Чтение онлайн

– - Правда соль эта совершенно не подходит для длительных консерваций. Только еще как-то яблоки моченые, квашенная капуста и квашеные огурцы в бочках получаются. Мясо и сало не больше месяца. Рыбу солить не выходит. А грибы после пары случаев легкого отравления только отварные или сушеные. Вот такой парадокс. Я к глубокому моему сожалению не химик и более точно определить состав нашей соли не могу.

– - А чай?
– Я вспомнил о еще одном неясном моменте.
– Ароматный, крепкий, бодрящий. Разве в наших широтах его получается успешно выращивать?

– - А чай, молодой человек, мы и не выращиваем.
– Доктор легко подхватил мой следующий вопрос. Оглядевшись вокруг, уверенно сошел с тропинки и через пару метров указал мне на полевое растение.
–

Чай у нас растет сам и везде. Это "верба-трава" или как ее еще называют "иван-чай". Довольно не сложный процесс сбора, рубки и последующей ферментации. После активная просушка и пожалуйста. Говорят, что этот чай поставляли даже в англию, но мне в это слабо верится. Не будут надутые английские лорды пить чай из сиволапой России. Вот из прижатых к ногтю колоний и с огромным трудом добытый, это да. У нас же каждый заваривает кому как нравится. И с малиной, земляникой, смородиной, липой, шиповником. Кто с молоком. Сахар в прикуску по праздникам. Мед отжатый и в сотах.

– - Может и шоколад вы делаете?
– не удержавшись с дуру брякнул я.

– - Увы. Шоколад и кофе остались только в воспоминаниях, - то с какой тоской Белозерцев произнес эти два слова заставило меня смутиться.
– Впрочем как и многое другое.

– - Простите Евгений Михайлович, сбило с толку как вы мне все свои достижения описывали, будет шоколад и кофе будет.

– - Дай то Бог. Не извиняйтесь Дима, просто если не хотите утонуть в женских слезах не произносите этих слов на кухне. А мы кстати почти пришли. Ох и давно я тут не был, лет пять наверное уже.

Мы действительно пришли. Портальная приспособа стояла на своем историческом месте, в центре опушки греясь в лучах дневного солнца. Интересная беседа по пути сюда не оставила времени задуматься с чего начать изучение и какие танцы с бубном предположительно должны зарядить монумент. А то что он разрядился я не сомневался. Стоило лишь сравнить те ощущения которые я испытывал перед прикосновением к камню с той стороны до открытия прохода, во время его работы и после закрытия. В начале, после происшествия с странной печаткой, уловил течение холода от валуна и внутреннее напряжение, почти иссякшее перед отчаянным шагом в портал. Может именно чувство этого иссякания и подсказало о закрытии червоточины. А может это я "разрядился". Думать о том, что заряд был одноразовый не хотелось. Неспешно обойдя стороной камень я приблизился со стороны прекрасно видимого отпечатка ладони, остановившись метрах в пяти. Никаких странных ощущений, в ушах только звенит от волнения. Еще два широких шага, вновь старательно прислушиваюсь к себе и к окружающему миру. Бросив взгляд на спутников увидел как пристально следит за мной Белозерцев. Ну и что мне делать? Опять бегать и материть камень? Искать новую печатку? А хватит ли заряда аккумуляторов после вчерашней демонстрации Терки колхозникам? Еще два небольших шага и ... Есть! Есть, будь они неладны эти порталоделатели! Я все таки почувствовал легкий исходящий холодок от монумента. Исходящий ритмичными, неспешными пульсациями в мою сторону. Да очень слабо, но готов прозакладывать все что угодно вчера этого чувства не было.

– - Есть!
– прокаркал я охрипшим горлом и обернулся к Белозерцеву.
– Слабо, но есть. Холодные волны. Думаю он заряжается. Незнаю как передать словами, но вчера этого небыло.

– - Уверены? Пройдитесь вокруг и еще походите рядом.
– Доктор был бледен и на лбу, даже с моего места было видно, блестели бисеринки пота. Семен же был спокоен как танк, убедившись что все хорошо, завалился прямо на траву и кажется стал набивать трубку.

– - Да уверен! Вчера пол часа об эту каменюку терся, полный ноль.
– последовав совету Евгения Михайловича отошел на пару шагов назад и мгновенно перестал чувствовать камень. Походил вокруг.
– А там дома я его метров с десяти чувствовал и не волнами, а сплошным потоком. Как думаете стоит попробовать активировать его?

