Чтение онлайн

Эдвин с Вульфаром переглянулись.

– Мы подумать должны.

– Думайте. – Арн кивнул. – До утра. Утром я уйду.

Он принялся устраиваться на ночь.

– А какая она, госпожа Этирне? – спросил Вульфар. – В жизни ни одной первородной не видел.

– Рыжая, похоже, – сказал Эдвин.

– Откуда знаешь? – удивился солдат.

– Там, в паланкине, гребень лежал с рыжими волосами.

Арн усмехнулся.

– Заметил, надо же. Да, рыжая. Волосы, как чистая медь, на солнце так блестят, что глазам больно. Не знаю, что сказать. Сама тоненькая, как тростинка, но есть в ней что-то

такое, что сразу заметно: не из простых. А как, бывало, глянет исподлобья, так иногда хочется под землю провалиться. Глаза у нее, как темный изумруд.

Эдвин вздрогнул.

– Отец обрадовался несказанно, когда ее нашел, – продолжал Арн. – По виду и не скажешь, Нитгард Тэлфрин – он как кремень, но все видели, как он на свою дочурку смотрит.

– Что значит – нашел?

– Это и значит. В походе мы были, на юге, там в одной деревне возле Апенраде девку рыжую нашли и графу доставили. Ну, вроде, подарок. Да подарок-то царским оказался: выяснилось, что она та самая и есть, что он почти двадцать лет искал. Дочку у него вроде как в детстве похитили.

– А звали ее как? – внезапно охрипшим голосом спросил Эдвин. – Или она так вам и сказала: Этирне я мол, Тэлфрин?

– Да нет. – Арн зевнул. – Сказала – Гвендиленой кличут. Она сама тогда о своих родителях не знала ничего. Все, спокойной ночи.

Солдат повернулся на бок и, ткнув пару раз кулаком заплечный мешок, который приладил вместо подушки, закрыл глаза. Уже через минуту до Эдвина донеслось его негромкое похрапывание.

– Мы поможем ему, – шепнул Эдвин Вульфару.

* * *

– Ну что же, вы сделали свой ход, – сказал Хильдеберт. Герцог злобно щерился, показывая длинные зубы, – и я понял ответ. Теперь моя очередь.

Двое наемников грубо схватили ее под локти и потащили в темноту. Гвендилена дергалась и стискивала зубы от злости. Ее вели по каким-то коридорам, широким, потом узким настолько, что приходилось идти гуськом, едва не задевая головой своды. Пол был неровный, и Гвендилена поминутно спотыкалась, больно ударяясь ногами о камни, а солдаты шли быстро, ориентируясь на блеклый свет редких железных фонарей, внутри которых еле теплились огнем крохотные кусочки пакли.

Ее затолкнули в камеру, мокрую и холодную, с вонючей лужицей посередине. Гвендилена принялась ощупывать стены, но тут же дверь открылась снова, и на пороге показался Хильдеберт с факелом в руках. Драгоценные камни на его камзоле сверкали всеми цветами радуги.

– Я дал тебе возможность провести время так, как подобает первородной принцессе, но ты сама решила по-другому, – проскрипел он. – Ты выйдешь отсюда моей женой или не выйдешь совсем. И я не расположен ждать долго. Сегодня тебя покормят. Возможно, покормят и завтра, но я не собираюсь тратить еду на бесполезную для меня сучку. У тебя только два выхода: либо сгнить в подземельях Анга, либо… решай сама. Или… ты уже готова дать ответ?

– Подите прочь, – с презрением сказала Гвендилена.

Герцог пожал плечами и ушел, но она недолго оставалась в одиночестве.

Вскоре появился неопрятного вида старик с длинной спутанной бородой. В одной руке он держал фонарь, в другой – небольшую корзину. Старик даже не обратил на узницу внимания. Подслеповато щурясь,

он поставил фонарь и корзину на пол и принялся чиркать кресалом. Гвендилена дернулась в сторону распахнутой двери, но два стражника в коридоре преградили ей дорогу.

Гвендилена с удивлением обнаружила, что камера не пуста: в дальнем ее углу стояла деревянная кровать с соломенным тюфяком, а возле нее – кособокий стол с железным подсвечником. Старик не торопясь зажег свечу и, не говоря ни слова, вышел, лязгнув засовом.

Гвендилена схватила подсвечник и принялась обходить комнату. На каземат она не была похожа – слишком большая. Во всяком случае, Гвендилена не такой представляла себе тюремную камеру: высокая, не меньше десяти шагов в длину и шести в ширину, да и вряд ли узникам полагались кровать со столом. В одном из углов под потолком в стене обнаружилось отверстие. Гвендилена, отчаянно пыхтя, подтащила стол и, забравшись на него с ногами, попыталась заглянуть внутрь. Дыра вела вбок и куда-то вверх, и оттуда ощутимо тянуло ночной прохладой. Когда девушка засунула в дыру голову, ей даже показалось, что она видит зарешеченный кусочек неба, но снаружи было слишком темно, чтобы сказать это определенно.

В стенах виднелись остатки спиленных металлических штырей, но никаких крюков с цепями или чем-то подобным, что, по ее мнению, должно иметься в тюрьме.

Гвендилена поставила подсвечник на стол и с задумчивым видом уселась на кровать. Тут же, ругнувшись, вскочила: тюфяк оказался влажным, и от него тянуло затхлостью. Она убрала свечу на пол и расстелила тюфяк на столе. «Может, просохнет немного».

Это точно не тюрьма, решила она. Во-первых, насколько она знала, тюрьмы обычно устраивали в подземельях, а тот коридор, по которому ее вели, шел прямо, разве что с небольшим уклоном. Во-вторых, в казематах не бывает кроватей и столов. И, в-третьих, ее вообще вряд ли стали бы сажать в тюрьму рядом с другими узниками.

«Этот старый хрыч наверняка хочет, чтобы о моем пребывании в Анге знало как можно меньше людей», – подумала она. А при тюрьмах обычно куча солдат, повара, стражники.

Поразмыслив еще немного и так и не решив, что именно ей все это дает, Гвендилена вспомнила про корзину, которую тот старик оставил у входа. Внутри оказались буханка хлеба, два яблока и глиняная бутыль с водой.

Под ложечкой отчаянно засосало: Гвендилена ничего не ела с самого утра. Она с аппетитом съела половину буханки и одно яблоко. Чувство голода немного притупилось, но Гвендилена, сделав над собой усилие, спрятала остатки обратно в корзину. Если герцог не шутит, то эта еда ей пригодится. Не завтра, так послезавтра. А пока надо отдохнуть.

Она улеглась на жесткие доски и, поерзав немного, закрыла глаза.

* * *

Уже пятый день они пробирались на запад, останавливаясь только для того, чтобы перекусить на скорую руку, и на ночной привал. К полудню первого дня Арн решительно свернул с дороги.

– По лесу трудней, конечно, но много быстрее получится, – пояснил он. – Я эти места примерно знаю. Дорога к северу выворачивает, а потом на запад, чащу стороной обходит. Крюк получается почти двойной. Да и безопасней по лесу, лишние встречи нам сейчас ни к чему.