случайно о женских ногах!

– Что такое стол? И почему у него есть ноги?

– Вон стол, видишь? – сказал Пилу, указав в дальний конец большой каюты. – Это чтобы пол приподнять повыше.

Оказывается, Мау видел стол и раньше, но не обратил на него внимания. Всего лишь пара досок, приподнятых над палубой при помощи кусков дерева. Стол накренился, потому что после крушения "Свит Джуди" завалилась на бок, а стол был прибит к палубе. К деревянной поверхности стола были приколочены двенадцать кусков тусклого металла. Оказалось, это "тарелки" ("Зачем они?"), которые прибили к столу, чтобы они не ёрзали при качке, и чтобы их можно было мыть, просто опрокинув над столом ведро ("Что такое ведро?") воды. Глубокие зазубрины на тарелках появились, потому что основной пищей моряков была двухлетней давности солёная говядина или свинина, которую непросто было разрезать даже с помощью ножа, но Пилу такая еда очень нравилась – её можно было жевать весь день. В трюме "Свит Джуди" стояли большие бочки с солониной. Ею сейчас питалось всё население острова. Мау больше любил говядину, которая, как сообщил Пилу, была мясом животных по имени "скот".

Мау задумчиво постучал по столешнице.

– На этом столе нет штанов, - заметил он.

– Я спрашивал, почему, - пояснил Пилу. – Они ответили, что моряку ничто в мире не может помешать думать о женских ножках, поэтому нет смысла понапрасну тратить ткань.

– Странный народ, - заметил Мау.

– С ними всё не так просто, - продолжил свой рассказ Пилу. – Когда ты уже уверен, что они просто свихнулись, ты вдруг видишь что-нибудь вроде Порт-Мерсии. Огромные каменные хижины, выше деревьев! Некоторые внутри могут вместить целый лес! Множество лодок, ты и вообразить не можешь, сколько! А ещё лошади! О, на лошадей стоит посмотреть!

– Что такое лошади?

– Ну, они… ну, диких свиней видал? – спросил Пилу, поддевая очередную доску.

– Ближе, чем ты можешь вообразить.

– Ах, да. Извини. Мы слыхали об этом. Ты молодец. Ну так вот, лошади вовсе не свиньи. Но если взять свинью, увеличить её и растянуть, добавить длинную морду и хвост, она станет как лошадь. Не считая того, что лошади гораздо симпатичнее. И ноги у них длиннее.

– Значит, лошади на свиней совсем не похожи?

– Ну, пожалуй, ты прав. Однако ног у них столько же.

– А они укрывают свои ноги тканью? – спросил совершенно сбитый с толку Мау.

– Нет. Только люди и столы. Тебе тоже надо попробовать!

Они её всё-таки заставили. "Может, и к лучшему", - признала Дафна. Она и сама хотела, но не решалась, а они её заставили,

точнее, они уговорили её сделать то, что она хотела сделать сама, и теперь, наконец, сделав это, она была рада. Рада, рада, рада. Бабушка такого не одобрила бы, конечно, но это ничего, потому что: а) она никогда не узнает; б) Дафна всего лишь действовала в соответствии с обстоятельствами и здравым смыслом; в) бабушка и в самом деле никогда-никогда не узнает.

Дафна сняла с себя платье и все юбки, кроме одной. От полной наготы её отделяли всего лишь три предмета одежды! Ну ладно, четыре, если считать травяную юбку.

Неизвестная Женщина сплела её для Дафны при полном одобрении Кэйл. На юбку ушло немало этой странной местной травы, которая росла по всему острову. Точнее, даже не росла, а разворачивалась, словно длинный зелёный язык. Она оплетала другие растения, взбиралась на деревья, в общем, проникала повсюду. Благодаря кулинарным урокам Кэйл, Дафна знала, что из этой травы можно сварить суп (на вкус так себе), а её соком хорошо мыть волосы. Но в основном тонкие стебли использовались вместо нитей, чтобы делать плетёные сумки и одежду. Вроде травяной юбки, которую сплела Неизвестная Женщина. Для этого бедняжке пришлось расстаться со своим ребёнком, пусть ненадолго, а каждый шаг на пути к выздоровлению следовало поддерживать, поэтому Дафна понимала, что юбку теперь придётся носить всё время.

Юбка постоянно шуршала, сильно смущая Дафну. Ей казалось, что она стала похожа на ходячий стог сена. Зато вентиляция просто отличная.

Наверное, именно это бабушка называла "Одичать". "Обиностраниться" с её точки зрения было преступлением, или, как минимум, стыдной болезнью, которую можно подхватить, если слишком много времени проводить на солнце или есть оливки. Но Одичать – ещё хуже. Это значит сдаться и стать как дикари. Чтобы не одичать, следовало в любых обстоятельствах действовать точно так же, как дома: одеваться к обеду в душные закрытые платья и есть на ленч варёное мясо и коричневый суп. Овощи считались "нездоровой пищей", а фруктов лучше вообще избегать, потому что "неизвестно, где они были". Последнее правило всегда несколько озадачивало Дафну, потому что в каких таких нехороших местах мог бы побывать, например, ананас?

В конце концов, разве не сказано: не лезь в чужой монастырь со своим уставом? Но бабушка на это наверняка возразила бы, что в чужих монастырях, люди вытворяют бог знает что: купаются в крови девственниц, бросают людей львам и подают к чаю павлиньи глаза.

"Ну и плевать", - подумала она. Это бунт! Но, конечно, Дафна не собиралась расставаться с лифчиком, панталонами и чулками. Она же не совсем свихнулась. Ты должна Поддерживать Стандарты.

Дафна поймала себя на том, что последняя мысль была озвучена голосом бабушки.

– Знаешь, а на тебе они неплохо смотрятся! – рассмеялся Пилу. – Девушка-привидение скажет: "Ага, да он же штанишник!" И позволит тебе поцелуй.

– Сколько раз повторять, не собираюсь я целоваться! – разозлился Мау. – Я… мне просто интересно, как они действуют.

Он сделал несколько шагов на пробу. Штаны как следует отмочили в реке и несколько раз отколотили палкой, положив на камень, но они всё равно были жёсткими и скрипели при ходьбе.

Глупо, конечно, но если ты не веришь в богов, то, может, хоть штаны чем-то помогут? В конце концов, бывает же на свете волшебная одежда, например в песенке про Четырёх Братьев. У Северного Ветра был плащ, который позволял ему летать. Если не верить чудесной песне, которая превращает яд в пиво, то чему тогда вообще можно верить?