Чтение онлайн

«Вертолет, – сообразил он, устало волоча по коридору ненавистный громоздкий инструмент. Остановился, поднял вверх глаза. – На крышу садится. Это за мной они… Если и есть шанс, то это он… А тебе везет, красавчик, – сказал он себе. – Нет, срочно! Срочно в казино… Монте-Карло…»

Днем раньше

Этим вечером Рита встретится с Сашей. Тая затянет его в кафе, и тут, совершенно случайно, появится она.

«Здорово!

Как здорово получилось с этим экспериментом, – радовалась Рита. – Будет тема для разговора. Хотя тема не проблема. Мне кажется, он всегда найдет, что обсудить. Но сегодня я не хочу говорить ни о чем другом. То, что с нами произойдет завтра, это действительно интересно… и страшно… Да… Если б кто другой, никогда бы не согласилась… А Тая права, он симпатичный… Вот только черты лица у него немного женственные. Но теперь мне нравится… Да, это самый интересный тип мужского лица. И худоба ему идет. Не люблю толстых… Ну, ничего, завтра разгляжу повнимательней. А я вовсе и не стерва. Совсем не стерва, – разглядывая себя в зеркало, размышляла девушка. – Я изменилась. Это он делает меня лучше, открывает мне глаза. Теперь я совсем иначе смотрю на людей. Научилась их различать и понимать. Хочется им улыбаться, говорить комплименты. Я хочу смотреть на небо его глазами и восхищаться игрой цвета и света… Как он писал: «Поднимусь к самым звездам, соберу в охапку, прижмусь щекой, как к теплой батарее, надышусь их цветочным ароматом…»

До самого вечера, взволнованная ожиданием, она не могла найти себе места, не зная чем себя занять, – все смотрела на часы и улыбалась отражению в зеркалах. А из зеркал на нее смотрело почти неузнаваемое счастливое личико и тоже улыбалось, сверкая угольками карих глаз и жемчугом белоснежных зубов.

Подкрадываясь к кафе, Рита пряталась за кустами у дальней скамейки парка, крутилась возле фонтана, а затем ревниво высматривала парочку среди дымящих, горластых посетителей. Половина девятого, девять, десять, еще полчаса – никто не пришел. Тая не брала трубку. В парке быстро темнело. Из-за моросившего дождя на мокрых аллейках стало безлюдно, и только фонари отражались в лужах. Дети не смеялись, в открытых кафешках не спорили подвыпившие мужчины, и даже парочки разбрелись.

Рита вернулась домой, но никто больше не улыбался в зеркалах. На подоконнике в освещенной лунным светом комнате затаилась темная грустная тень. Ночь не спеша гасила окна в домах напротив.

Она уже собиралась ложиться, когда позвонила Тая.

– Подружка моя любимая, прости меня! – раздалось в трубке. – Умоляю! Умоляю! Прошу! Скажи, что не сердишься! Ты сейчас все поймешь! Ты поймешь и простишь! Ну, прошу! Ну, прошу!.. Ну, очень прошу!..

– Тебе чего по ночам не спится? – зевнула Рита. – Зачем граждан будишь?.. Пьяная, что ль?

– Ритусик, я пьяная! Я вся такая пьяная! Ты только скажи, что простила меня! Я бы тебе все простила! Потому, что люблю тебя больше всех на свете! Ты же самая-самая моя подружка! Ты простила, да? Ну, промурлыкай, котенок мой, голубушка…

– Голубушка… Голубушка, чего завелась? – нехотя отвечала Рита. – На часы смотрела?

– Лапотусичка, разве ж влюбленные на такие глупости смотрят… – со свистом втянула воздух. – Ох, святой Владебалдис, я сейчас взорвусь…

– Ууу…

– Мы не встретились у фонтана… Он позвонил. Говорит, не могу в девять, давай раньше… Ох, кузнечик мой!.. Как я такая опытная, мудрая… Мозги аж из ушей валят – дур-ра! И

так вляпалась!.. Как девочка пятилетняя… Ну ты скажи, только скажи, и я его брошу, поросеночка, хрюшечку…

– Даже так?

