Чтение онлайн

Вскоре долг Филопемена Менару достиг внушительной цифры. Одновременно и сборщик налогов пригрозил Филопемену долговой тюрьмой за просроченные платежи римскому наместнику. Однако и тот, и другой обещали избавить Филопемена от долгов и денежных затруднений при условии, что он проявит сговорчивость в отношении своей красавицы-дочери. Если Менар хотел видеть дочь Филопемена своей женой, то один из римских откупщиков, собиравший налоги в Стратоникее, желал сделать Мониму своей наложницей.

И вот тогда-то в жизни Монимы появился Митридат.

Он оказался в Стратоникее под видом

торговца мулами, хотя своим сложением и умением ездить верхом более походил на воина. Монима сразу распознала в Митридате отпрыска знатных родителей, но она и представить не могла сначала, что этот загорелый юноша с гордым носом и пышными золотистыми кудрями- царь Понта.

Митридат и его люди несколько дней жили в доме Филопемена, расспрашивая о римском гарнизоне, о дорогах, ведущих к морскому побережью, о ценах на хлеб… Словоохотливый Филопемен рассказывал нежданным гостям все, что знал, ведь эти появившиеся неизвестно откуда торговцы отвалили ему столько серебряных монет, что он разом расплатился с долгами и еще целый год мог жить припеваючи, ничего не делая.

Уезжая, Митридат дал слово Мониме вернуться за ней, чтобы сделать ее счастливой. Он так и сказал.

Монима ждала несколько лет.

Наконец от Митридата прибыл гонец с письмом, в котором он сообщал ей, что служит в коннице понтийского царя и все время проводит в походах. Однако он не забыл данного слова. Монима написала ответное послание, в котором признавалась, что по-прежнему любит Митридата.

Один и тот же гонец долгое время доставлял Мониме послания Митридата и отвозил ее письма к нему. Иногда гонец привозил деньги к бурной радости Филопемена, который окончательно забросил свое ремесло и жил лишь этими щедрыми подачками.

В одном из писем Монима поинтересовалась у своего возлюбленного, что за человек царь Митридат, о воинственности которого ходит столько слухов? Еще о нем говорят, будто он убил мать и родного брата, не опасно ли служить такому царю?

В ответном письме Митридат удивил Мониму вопросом: «Что более пристало царю – проливать кровь или торговать мулами?» На нее вдруг снизошло озарение: ее обожаемый Митридат и царь

Понта – одно лицо! После чего у Монимы впервые в жизни закружилась голова от сладкого пьянящего чувства всепоглощающей радости, словно весь мир сразу покрылся цветами. В этот миг Монима мысленно возблагодарила свою мать, обучившую ее чтению и письму и постоянно молившуюся Гере о даровании дочери знатного супруга. Богиня выполнила ее просьбу и послала Мониме в мужья не просто красивого и знатного мужа, но царя обширной державы!

Когда в Стратоникею прибыли посланцы Митридата, чтобы отвезти Мониму к будущему супругу, Филопемен от изумления и восторга совсем лишился рассудка. Он бегал по улицам города и без конца выкрикивал: «Я тесть понтийского царя! Я отныне богат, как Крез! Люди, я богаче всех вас!..»

На свадебном пиру Филопемен безобразно напился, и его под смех и рукоплескания гостей вывели из зала, когда он принялся отплясывать на столе довольно непристойный танец.

Мониме исполнилось двадцать девять лет, когда она стала наконец женой Митридата.

Первое время своего пребывания в Синопе Монима привыкала

к великолепию царского дворца, к предупредительности слуг, к распорядку дня царствующих особ, к изысканным кушаньям и роскошным нарядам. Ко многому другому, что так сильно изменило ей жизнь. Монима была без ума от мужа, который поначалу любил ее так пылко, что она забывала обо всем на свете в его объятиях. Рожденного Монимой сына Митридат назвал в честь деда Фарнаком.

Потом Мониме стало известно, что у ее супруга имеется гарем, полный наложниц; имеются и другие жены. Но особенно Мониму возмутило то, что Митридат время от времени делит ложе с родными сестрами Нисой и Роксаной. Она узнала также, что обе имеют детей от родного брата.

На возмущение Монимы Митридат отреагировал спокойно.

– У моих предков Ахеменидов такое было в обычае,- сказал он.- Так поддерживается чистота царской крови. На том же настаивает священное учение магов.

Монима после близкого знакомства с сестрами Митридата выяснила, что Ниса не видит ничего дурного в кровосмесительном браке. Роксана, хоть и относится к этому отрицательно, но бессильна что либо изменить.

«Наш брат нам царь и господин!»- с горечью молвила Роксана.

Утро разгоралось; за дверями с массивными медными ручками в виде извивающихся змей слышались голоса служанок. Скоро они пожалуют к своей госпоже и сообщат, что все готово для утреннего омовения.

Раздраженно откинув тонкое одеяло, Монима встала с постели. Она взяла с низкого столика начищенный до зеркального блеска серебряный поднос и посмотрела на свое отражение. Она еще не стара, и формы ее нагого тела по-прежнему прекрасны. Не подурнела она и лицом, если не считать этих темных пятен под глазами- результат бессонной томительной ночи. Почему же Митридат все чаще стал проводить ночи не с ней, а с персиянкой Фейдимой или с этой армянкой Заремой?

Сегодня для Митридата был радостный день: в Синопу прибыл караван судов из Египта. Торговые связи между Понтом и Египтом существовали давно, но Митридат стремился сделать Египет также своим надежным союзником в противостоянии Риму.

Помыслы Митридата, желавшего изгнать римлян из Азии, разрушил египетский наварх Метрофан. Вот он спускается по дощатым сходням на каменную пристань. На нем одеяние воина: льняной хитон, широкий пояс, короткие сапоги с открытыми пальцами и красный плащ. За ним следуют слуги.

На пристани Метрофана встречает Митридат. На глазах у царской свиты царь и наварх обнимаются: они не виделись полтора года. Затем, после дружеских приветствий, оба направляются к приближенным Митридата, среди них также немало друзей Метрофана.

Сначала с Метрофаном здоровается рыжебородый Тирибаз, неизменный царский советник и сподвижник во всех начинаниях. Потом раздается приветствие от Изабата, предводителя огборного отряда «бессмертных», рядом с которым стоит Артасир, начальник царских телохранителей. Черноглазый Сузамитра, военачальник конницы, дружески хлопает Метрофана по плечу. Так же приветствует его и Фрада, военачальник колесниц.