Мы даже смерти выше...
Шрифт:
попадает в часть под Москвой как раз во время декабрьского
наступления. И буквально в одном из первых боев погибает.
Впоследствии я разыскивала. Нашла платежную ведомость от 8
декабря такой-то части 331 дивизии. Там значилась его
фамилия, что-то ему надлежало. Он был заместителем
политрука пулеметной роты. Коля погиб 8 февраля 1942 года.
Впоследствии то место, где он погиб, назвали долиной смерти.
«А жизнь останется навеки неповторенной, короткой
оборванная песнь». Еще мне хочется сказать о Николае, что у
него было очень серьезное отношение к творчеству, он говорил:
Есть жажда творчества,
Уменье созидать,
На камень камень класть,
Вести леса строений,
Не спать ночей, по суткам голодать,
160
Нести всю тяжесть каждодневных бдений,
Остаться нищим и глухим навек,
Идти с собой, с своей эпохой вровень
И воду пить из тех целебных рек,
К которым приложился сам Бетховен;
< …>
И вот его же слова: «В чем сущность жизни? Сущность
жизни вовсе не в соблазне, а в совершенстве форм ее». Если бы
мы понимали, что такое соблазн и что такое совершенство
форм. Я для себя представляю, что это – творчество. Это –
делать что-то так, что лучше тебя делать никто не может.
Что я могу сказать в конце: Колина жизнь была очень
короткой и очень яркой. Он был действительно талантливым
поэтом. И по зрелости таланта литературоведы впоследствии
сравнивали его даже с Лермонтовым, который погиб намного
старше Коли Майорова. Коля погиб в неполных 23 года».
Вздох. Последняя фраза: «Ну, вот и все». Камера
приближает морщинистые руки. Под ними на столе две
фотографии: с непропечатанным уголком – Николая Майорова и
в овальной раме – Ирины Пташниковой.
Подготовил Николай Голубев, «Рабочий край»
http://www.rk37.ru
«Мы любили жизнь, но вас мы любили больше».
Найдена могила поэта Николая Майорова.
О жизни, любви и смерти ивановца, погибшего на фронте.
«Никто не забыт, и ничто не забыто». Этот лозунг-клятву
(ныне потрепанный, как железнодорожный матрац) придумала
Ольга Берггольц – голос блокадного Ленинграда. Символично,
что ее саму знают и помнят сегодня очень немногие. А для меня
война начиналась именно с Берггольц. Хотя и до нее были
десятки прочитанных в школе книг, выслушанных по
161
телевизору и живьем историй. Но все это воспринималось мной,
ребенком, не
Берггольц «Говорит Ленинград» это восприятие перевернуло –
она стала последним недостающим пазлом в огромной черной
картине войны.
Ивановский поэт Николай Майоров погиб на Смоленщине в
феврале 1942 года. Нельзя сказать, что он забыт своими
земляками-ивановцами. Его именем названа улица в областном
центре, где он жил. В Литературном сквере на облупившемся
постаменте стоит его бронзовый бюст. Каждый май во всех
ивановских школах читают стихи поэта-фронтовика. Режиссер
Регина Гринберг поставила поэтическое представление
«Николай Майоров», удостоенное в 1975-м году Всесоюзной
премии Ленинского комсомола. Этот спектакль-портрет
несколько лет с аншлагом шел на сцене Ивановского
молодежного театра, и сотни зрителей уходили после него с
заплаканными глазами. Все вроде бы нормально – «никто не
забыт, и ничто не забыто». Только вот за прошедшие после
войны десятилетия никто из ивановцев так и не съездил на
могилу Николая Майорова…
К сожалению, это так. Дело в том, что в 1960-е прах
красноармейца Николая Майорова из деревни Баранцево
(указанной в похоронке) был перенесен в мемориальный
комплекс села Карманова. И, наверное, если бы кто-то пытался
и отыскал могилу поэта, то о факте перезахоронения стало бы
известно. Но, увы... До сих пор во всех справочниках и
энциклопедиях, книгах и учебниках местом захоронения поэта
считается деревня Баранцево Смоленской области.
Искать могилу Николая Майорова я поехал вовсе не из-за
любви к его стихам (это не мой поэт), и вовсе не для того, чтобы
потом морализировать. Просто так сложились объективные
обстоятельства и мои личные обязательства. Но я рад, что
могила Майорова найдена. И мне важно не столько то, что
найдена могила поэта, а то, что найдена могила ивановца.
Могила моего сверстника, который старше меня всего на год.
Николаю Майорову в последнюю его зиму 1942-го было всего
22 года.
162
Пройдут века, и вам солгут портреты,
Где нашей жизни ход изображен.
Биография Майорова и его творческий путь подробно
исследованы в книге Б. Куликова «Очерк жизни и творчества»
(1971) и литературно осмыслены (и одновременно с тем
несколько домыслены) в повести В. Сердюка «Выше смерти»
(1990). При желании эти работы можно найти в ивановских