Чтение онлайн

Замираю, плотнее подтягивая одеяло до подбородка. Очень надеюсь, что Коул пройдет мимо, в свою спальню. И будто понимаю, что рано или поздно это случится. Мне не избежать секса. Его слова «я буду тебя трахать много и разнообразно» врезались в память навсегда. Но все же надеюсь пробить блоки раньше, чем это случиться.

Проходит минута или полчаса — непонятно. Когда внезапно замок щелкает, дверь открывается, и у меня внутри все переворачивается.

Все-таки мимо не прошел…

Не шевелюсь. Очень надеюсь, что Коул увидит, что

я сплю и уйдет в свою спальню. Сжимаю острый каблук, как единственное оружие. Хотя понимаю, что шансы малы. Мне свернут шею в один щелчок.

— Я знаю, что ты не спишь, — доносится его спокойный голос, и внезапно в спальне загорается свет. От волнения перехватывает горло, но стараюсь не паниковать.

Открываю глаза — смысла притворяться нет. Наблюдаю, как он подходит к моей кровати, и пытаюсь пробить блок. Разозлиться, рассердиться, сделать хоть что-нибудь, чтобы достучаться до своего космоса. Но в ответ лишь усиливаются шум в ушах и звенящая пустота. Учащенно дышу. Сжимаю босоножку. Руку не вытаскиваю. Если начнет приставать, воткну острый каблук ему в глаз. Мне терять нечего.

Останавливается совсем близко от меня, протягивает ладонь к одеялу, и я нападаю.

Но… Рука, что крепко держит острое оружие, внезапно немеет. Не шевелится. Вскидываю вторую руку, но Коул ее перехватывает и, больно сжимая, опускает.

Вытаскивает босоножку из моих оцепеневших пальцев и отшвыривает на пол.

— Успокойся, Турандот. Я не планировал тебя сегодня трахать, — ровным тоном.

Но я по-прежнему напряжена до предела.

— Тогда что ты делаешь в моей спальне?

Но он не собирается отвечать. Молча откидывает одеяло, и я на автомате вновь вскидываю свободную руку.

Недовольно кривится, будто я ему мешаю, хватает за запястье, сдавливает темя, и моя вторая рука безвольно падает на простынь. Немеет. Как, собственно, и все тело. Ощущения того же странного оцепенения, как когда Коул меня обездвижил после аварии.

Мажет безразличным взглядом по шелковой ночной рубашке, и я вновь начинаю часто и неровно дышать. От страха и невозможности что-либо сделать. Противодействовать. Как никогда, чувствую себя бабочкой, пришпиленной булавкой. Не просто голой, а без кожи. Кажется, еще секунда, и моя голова взорвется, как бомба замедленного действия.

Закрываю глаза. Сосредотачиваюсь. Пытаюсь пробить блок. Но внезапно чувствую, как носом вновь начинает идти кровь. Тонкой струйкой скатывается по щеке вниз.

Судя по выражению лица, Коул не удивлен. Молча вытирает мои губы и щеку краем шелковой простыни и внезапно откидывает вверх кружевное белье. Оголяет грудь. Вздрагиваю, но пошевелиться не могу. Пытаюсь погасить панику.

— Не трогай меня… — сквозь зубы.

Но он не реагирует. Проходится ладонью по грудной клетке и животу, и я дергаюсь от его холодных прикосновений. Соски сжимаются. По телу волной идет дрожь. Если он таким образом хочет меня возбудить, то фиг ему.

— Это

следующий эксперимент? — чувствуя его ладони на бедрах, в районе синяков.

— Мне не интересно экспериментировать со сломанной человеческой единицей. — Равнодушно.

Верю. Немного отпускает — он реально не планирует сейчас сексуальных игр. Тогда что он делает?

Тем временем он переворачивает меня на живот и жестко ведет по затылку, лопаткам, пояснице.

Его прохладные тонкие пальцы, словно кисть Смерти, исследуют позвоночник.

Чувствуя, как горит отпечаток его ладони на спине, хмурюсь.

Чертов мануальщик.

Пытаюсь пробить блок. Зажмуриваюсь. Сосредотачиваюсь. Но ничего не получается. Лишь звенящая пустота и новое кровотечение из носа.

— К завтрашнему дню регенерируешь полностью, — возвращая меня на спину. — И продолжим.

Протягивает руку к шее, больно сдавливает жесткими пальцами затылок, и онемение начинает спадать.

Выдыхаю, чувствуя прилив сил. Конечности опять подвижны. Натягиваю одеяло. Вытираю кровь с губ и щек. Теперь понимаю, почему он здесь. До конца меня восстановить. Чтобы продолжить эксперимент.

Встает и направляется к выходу.

— Я все равно пробью все твои блоки, — бросаю ему в спину. — Подушки безопасности я все-таки активировала.

Сейчас, когда мое оцепенение прошло и у меня ничего не болит, чувствую некое удовлетворение после того, как вырвала свою жизнь из капкана смерти.

— Детским желанием, — внезапно. Спокойной констатацией.

Резко сажусь на кровати. Удивлена.

— Откуда ты знаешь?

— Я знаю о тебе все, — не оборачиваясь.

Хмурюсь. Не верю до конца.

— Если это правда, значит, знаешь, что мне тогда маленькой снилось.

Но он молча выключает свет и выходит из спальни, не удостоив ответом.

Внезапно на лестнице раздается телефонная трель и слышится голос Тенета.

— Привет, Алекс. Ты ещё в Клиффе?.. Нет. Жди меня в Централе.

Пентхаус вновь погружается в тишину. А я продолжаю смотреть на закрытую дверь, и мысли несутся на сверхзвуковой. Не знаю откуда, но чувствую, что Тенет не врет. Он реально знает обо мне все. В том числе о моем детстве и снах. В отличие от меня. Чертов Ктулху. Я должна вспомнить хотя бы то, что мне тогда приснилось.

Недовольно встаю с кровати. Иду в ванную умыться. Пока смываю с лица и шеи остатки крови, в голову лезут вопросы. Хмурюсь. Вроде бы и не должно волновать, но интересно, Алекс мужского или женского рода? Друг это, чел по бизнесу или его очередная женщина? И что такое Клифф с Централом? Надо завтра выяснить у Юми.

Весь следующий день я пребываю в прострации. Не только из-за последних событий и блоков. Не только из-за страха очередного смертельного эксперимента. Чувство, что я зависла над пропастью, все сильнее.