Чтение онлайн

– Меня не печалит, что Некромант нашел другую добычу, – сказал султан. – Шесть сотен лет мой народ терпел его нападения. Я воспользуюсь передышкой.

– Что находится на другой стороне пустыни? – спросил Габриэль.

– Когда-то там были царства людей. – Султан смотрел на юг. – Теперь оттуда приходят лишь немертвые. Возможно, однажды…

Они снова обнялись, и на этом имперские корабли отчалили.

Прошло четыре дня. Габриэль не мог дотянуться до Амиции или кого-то еще – мгновения, когда все силы сходились, чтобы обеспечить подобный разговор, случались

очень редко. Их связь оставалась крепкой. Она звенела от энергии, но что-то изменилось – и он не понял что.

Лишившись возможности чудесного разговора с Амицией, он задействовал свое главное сокровище: имперских почтовых птиц. Бланш видела его на палубе, где он разговаривал с десятком черно-белых тварей сразу или с нетерпением ждал очередную. Ей захотелось плакать, потому что он был с ними невероятно нежен: он долго гладил одну из птиц, потом заговорил. Бланш спряталась.

– Только вы, друзья мои, помогаете мне оставаться в игре. Были ли вы у Ливии? Знала ли Ливия, как высоки ставки? – Он пробормотал что-то, чего Бланш не услышала. – Если мы победим, я готов освободить вас всех, да только думаю, что вам нравится такая жизнь. Мы похожи. Видит бог, мне она тоже нравится. Смотри, вкусный кусочек. Хорошенькая мышка. Ой, не надо, она совсем свежая… и хвост тоже глотай, глупо ходить с хвостом во рту.

Бланш отошла, чтобы он не слышал ее смешков, и увидела, что рядом стоит Анна. Они обменялись взглядами и зажали рты руками.

Так или иначе, он собрал десяток птиц и разослал их во все стороны. Не меньше двух отправились в Венику с подробными указаниями относительно припасов и места для свадьбы. Двух свадеб.

Другие птицы полетели к его брату, который уже приближался к Н’Гаре, к Джуласу Кронмиру – тот вместе с графом Симоном и магистром Петраркой сидел в Бероне, к Гармодию в Харндон, к королеве, Сказочному Рыцарю и Тамсин, Павало Пайаму и его флоту, дю Корсу, идущему на север Галле, в Лютес, навстречу потоку умирающих от страха беженцев.

Майкл, разглядывавший карты в огромной кормовой каюте, покачал головой.

– Три армии с трех сторон – и все гораздо меньше вражеской? Разве это не чистое поражение?

– Вообще, да, – ответил Габриэль.

– Почему наши войска не собрались в одном месте?

– По многим причинам. Прежде всего, такая большая армия очень много ест. Войска Некроманта разорили страну. Они как саранча, и врагов будет больше, с какой бы стороны мы ни подошли. А еще нашим главным оружием остается внезапность. Я хочу, чтобы приспешнику Некроманта стало страшно. Чтобы он начал совершать ошибки.

– Думаешь, одайн делают ошибки? – спросил Мортирмир.

– Они проиграли драконам. – Габриэль улыбнулся Бланш, которая перечитывала его план в тридцатый раз.

Тут она подняла голову. План знали, хотя бы в общих чертах, все присутствующие.

– А Н'гара? – спросила она.

– Мой брат нападет на войска Эша и задержит его. – Габриэль продолжал писать.

– Это почему еще? – спросил Майкл.

– Потому что Эш на самом деле осторожная тварь. Он похож на кошку… или другого хищника. Ему не нравится иметь дело с противником себе под стать. Он хочет, чтобы те, кто покрупнее, прикончили друг друга. Он не ждет нападения.

– Рискованно, – вздохнул Майкл.

– Все рискованно! Мы не

можем проиграть! Ни разу.

– Тем не менее мы будем проигрывать. – Майкл вздрогнул. – Все проигрывают время от времени.

– Какой ты радостный, – сказал Габриэль.

– Я просто стараюсь быть честным, Габриэль. Подумай об этом. Ты становишься… фаталистом. Не уверен, что это поможет тебе победить.

– Да. Я пытаюсь создать мир, в котором люди будут работать вместе. Одно хорошенькое поражение – и наши союзники задумаются о солдатах-рабах и альянсе со злом. Мы должны не просто выигрывать, мы должны быть непобедимы. В Этруссии и Галле люди объединялись со злом. Патриарх Рума, скорее всего, против нас, а он обладает огромным влиянием и армией.

Сью поморщилась.

– Я понимаю, почему ты считаешь это важным, – ответил Майкл. – Я просто говорю, что мы размазываем очень маленький кусок масла по очень большому ломтю хлеба.

– Да, – согласился Габриэль.

– Гэвин и Сказочный Рыцарь не остановят Эша у Н’Гары.

Император наклонился над столом с картами и посмотрел на море. Потом спрятал лицо в ладони.

– Им необязательно побеждать, – терпеливо сказал он наконец. – Им нужно просто отвлечь Эша.

– Между прочим, а что мы будем делать с драконами? – поинтересовался Майкл, глядя на Кайтлин.

– Ничего. Если мы каким-то чудом побьем одайн, тогда и поговорим о драконах. Это не мой враг и не мои проблемы. Мне надо выкупаться.

– Не попадись морскому змею. Если Эша ты не боишься, а драконы тебе не враги, почему ты такой мрачный?

Император быстро превращался в молодого мужчину в льняных брэ.

– А где Некромант? – спросил он.

Майкл застыл. Габриэль посмотрел на Бланш, потом на карту, потом на Майкла.

– Я готов поставить ферму на то, что мы встретим его вот здесь. И, спасибо Аль-Рашиди, у нас есть не только шанс победить… я придумал план, как выиграть весь этот турнир. Но что если Некромант сделал то же, что и мы? Пошел на Окситан? Всего четыре сотни лиг от его западного побережья. Харндон? Ливиаполис? – продолжал Габриэль.

– Прекрати.

– Я радовался, узнав, что все атаки величайшего темного волшебника нашего времени нацелены на Дар-ас-Салам. А теперь мы не знаем, где он. Признаюсь, я умираю от страха с того дня, когда мы вышли из Дара. Насколько я вижу, Некромант поставил все на Арле. Но я могу ошибаться. И если я ошибаюсь…

Бланш пыталась уложить непослушные волосы в прическу и застыла с руками над головой.

– И что мы будем делать?

– Купаться. Я боюсь, но мы же не можем передумать.

Когда он вышел из каюты, Бланш посмотрела на Майкла.

– Он изменился, – сказал тот. – Он стал… отчаяннее.

– Нет, Майкл. – В глазах у Бланш стояли слезы. – Просто он знает, когда умрет.

Кайтлин схватилась за крестик на груди.

– Во имя святой Анны! Знает?

– Да. По меньшей мере с Дара. А то и раньше. – Она наконец расплакалась.

К рассвету они подошли к южному побережью Этруссии. Майкл нашел Габриэля на палубе. Он играл в кости с Томом.

Майкл вышел в брэ и рубашке, как крестьянин во время сбора урожая. Он подсел к игрокам. Пара матросов болела в сторонке.