Наблюдатель
Шрифт:
— Эрогенные зоны нашей госпожи?
— Да.
— Мы это знали, еще в бункере. Между прочим, Иди — не супер. И если он думает, что Джоана сама бросится ему на шею, то очень глубоко заблуждается.
Нежные, но умелые руки осторожно касались кожи, пробуждая совсем, казалось, забытое ощущение удовольствия обладания женским телом.
— Что вы себе позволяете! — на кровати в полный рост, стояла Джоана, с трудом сдерживая ярость.
Девчонки, с визгом выскочив из воды, попрятались за колонны:
— Госпожа,
— Это правда, Иди?
— Не совсем. Я могу спать только с единицами. Но в Вашем мире, таких пока еще встретить не удалось, — он одел брюки.
— Вот и прекрасно! Значит, я буду спать одна. — Устроившись поудобнее, мгновенно заснула вновь.
— Господин! А какая женщина имеет право спать с Вами? — Неугомонные проказницы вновь окружили своего тюремщика.
— Та, что останется, жива, надев древнее украшение нашего рода.
— А Вы нам можете показать его?
— Хорошо, но при условии, что оставите меня в покое. — Взяв изящную шкатулку, он показал изумленным девушкам изумрудную диадему необыкновенной красоты. Озорно сверкнув глазами, Абигаль схватила украшение, в одно мгновение вскочила на кровать и одела его спящей хозяйке. По комнате разлилось необыкновенное сияние.
— Ну что еще такое? — Джоана вновь села на кровати. — Что вы все на меня так уставились?
— Иди сказал, что недостойные этой короны, умирают. — Рабыни с изумлением смотрели на королеву.
— Вот и прекрасно! — Поймав одним прыжком замершую Абигаль, надела украшение ей на голову.
Закрыв на мгновение глаза, та тихо засмеялась:
— Я тоже живая! Держи ее! — уже вдвоем, они поймали Мари. И ей диадема пришлась впору.
— Ладно, подберите мне платье под цвет, и запомните, на этот раз я уже точно прибью ту, кто посмеет еще раз нарушить мой сон. А это украшение я больше никому не отдам. — С этими словами она надела диадему, вновь замерцавшую таинственным светом, и погрузилась в сон.
Рабыни тихо подошли к господину, зачарованно смотрящему на Королеву:
— Мы все трое имеем на тебя полное право! Может, поделишься, в конце-то концов! Сколько уговаривать можно?
— Хорошо, но сначала она!
— И этот туда же, — Мари устало вздохнула, — только сначала ознакомишься с содержимым этой кассеты, а завтра вечером и с нашей госпожой, но мне предварительно надо будет провести небольшой тест на совместимость. — Мари подала маленькую пластиночку.
— Делай что хочешь, но завтра она станет моей.
За завтраком, Джоана вышла в новой диадеме и длинном платье из тяжелой золотой ткани, со шлейфом и глубоким вырезом. Нежную обнаженную руку обвивала золотая змейка с изумрудным глазком. Пантера чуть не потеряла сознание от зависти, решив сразу же заказать себе еще более шикарную, алмазную корону. А Абигаль незаметно подала
Вечером, когда Мари заканчивала вытирать чисто вымытое тело дремавшей госпожи, Абигаль, тихо подкравшись, вылила на нее полный кувшин черного нектара. Вскочив, в бешенстве, Джоана наотмашь ударила проказницу, но та увернулась, спрятавшись за спиной Иди.
— Успокойся! На вот выпей, — он подал ей бутылку. Не чувствуя подвоха, быстро осушила, и тут же упала как подкошенная.
— Давайте я помогу Вам, — Абигаль потерев щеку, положила королеву на кровать и начала осторожно натирать ее черным нектаром.
— Достаточно, дальше я сам. — Осторожно коснувшись разгоряченной кожи, Иди остро почувствовал, властное желание прижаться к ней всем телом и больше никому и никогда не отдавать этого сокровища. Но что это? На нежной коже зловеще светилась королевская татуировка. Как смогла хрупкая красавица выдержать подобную пытку?
Застонав, девушка пришла в себя. И из последних сил попыталась вырваться.
— Отпусти меня! Не прикасайся!
— Ни за какие сокровища в мире, я не отпущу тебя! — он приник к полураскрытым губам.
Наутро, впервые за все время существования Нежной Розы, завтрак был подан прямо в комнаты. Эрг и Иди погрузились в пучину неги и страсти, совершенно забыв обо все на свете. Только телохранители, казалось, совершенно ничего не замечали и не реагировали на колкости и приставания девушек. Но постепенно с каждым днем все больше и больше портилось настроение Джоаны. Бедная Абигаль уже боялась подойти к хозяйке. Дождавшись, когда та заснула, Мари потихоньку растолкала Иди.
— Господин! Госпожу надо успокоить!
— Как? Посадить на транквилизаторы?
— Нет, она ведь «СВ», значит ей надо дать какое-нибудь занятие. Тогда она вновь станет спокойной и покладистой.
— А если начнет взрывать все подряд?
— Не беспокойтесь, а предоставьте все мне. У Вас здесь есть лаборатории?
— Конечно!
— Вот и прекрасно, сегодня вечером, намекните, что при хорошем поведении она могла бы там бывать.
— Но спать она будет только со мною!
— Конечно!
— Послушай, моя прелесть! — Иди обнял недовольную красавицу, — Почему бы тебе не оставить в покое бедную Абигаль и не заняться чем-нибудь полезным?
— Например, вышиванием? — она презрительно дернула носиком.
— Можно и этим. Но у меня здесь есть и не только мастерские, но и прекрасные конюшни, мототреки, автодромы, лаборатории…
— А ты мне позволишь работать там? — в карих глазах вновь вспыхнул огонек.
— Ну, если ты будешь вести себя, так как здесь, то я запрещу тебе вообще выходить из комнаты.