– - Почему нет, пробуйте. Только даже не знаю, стоит ли вам в него заходить, если сработает.

– - Да, конечно.
– я приблизился

к отпечатку и приложил ладонь.
– Нам нужно только убедиться.

Но ничего не произошло. Вместо легкого электрического разряда я почувствовал шершавую нагретую на солнце поверхность камня.

– - Жаль, весьма жаль.
– Доктор видимо сообразивший что сегодня "кина не будет" приблизился.
– Нет, я ничего не ощущаю. Вы говорите волны холода? Позвольте мне?

Белозерцев встав на мое место тоже попытался накрыть след пятерни своей. Тщетно.

Семен, которому видимо надоело валяться на травке и наблюдать наши научные изыскания крикнул что пойдет за рыбой на озеро. Интересно ему правда безразлична вся эта суета у портала? Все-же в жизни деревни многое изменится если мы разберемся в механизме открытия врат. Фаталист или просто человек дела? Понимает, что в этой ситуации от него ничего не зависит и предпочел заняться насущным? Если так то очень хорошее и правильное качество. Чаще бывает наоборот, бестолочь с завышенным самомнением лезет давать советы, поучать и самое главное критиковать. "Я же вам говорил". За такую фразу нужно на пятнадцать суток принудительных работ задерживать.

Попытки прозвонить землю на полянке в поисках артефакта успехом не увенчались. Терка не издала ни единого звука пока я по расходящейся спирали двигался от монумента обследуя грунт. Покопавшись в настройках я повторил эту процедуру еще раз. И снова пусто. Что же отсутствие результатов это тоже результат.

Оставив монумент в покое мы устроились на границе леса, расстелив мою куртку и выложив на нее припасы. Есть не хотелось и потому мы просто углубились в беседу, изредка отщипывая кусочки булки и скармливая угощение ластящимся собакам. Доктор решил что настала его очередь приставать с расспросами, поэтому стал вопрошать по интересующим его темам. Какие прорывы в химической отрасли. Какие из недавних открытий в физике мне запомнились. До каких высот добралась современная медицина. Из наспех припомнившегося, кратенько рассказал о масштабном производстве пластика, на которое теперь идет весомая доля мировой добычи нефти. О выращивании кристаллов, честно признаваясь, что понятия не имею как это делается, но факт. Что физики смастерили коллайдер, но я не знаю для чего и что он представляет. Немного углубился в тему бытового применения лазеров. Потом подведя итог сказанному покаялся, что все эти достижения с более чем десятилетней историей. О новых открытиях мне известно еще меньше.

– - Как же так!
– возмутился Белозерцев, - Вы юноша совсем не интересуетесь происходящем в мире? Настолько нелюбопытны? Не читаете газет и не слушаете радио? Стыдно, знаете ли иметь такой ограниченный кругозор.

Вот уел, так уел. Без сомнения ученые разных стран и разных отраслей, периодически извещают мир о новых открытиях. Что там из читанных заголовков в памяти осталось? Квантовая телепортация. Прогнозируемое глобальное потепление. Поиски квазичастицы. Да блин, я понятия не имею чем занимается современная наука и сдается мне, что я не один такой. А много чаще в новостях мелькают лица наших и иностранных политиков, чиновников. Больше интерес общества привлекают репортажи с мест катастроф, бряцанье оружием и грязное белье звезд шоу-бизнеса. Ажиотаж вокруг нового "яблочного" телефона, курсы валют и цены на топливо. Бес с ним, естествоиспытателем, притащу ему подписку какого-нибудь журнала типа "наука и жизнь" за последние двадцать лет. Интересно есть ли такие журналы? А кроссворды на последней страничке на них еще сохранились?

Дабы хоть как-то отмыться от позора с познанием в науках, закатил получасовую лекцию о достижениях медицины. Вспомнились современные ожоговые центры с кроватями на воздушной подушке, донорской кожей от животных, высокоточном диагностическом оборудовании. Рассказал, что смог вспомнить о применении видео оборудования в хирургии, ультрозвука, лазеров, ну и так собрал всякого из сериалов, более-менее правдоподобного и тоже до кучи пересказал. Стал припоминать о новых, сильных антибиотиках.

– - Простите, как вы сказали? Антибиотики. Это что?