Мустанг
Шрифт:
Как только мы подошли к костру, я приказал пленнику повернуться и действительно его лицо было мне знакомо. Одно время он работал возницей в компании грузовых перевозок, его выгнали за то, что он продавал налево корм для лошадей. В Форте Гриффин он убил дружественного белым индейца. Наказывать его не стали, но после этого никто не хотел иметь с ним дела.
Я повернул Хукера, связал ему руки за спиной, затем колени и лодыжки. Усадив Хукера там, где мог не спускать с него глаз, я расседлал своего коня, подождал, пока тот покатается по траве и тщательно растер его несколькими пучками сухой
Вынув из своих седельных сумок кусок бекона, я настрогал кусочки в сковородку и отломил полбуханки захваченного из города хлеба. Пока мясо жарилось, я налил себе кофе и вел с Хукером ничего не значащий разговор об индейских территориях.
– Откуда у тебя лошади?
– внезапно спросил я.
– Они мои. Перегоняю их на запад, чтобы продать в Нью-Мексико.
Я с отвращением поглядел на него.
– Хорошая история для сопляков, сказал я, - однако ни один здравомыслящий человек не станет путешествовать в этих краях в одиночку, да еще с лошадьми.
– А затем добавил: - Я ехал с юга.
Он промолчал, хотя и задумался, встретился мне фургон или нет.
– Как ты меня нашел?
– спросил через некоторое время Хукер.
– Ты оставил следы, я по ним шел. Еще ты оставил женщину там, где ее смогут найти индейцы.
– Это не женщина! Она чертова дьяволица! Ведьма, исчадие ада!
– Мне она показалась молоденькой и хорошенькой. А вот место, где ты их бросил, явно не для новичков на западе.
– Я перевернул мясо вилкой, и добавил: - За такое могут линчевать.
– Они бы меня убили. Они собирались это сделать, я слышал.
– Где ты их повстречал?
Он в нерешительности помолчал.
– Вначале я увидел их в Форт-Уорте. Они были хорошо одеты и похоже было, что у них есть деньги. Я крутился вокруг них и услышал, как парни расспрашивали о территории к западу от Форт-Гриффина.
– Ну и что?
Он внимательно поглядел на меня.
– Послушай, Сакетт, ведь ты же не дурак. Почему это парочка хорошо одетых неженок с востока вдруг заинтересовалась этой землей? Землей бизонов и индейцев? Некоторые, правда, считают, что это земля скотоводов, но здесь нет ни шикарных отелей, ни других штучек, ради которых приезжают люди их сорта.
– Ну и что ты подумал?
– Золото, вот что. Много золота. Думаешь они ищут землю под ранчо? Ни в коем случае. Они охотятся за тем, что можно увезти и, по-моему, ответ находится в фургоне.
– Что в нем?
– В этом-то и загвоздка. Они не разрешали мне осмотреть груз, а я несколько раз пытался это сделать. Может быть поэтому они решили меня убить.
– Куда они едут?
Стив Хукер молчал, вероятно обдумывая, что рассказать, а что скрыть. Тем временем я принялся за бекон и поджаренный хлеб, цепляя куски прямо из сковородки. Я был до того голоден, что съел бы и сковородку вместе с костром, но вынужден был довольствоваться дюжиной толстых кусков мяса и половиной буханки хлеба, прожаренного в свином жире. И я выпил почти весь кофейник Хукера.
– Лучше расскажи без утайки, - сказал я, наливая себе последнюю кружку.
– Я еще не решил, что с тобой делать - то ли
– О чем мы толкуем? В этом деле золота хватит на двоих.
Поев, я почувствовал удовлетворение. Я откинулся, оперевшись спиной о ствол дерева и смотрел, как мой мустанг щиплет зеленую траву, ощущая успокоение и довольство этим миром. Тем не менее я не развязал Хукера, поскольку не полагался на его благородство, тем более, что мне хотелось спать.
– Они тебя о чем-нибудь спрашивали?
– О да, хотя и сами знали немало. По-моему, они что-то читали или слышали, но и знания у них были. Я хочу сказать, они не плутали, а ехали туда, куда им нужно.
Постепенно Хукер разговорился. Он последовал за ними на дилижансе, когда они выехали из Форт-Уорта в Форт-Гриффин. Вообще-то он ехал вместе с троицей, помалкивая и прислушиваясь к вопросам, которые они задавали. Девушке не составило никакого труда завязать знакомство с двумя мужчинами с запада, особенно ее интересовали названия мест - она сказала, что они такие колоритные.
– Например?
– спросил я.
– Кросс Тимберс... Льяно Эстакадо... Богги Депот... Реббит Иарс Заячьи Уши.
Хукер заерзал, но я не обратил на него на него внимания. Он хотел намекнуть, чтобы я немного ослабил веревки, а я не собирался этого делать.
– Она подвела их к разговору об этих местах.
– Задавала много вопросов?
– Целую кучу. Полночи только этим и занималась. Брат ее в конце концов заснул, но она нет. Она выпытывала у попутчиков все, что они знали, однако все время возвращалась к Заячьим Ушам.
Я подошел к ивам, отломил несколько веточек и несколько покрупнее с сухого упавшего тополя. Вернувшись к костру, я подбросил их в огонь и поставил воду, чтобы заварить еще один кофейник. Я кое-что знал о Заячьих Ушах и слышал пару историй об этой горе. Скорее всего Стив Хукер тоже до них дознался, пусть даже эти истории не стоили выеденного яйца. А у команды из фургона вовсе не было серьезных причин приезжать в эти края.
– Да, ты хорошо сбил их с пути, - сухо заметил я, - и привез туда, где им не у кого спросить дорогу.
– Когда мы приехали в Гриффин, - сказал Хукер, - я подошел к девице, сказал, что случайно услыхал, будто им нужен возчик для фургона, и что я знаю западные земли. Короче, она купила лошадей и фургон, снарядила нас всем необходимым.
Он взглянул на меня.
– Она меня пугала. А он был не лучше. Вроде они ничего такого не делали, просто она смотрела на меня, а мне становилось не по себе. Затем как-то вечером я услыхал их разговор. Они думали, что я погнал лошадей на водопой, я-то погнал, но потом вернулся послушать, о чем они болтают. Первое, что она сказала, было: "Конечно. Зачем тратить на него деньги? Когда доберемся до Заячьих Ушей, мы уже будем знать обратную дорогу, поэтому проще его убить." Меня поразило, что она говорила об этом так спокойно, словно спрашивала, сколько сейчас времени. На следующее утро я начал отклоняться с дороги на юг. Я хотел запутать следы, чтобы они на обратном пути нуждались во мне. А потом начал думать.