Мой космос
Шрифт:
– А как бы вам хотелось?
Та нахально улыбнулась.
– В случае с вами я готова услышать любой положительный ответ.
– Жаль, я-то решил, что "или" вас устроит.
– Мы так часто ошибаемся.
– Увы. Всего хорошего, - он шутливо раскланялся и взял меня за руку.
Когда мы вышли из магазина, я приостановилась и хитро прищурилась, глядя на него.
– Ты со всеми девушками флиртуешь, или только выборочно?
– "Или". А твоя
Я коварно улыбнулась.
– Скажу по секрету, она тебя бессовестно клеила.
Дима расширил глаза в притворном ужасе и схватился за сердце.
– Да ты что? А я-то думаю, в чем же дело? Кстати, - добавил он уже спокойно, - джинсы она тебе классные подобрала.
– И ты еще считаешь меня прекрасной?
– Сейчас я все больше убеждаюсь в этом.
Я вздохнула.
– А флиртуешь ты с Людкой. Или она тоже прекрасна?
– По-своему да. Но сейчас у меня другие интересы. А Людка твоя - хм, почему бы и нет?
Он с миной заправского мартовского котяры пошел дальше, насвистывая что-то под нос.
Я простояла на месте еще пару мгновений, глядя ему вслед. А, действительно, почему бы и нет?
Ровно в восемь мы подошли к клубу. Тот оказался гораздо ближе, чем я предполагала и гораздо больше по площади. Мне-то мерещилась какая-то забегаловка вроде придорожного кафе, а на деле оказалось вполне приличное заведение.
– Красноречиво, да?
– я усмехнулась, читая название заведения.
– "Болото", - продекламировал Дима.
– Мне кажется, в этом что-то есть.
– Считаешь, это оригинально.
– Скорее, креативно. Что-то свеженькое.
– С сыростью и тиной. Ладно, пойдем в это "Болото".
Внутри оказалось не сыро и не мокро, а даже уютно. Стены, выкрашенные в черно-зеленую гамму, искусственные водоросли, рыболовные сети, развешанные повсюду, и темного дерева столы и стулья. Дима сразу же обратил внимание на разрисованные темными корявыми силуэтами деревьев колонны и стены. По его мнению, дизайнер постарался.
На небольшой сцене неформального вида парни заканчивали настройку аппаратуры. Они то и дело переговаривались, хмурились, прислушиваясь к каждому звуку.
– А я и не думал, что у них столько поклонников, - Дима оглядел заполненный людьми зал.
– Я тоже. Вообще не понимаю, зачем мы сюда пришли.
– Ты меня позвала.
– Мог бы не соглашаться.
– А мне стало интересно.
– Послушать неизвестную музыку?
– Для тебя она неизвестная?
Мы подошли к свободному
– А ты, значит, не любишь рок?
– спросил он.
– Понятия не имею. Я музыку не слушаю.
Дима на миг замер, услышав мои слова.
– Совсем?
– Совсем.
– И как же ты живешь?
– Вот так и живу. А ты музыку, как я понимаю, любишь?
– Она меня вдохновляет.
– И что ты слушаешь?
Я и малейшего понятия не имела о том, как различаются музыкальные стили. Мне просто было неинтересно. Если и слышала какую-то мелодию по телевизору, у водителя в маршрутке, в магазине, или просто на улице, не задумывалась о ней. Музыка и музыка, какая мне разница.
Что бы не ответил сейчас Дима, я все равно не пойму. Тем более, что вкусы у него непростые, а всякие там возвышенные. Но мне интересно. Просто потому, что хочу узнать побольше о нем, а не о какой-то там музыке.
– Попсу не переношу, - категорично заявил он.
– Люблю классику и рок. Особенно семидесятые.
– Да тебя в то время еще и в планах не было!
Он улыбнулся так, как взрослые улыбаются детям, задающим наивный вопрос.
– И что с того? У музыки нет границ - ни временных, ни географических.
Я открыла рот, чтобы сказать что-то еще, да так и замолчала.
Он опять поразил меня. Как ему это удается? Как он может быть таким разным, таким многосторонним? Мне казалось, что подобные люди только в сопливых фильмах и встречаются. Разве может парень, самый обычный, живущий по соседству увлекаться Шекспиром и музыкой, при этом рисуя портреты незнакомых девушек? В моем дворе на такого бы пальцем показывали и руки при встрече не подавали. Или, может, я сама ничего не знаю?
Глупости какие-то...Меня с детства приучили к тому, что мужчина должен быть добытчиком, обеспечивать семью. Я привыкла к мысли, что выйду замуж за простого работягу, который, хорошо, если пить не будет. Привыкла, что в моей жизни по определению не может произойти ничего особенного, привыкла к своему грубоватому миру. А теперь, когда видела Диму перед собой, такого, какой он есть, убедилась в своей полнейшей темноте. Не знаю я ничего и не знала никогда.
Мир, привычный и обжитой, трещал по швам, разрушая привычные границы. Он все ширился, норовя вытолкнуть меня куда-то на поверхность, а я сопротивлялась. Отчего-то было страшно.