– Ты, наверное, ждала, лапочка? Я как к нему приехала, так совсем ты у меня из головы вон. А ты там бедненькая…

Рита снова зевнула, улыбнулась в трубку.

– Да я и сама забыла. Вот только вспомнила. Хорошо хоть вы меня не ждали… А то знаешь, так устала:

Вадим этот еще, с отцом поругалась… Навалилось все… Думаю, и хорошо, что не пошла.

– Ну, я как-то так и подумала, что ты не придешь…

– Ага…

– Подожди, чет я разоралась. Разбужу еще козлика моего. Спи, спи, малыш, – вот так, на бочок… ой сопит, сопит мой пупсик.

– Угу.

– Рита, Ритусичка, я тебя очень люблю, солнышко, слышишь? – понизив голос, зашептала в трубку Тая. – Подожди, укроюсь, тут холодно, а я голая совсем. Вот… Он позвонил, не могу, говорит, в девять… Я ему – я сама к тебе приеду. Сама думаю, как раз к девяти в парк его уговорю и… Он меня домой пригласил, шампанское пили, мартини, конфеты были… Когда он все успел купить-то? И время так пошло, пошло… Он мне все про нежность, про счастье, про то, как жизнь любить надо, рассказывал. А подводный мир… Ты вот не знаешь, как медузы в толще воды фосфоресцируют. Он мне про звезды рассказывал… У него телескоп есть, книжки разные – про планеты, про Большую Медведицу, а потом как сказал «Млечный путь», и так по руке провел… О, Ритусенька… Как это получилось? Как две капельки, вот так, – еле слышно хлопнула ладонями, – понимаешь? И на полу, и везде, – и так кувыркались, как две зверюшечки, точно, как те медведи: и стонем, и рычим, и кричим. Отдохнем и снова… и опять…

– Угу…

– Какой он красивый, Ритка-а… У него такая татуировка на плече, я удивилась… Представляешь, пистолетный барабан с одним патроном, – на Сашуленьку так непохоже, аж мурашки по коже. И вокруг барабана змея. Спрашиваю, и чего это значит? Говорит: один патрон – русская рулетка, риск, а змея – это змей-искуситель. Искушение риском получается, представляешь?

– Ой, отец с работы пришел, – с трудом выдавила Рита, потому что горло будто сдавило чем-то. Все, подружка, рада за тебя, я сплю.

– Угу… угу… Ну, спокойной ноченьки, лапочка…

Рита подошла к окну. Щеки ее были мокрыми от слез, как и оконные стекла, забрызганные дождем…

«Млечный путь, говоришь. Нежная, волшебная – да? Добренький ты наш. А я и раскисла. Дур-ра. Размазня. Все притворство, все ложь. Люди – насекомые. Все рационально, приземлено, все, что делаем – делаем для себя. Звезды, небо – это так, к слову, чтобы совокупляться интересней было. Слабакам ведь тоже надо как-то участвовать в процессе осеменения. Вот и рассекают по ушам сентиментальным дурочкам. Дистрофик, неудачник, дрыщ… Ничего, я вам устрою… Это тебе наука, Рита, на всю жизнь наука!»

Где-то далеко раздались еле слышные автоматные выстрелы. Ночное небо прорезали огоньки трассеров…

«Что-то случилось с нашим городом, – подумала девушка. – И в аэропорту сегодня стреляли, – вспомнила она. – Мир полон насилия, будешь слабым – сотрут. И никакого фосфора, никаких медуз…»

Зазвонил телефон, высветился неизвестный номер. Почему-то подумав, что это Вадим, Рита сердито бросила:

– Чего тебе?

– Д-доброе утро, Рита… Вернее, д-добрый вечер, – послышалось в ответ…