Чтение онлайн

Белые «охотники» крались за ним по пятам, хоронясь за деревьями, словно злые духи.

За прилавком сидел сам хозяин. Заряженный винчестер лежал рядом. Только Черный Билл повернулся к нему спиной, грянул выстрел! Потом второй! Третий…

Черный Билл лежал на полу, истекая кровью. Не успел он на этот раз обернуться лисой или волком! Не хватило у него ни сил, ни времени.

Так рассказывают про Черного Билла белые люди. А черные алабамцы усмехаются и говорят, что все было совсем иначе. Они говорят, что Черный Билл и по сей день бродит где-то между Бэй-Майноттом, Фломейтоном и Блафф-Спрингом, только когда в облике овцы, а когда собаки, иногда и кабана, а то и кролика, и потешается

над сказками белых.

Акробат на трапеции

Ковбойская песня

Перевод С. Болотина и Т. Сикорской

На родине милой, в далеком краю

любил я прекрасную Дженни мою.

Теперь я один и лишь песню пою

о том, как погибла любовь.

Бродячая труппа гостила у нас,

к нам зрителей толпы стеклись.

Под куполом цирка воздушный гимнаст

взлетал на трапеции ввысь.

Он мчится, как птица,

вперед и назад,

и девичьи лица

восторгом горят.

Так взор моей милой

пленил акробат

и счастье похитил мое!

Три года один я скитался в тоске,

но как-то под вечер в глухом городке

увидел на ярком афишном листке

воздушных трапеций полет.

А ночью огни цирковые зажглись,

и замер от ужаса я:

взлетала на легкой трапеции ввысь

любимая Дженни моя!

Летит, словно птица,

вперед и назад,

и юношей лица

волненьем горят,

а в кассе деньгами

звенит акробат,

похитивший счастье мое!

Брайан О'Линн

Шуточная песня

Перевод Ю. Хазанова

Брайан О'Линн был знатным рожден —

Космы не стриг и не брился он;

Глаза потерялись в чаще морщин…

«Красив я — нет сил!» — говорил О'Линн.

Брайан О'Линн не носил пиджака,

Он шкуру на бойне взял у быка;

Торчали рога на целый аршин…

«Могу забодать!» — говорил О'Линн.

Брайан О'Линн не имел даже брюк,

Но, чтобы людей не смущать вокруг,

Он справил штаны из потертых овчин…

«Последний фасон!» — говорил О'Линн.

Брайан О'Линн деньжат накопил

И в лавке ботинки себе купил;

Подметки у них чуть прочнее, чем блин…

«Легче плясать!» — говорил О'Линн.

Брайан О'Линн часов не хотел —

Он в репе дыру ножом провертел,

Кузнечик трещал там, певец долин…

«Чем не часы?» — говорил О'Линн.

Брайан О'Линн был ужасный франт:

Носил блоху — выдавал за брильянт,

«Цену ей знаю лишь я один —

Нет ей цены!» — говорил О'Линн.

Брайан О'Линн на кляче верхом

Супругу и тещу везет к себе в дом.

В час полмили одолели они…

«Чем не рысак?» — говорит О'Линн.

Брайан О'Линн с родней дорогой

По мосту едет над бурной рекой.

Рухнул вдруг мост без всяких причин…

«Что ж, поплывем», — говорит О'Линн.

Крошка Билли

Пересказ Т. Карелиной

Так вот, как сказал поэт, слава к ним пришла не за их темные дела, а за быстроту и решительность. Во всем. Они убивали — пиф! паф! — полицейских, помощников шерифа, шерифов. А сами уходили от пуль, потому что всегда были начеку и никого не боялись.

Первым среди головорезов был Крошка Билли. Однако славился он уже после смерти. За свой короткий век — всего двадцать один год — он совершил не одно убийство, но романтические легенды сделали из него героя.

Считают, если бы не шериф Пэт Гаррет, Крошка Билли так и почил в безвестности. Но Пэт Гаррет решил описать его «подвиги». Тот самый Пэт Гаррет, который сначала был лучшим другом Крошки Билли. А когда стал шерифом, вызвался поймать и арестовать этого бесстрашного убийцу, наглого угонщика скота, лучшего кавалера в графстве Линкольн штата Нью-Мексико.

Настоящее имя Крошки Билли — Уильям Г. Бонней. Он родился в 1859 году в городе Нью-Йорке, откуда трехлетним ребенком переехал с родителями в Канзас. Совершил свое первое убийство, когда ему было двенадцать лет — в городе Силвер Сити штата Нью-Мексико, — отомстил оскорбителю своей матери.