Чтение онлайн

Стальной доспех выдержал удар и лишь прогнулся, но обретший материальное воплощение бес неуловимым движением оторвал служивому голову. Отпрянувшие от кровавых брызг охранники сомкнули щиты, и бес вновь бросился в атаку.

А я поразился тому, сколь мощное оружие попало ко мне в руки. Порождение Бездны переполняла обжигающая холодом ярость, и шансов выстоять против подобной твари у обычного человека не было изначально. Вот упал один боец, вот пошатнулся другой…

Поразительно – сколь мощное оружие…

Но тут я припомнил

нестерпимое желание кого-нибудь удавить и лихую бесшабашность, приведшую к столь печальным результатам в таверне, припомнил тоже. А еще – подспудное стремление сигануть из окна или с моста, дикий страх перед зеркалами, ночные кошмары и липкий, лишающий воли ужас.

Припомнил – и без колебаний оборвал протянувшуюся к потустороннему отродью нить скверны.

Сдохни, тварь!

Но вобравшее в себя чужие жизни порождение Бездны и не подумало развеиваться! Одним движением оно распотрошило последнего охранника и развернулось ко мне.

И пусть у твари не было глаз – да у нее и головы-то не было! – взор потустороннего существа ожег столь яростной ненавистью, что враз встали дыбом волосы. А потом по зданию пронесся жуткий визг, заставивший задрожать и полопаться оконные стекла.

Я охнул и метнулся вверх по лестнице. Тварь – следом.

На втором пролете дорогу загородил какой-то мелкий чин, я рывком отправил его навстречу бесу и помчался дальше. Пронзительный крик за спиной тут же захлебнулся хриплым бульканьем, и страх придал новых сил. Захлопнув попавшуюся на пути решетку, я стремглав рванул по коридору.

Холодное железо пришлось порождению Бездны не по вкусу: от мощного удара прутья выгнулись, но не пропустили потустороннюю тварь дальше. И пока нечистый медленно просачивался на эту сторону, у меня появилось время запереть на засов усиленную стальными уголками дверь, сорвать со стены потухший факел и несколькими судорожными движениями намалевать на полу вписанный в круг пентакль. И только закончил выводить в центре символ Изначального Света, как брызнуло острыми щепками полотно.

Выругавшись, я заскочил в первый попавшийся кабинет с выходившими на улицу окнами, на которых, по счастью, не оказалось решеток, и под скрежет выламываемого засова выбросил на мостовую папку дознавателя. Следом выбрался на карниз сам, свесился вниз и разжал руки.

Падение на брусчатку болью отозвалось во всем теле, я кое-как поднялся с камней и заковылял прочь от здания ночной гвардии, но за спиной в воздух немедленно ввинтилась пронзительная трель свистка. Обернулся – вдогонку неслись в недобрый час оказавшиеся поблизости стражники.

Вот ведь!

И хуже того – из соседнего переулка выкатилась двуколка! Легко опередив тяжело переваливавшихся при беге дядек в кирасах и морионах, экипаж стремительно приближался, и буквально пару мгновений спустя нас разделяло всего лишь два десятка шагов. Готовясь сигануть в сторону, я оглянулся – и не поверил собственным глазам: на козлах сидела Берта.

–

Прыгай! – заорала она.

Я поднатужился, одним махом заскочил в двуколку и без сил повалился на сиденье.

– Н-но! – Циркачка взмахнула вожжами, и мы пуще прежнего понеслись по узеньким улочкам Лираны. И если поначалу меня еще волновало, как бы девушка не заехала в тупик, то вскоре опасения развеялись без следа. Берта точно знала, что делала. И это немного даже пугало.

– Ты откуда здесь? – кое-как отдышавшись, прохрипел я.

– Следила, – без тени смущения призналась девушка. – Как чувствовала, что в неприятности влипнешь…

– А двуколка?

– Лучше не спрашивай.

Я и не стал. Просто откинулся на спинку и стиснул зубы, чтобы не замычать от боли – падение со второго этажа окончательно растрясло внутренности.

Девушка с сочувствием глянула на меня, но приставать с расспросами не стала. А потом стало уже не до разговоров: оторвавшись от погони, мы загнали двуколку в один из глухих переулков и ушли дворами. Немного поплутали, счистили с моего камзола наиболее вызывающие пятна крови и отправились в Старый Жемчужный переулок.

Ничего другого мне просто в голову не пришло.

В снятой на чужое имя комнатушке я сразу повалился на заправленную постель, и попросил Берту:

– Вина!

Девушка задвинула засов и поморщилась:

– Разуться не мог?

– Сил нет, – признался я и сунул набитую рисунками папку под кровать.

– Хорошо вы, мужики, устроились, – проворчала циркачка, стягивая с меня ботинки, – никаких забот…

– Общеизвестный факт – женщины выносливей мужчин.

– Да что ты говоришь? – Берта распахнула буфет, наполнила из стоявшего там кувшина две кружки и присела на кровать. – Держи.

Я одним махом влил в себя вино, подавился, откашлялся и блаженно откинулся на подушку. Накатила расслабленность, и захотелось лишь одного – напиться и уснуть.

– Эй! – потормошила меня девушка. – Что делать будем?

– Ноги уносить, что еще?

– А остальные?

– Это уже не наша забота.

Путая следы, мы нашли время посетить почту, и в местное представительство банкирского дома «Стерлих и Грац» отправилась невинная на первый взгляд просьба об отсрочке платежа по кредиту. Только вот предназначалась она вовсе не клеркам, и уже завтра розысками Гуго, Валентина и Марка займутся все агенты стильгской Тайной службы в городе.

– Не наша?! – тут же взъелась на меня циркачка. – Как ты можешь так спокойно об этом говорить?

– Окстись! – одернул я девушку и осторожно прикоснулся к здоровенной шишке на лбу. – Стоит нам только на улицу выйти, сразу повяжут!

– И что делать? – поежилась Берта и глотнула вина. – Что нам теперь делать?!

– Для начала – налей мне еще. – Морщась от боли, я стянул слишком узкий сюртук и выкинул его на пол. – Пару дней здесь переждем, потом попробуем на корабль сесть.