Чтение онлайн

Кроме того, Лера даже в больничной сорочке выглядела очень горячо. Сквозь белую в цветочек хлопчатобумажную ткань проглядывалось кружево красного белья, а тонкие запястья были созданы для того, чтобы их связывать грубой веревкой.

А ее волосы… ухоженные, длинные – они просились, чтобы их намотали на кулак, а саму хозяйку грубо приложить к паху и заставить ее ласкать мой член.

Да, я завелся, и я действительно захотел эту Леру.

Мне неважно кто она, кто ее сбил и то, что она ничего не помнит. Со мной она и так забудет обо всем, и будет ждать только сладостных приказов от меня.

Не спорю, придется постараться, чтобы подмять эту

строптивую малышку под себя, но в состоянии зависимости от меня она вряд ли будет особо сильно кусаться. Хотя мне бы понравилось даже это.

Эта девушка невероятно горяча. До безумия хочется связать эту малышку, подвесить и сделать с ней всякое. Пока эта крошка не сорвет голос, пока ее лоно трижды не познает истинной разрядки.

Да, Лера будет моей. И она станет моей нижней. Я заставлю. Но действовать пока буду аккуратно.

– Слушай, а ты мне можешь дать все сведения по ней? – я попытался переключиться на что-то менее эротическое. – Адрес где ее сбили. Может быть, я сам что-то найду.

– Знаешь, после слов, что ее мог сбить кто-то из родственников, мне уже не хочется, чтобы ее искали, – сообщил Василий. – А вдруг и вправду избавиться хотели? Видно же что девушка ухоженная, обеспеченная. А если ты вот так всколыхнешь это осиное гнездо, то где гарантия что они не захотят убить ее снова?

– Вот я и буду гарантией, – мои мысли снова уносились к Лере, и в них я уже усадил ее на колени между своих ног и ласкал ее губы своим членом. – Позабочусь о том, чтобы никто плохой ее не нашел. Устрою жить в тихое местечко. Обеспечу всем, чем нужно.

– Ты же в любовницы ее себе хочешь записать, – строго прервал меня Василий.

– Ой, а ты у нас святой, я вижу! – хохотнул я. – Пол больницы спит с тобой, тебе как после этого в семейное ложе возвращаться? Нормально? Герой-любовник. У тебя десяток девок, а я хочу одну Леру. Так что давай тут не лечи меня.

– Ничего не пол больницы, – буркнул Василий.

– Не надо говорить об этой Лере так, будто она несовершеннолетняя, – фыркнул я. – Она вон тебе среди цацок своих и обручальное колечко, между прочим, принесла. Так что девочка большая, и знает что такое секс. А вот что такое настоящий секс…

– Так давай меня хоть в это не посвящай, – ворчал друг. – Ты знаешь мое мнение по этому поводу. Я считаю что с женщинами так нельзя обращаться, как это делаешь ты.

– Изменять жене с десятью медсестрами куда гуманнее, – съязвил я.

– Да не десять их, – зашипел Василий. – Всего две. И они работают в разные смены.

– Это, конечно, все в корне меняет, – я продолжал клевать друга.

Наверное, точно так же, как Василий не выносил мои разговоры о Теме, я не любил его разговоры про похождения по медсестрам. Я не считал честным мужчине изменять своей партнерше. Я в свои тридцать пять никогда не состоял в браке, но даже заводя себе очередную рабыню на поводке, я ревностно относился к тому, чтобы она у меня была единственная. Я не заводил другую, пока не выжимал все из текущих отношений. И даже после разрыва отношений, мои рабыни все равно могли рассчитывать на мою поддержку в будущем. Я мог помочь им материально, устроить на работу или познакомить с другим Господином, который бы позаботился о них примерно так же, как я.

Однако это я считал правильнее. Зачем жениться, если ты не уверен, что как минимум двадцать следующих лет ты будешь хотеть только эту женщину, даже если она слегка поправится и немного закопается в быту. Но это нормальная мужская ответственность, как и была нормальной для меня

ответственность между Господином и его рабыней. А Лера будет моей рабыней, даже если долгое время будет против.

– Не знаю, – Василий поднялся из-за стола и прошелся из угла в угол. – Я чувствую себя каким-то сутенером.

– А если ты ее ментам после выписки сдашь, ты себя сутенером чувствовать не будешь? – фыркнул я. – Думаешь главный среди них не трахнет твою Лерочку? Еще как трахнет. Пригрозит чем-нибудь и трахнет. Может твоя Лерочка вся из себя такая богатая и ухоженная, но денег при ней нет. Документов тоже. В кого она превратится через месяц скитаний? В обычную эскортницу. И ты в этом будешь виноват. И это хорошо еще что ее не найдет тот, кто пытался сбить. А то такими темпами она превратится в мертвую эскортницу.

– Что ты несешь! – нахмурился Василий, хотя понимал, что я прав.

– Я говорю как есть, – спокойно продолжал я, уже понимая что убедил друга. – Никто с твоей Лерой носиться не будет, кроме меня, конечно. Так что отдай ее мне и не парься. У меня она будет в большей безопасности, чем у ментов. И потом… прям она у тебя такая овечка невинная. Зубки-то имеются. Не собираюсь я ей их выбивать, в отличие от твоих ментов.

Василий вздохнул, уже не зная что мне возразить.

– И вот тебе последний аргумент, чтобы твоя совесть была спокойна, – я решил добить друга. – Что если тот, что сбил Леру, или все те же родственники сильно не хотят ее возвращения. Тогда где гарантия что они не приплатят ментам, и те в свою очередь не сдадут твою Лерочку в бордель или в психушку? Нет у тебя такой гарантии. Если все завязано на деньгах, то родственники заплатят любую сумму, чтобы избавиться от твоей Леры. Так что думай. Где ей по итогу будет лучше, а я пока пойду, помогу моей новой хостес подготовиться к выписке.

Василий выдохнул, окончательно сдавшись под моим натиском. Еще бы он не сдался!

Ну а мне теперь очень хотелось еще немного позлить эту колючку, чтобы иметь возможность прикусить ее дерзкий язычок.

Как только я покинула кабинет Василия, то меня тут же накрыли сомнения с головой. И смущало меня скорее не то, что я согласилась на это сомнительное предложение, ведь очевидно же, что этот Кир проявил ко мне ко всему прочему и мужской интерес. Я не боялась, что он как босс и мой спаситель по его собственному мнению начнет ко мне приставать. Точнее я была даже уверена в том, что он будет приставать. Однако меня смущало не это. То, что я ничего не помню и пока не могу вернуться к прежней комфортной жизни, нисколько не понижало мою самооценку. Я не стану терпеть домогательства и не проглочу ни одной дерзости в свой адрес.

Но вот что действительно заставило меня задуматься так это почему меня не ищут родственники. Чтобы обзвонить все больницы в городе хватило бы двух часов. Возможно мне дали один день нагуляться. Мало ли, может быть, в моих привычках проскальзывали некоторые загулы с подругами или в одиночестве. Но прошло уже три дня, и это звоночек.

С моими родственниками что-то не так. Поэтому, либо у меня их нет, либо они действительно не заинтересованы в том, чтобы я вернулась.

Я не собиралась все пускать на самотек. Мне нужно как можно скорее узнать в чем подвох. Мало ли, может быть мне лучше вообще не вспоминать что было в моей жизни до амнезии, но и обезопасить себя тоже нужно. Вдруг мои родственнички действительно зададутся целью добить меня уже окончательно?