Чтение онлайн

К большому изумлению и смущению агента, с миссис Брэникен сделался сильный нервный припадок. Но ей удалось побороть слабость; она быстро вышла из конторы и направилась по улицам верхнего города. Все прохожие, которые встречались с этой женщиной, мертвенно-бледной, с блуждающим взглядом, должны были бы принять ее за безумную.

И если несчастная Долли не была еще пока безумной, то не предстояла ли ей эта участь?

Куда направлялась она? К дому Уильяма Эндру, куда и прибыла через несколько минут. Она прошла по комнатам мимо агентов, которые не успели удержать ее, и открыла дверь той комнаты, в которой находился судовладелец.

Вначале Уильям Эндру был поражен появлением миссис Брэникен, а затем его охватила

тревога, когда он заметил ее расстроенный вид и страшную бледность.

Прежде чем он успел сказать хоть слово, она воскликнула:

— Я знаю… Я знаю! Вы обманули меня! Я была безумной в продолжение четырех лет!

— Упокойтесь, дорогая Долли…

— Отвечайте!.. «Франклин»?.. Ведь четыре года уже, как он вышел отсюда?

Уильям Эндру опустил голову.

— Вы не получали вестей в продолжение четырех лет?

Уильям Эндру продолжал молчать.

— «Франклин» считают погибшим! Никто из экипажа его уже более не вернется, и никогда более я не увижу Джона!

Слезы на глазах Уильяма Эндру были ответом.

Миссис Брэникен лишилась сознания.

Уильям Эндру крикнул прислугу, которая поспешила помочь Долли. Один из конторщиков послан был за доктором Бромлеем, жившим в той же части города.

Не без труда удалось доктору привести несчастную Долли в чувство, причем оставалось еще неизвестным, выдержал ли ее рассудок это последнее испытание, наиболее тяжелое из всех, перенесенных ею до того времени.

Постепенно приходя в себя, миссис Брэникен отчетливо осознала все то, что ей сделалось известным! Она вернулась к жизни в полном рассудке. Обливаясь слезами, глядела она вопрошающе на Уильяма Эндру, стоявшего на коленях перед ней и державшего ее руки в своих.

— Говорите, говорите, Эндру! — могла только сказать она.

Тогда голосом, прерываемым рыданиями, Уильям Эндру сообщил ей, какие беспокойства вызывало сначала отсутствие вестей о «Франклине», как были отправлены телеграммы и письма в Сингапур и Индию, куда судно вовсе не приходило, как произведено было дознание по пути, по которому прошло судно Джона, и как все оказалось тщетным и нельзя было напасть ни на какие следы кораблекрушения.

Неподвижно, безмолвно, со взглядом, устремленным вдаль, слушала миссис Брэникен, и когда Уильям Эндру закончил свою тяжелую повесть, она пробормотала про себя:

«Ребенок мой погиб… муж мой погиб… Ах, зачем не дал мне Зах Френ также погибнуть!»

Вскоре, однако, лицо ее оживилось и свойственная ей энергия проявилась с такой силой, что доктор Бромлей устрашился за нее.

— Итак, о «Франклине» со времени последнего дознания ничего не удалось узнать? — спросила она решительным голосом.

— Ничего, — отвечал Уильям Эндру.

— И вы считаете его погибшим?

— Да, погибшим.

— Не получено было также никаких известий о Джоне и экипаже судна?

— Никаких известий, бедная моя Долли, и теперь у нас нет более надежды.

— Нет более надежды! — отвечала на это миссис Брэникен почти иронически.

Она приподнялась с места и протянула руку по направлению к одному из окон, из которого виднелось вдали море.

Уильям Эндру и доктор Бромлей смотрели на нее со страхом, опасаясь за ее рассудок.

Но Долли вполне владела своим рассудком, и взгляд освещен был светом ее души.

— Нет более надежды! — повторила она. — Вы говорите, нет более надежды! Если Джон погиб для вас, мистер Эндру, то он не погиб для меня! Я не хочу владеть этим состоянием без него! Я посвящу все это состояние тому, чтобы отыскать Джона и его товарищей с «Франклина»! И, с Божьей помощью, я их отыщу! Да, я их отыщу!

Глава десятая. СБОРЫ

Для миссис Брэникен началась новая жизнь. Несомненна была гибель ее ребенка, но нельзя было признавать столь же несомненной гибель мужа. Ведь Джон и его товарищи могли спастись при кораблекрушении и найти убежище на

одном из островов, рассеянных в водах, омывающих берега Филиппинских островов, Целебеса и Явы? Ведь возможно же было, что они находились во власти какого-нибудь туземного племени и лишены были возможности бежать? Надежда эта была так сильна у миссис Брэникен, что она произвела перемену и в общественном настроении Сан-Диего. Нет, она решительно отказывалась верить и не желала признавать, что Джон и экипаж судна погибли, весьма возможно, что столь настойчивое ее убеждение способствовало тому, что ей удалось сохранить на этот раз свой рассудок. У нее теперь была одна цель в жизни — отыскать Джона, и она стремилась к этой цели с такой энергией, которая все более и более возрастала, в зависимости от обстоятельств. Джон был жив, и ей удастся спасти его, раз Господу Богу угодно было, чтобы Зах Френ спас ее. Рассудок вернулся к ней, и судьба предоставила ей необходимые денежные средства для производства розысков. Она решила употребить свое состояние на поиски, выдачу денежных вознаграждений и снаряжение экспедиций. Будет произведено самое тщательное исследование всех без исключения островов и островков по пути, пройденному молодым капитаном. Миссис Брэникен совершит для Джона Брэникена все то, что совершено было леди Франклин для Джона Франклина.

Друзья Долли понимали, что им следовало сплотиться с ней, поддерживать в ее стремлениях, приложить свои усилия к ее усилиям.

Так и поступил Уильям Эндру, хотя и сомневался в счастливом исходе попыток отыскать спасшихся от кораблекрушения. Вместе с капитаном «Баундари», судно которого было разгружено и находилось в то время в Сан-Диего, он сделался одним из самых горячих сторонников миссис Брэникен. Капитан Эллис, решительный человек, на которого можно было во всем положиться, преданный друг Джона, был приглашен на совещание с миссис Брэникен и Уильямом Эндру. Совещание происходило в Проспект-Хауз. Долли не пожелала покинуть скромный дом, в котором Джон оставил ее перед своим отъездом и где он снова встретится с нею по возвращении. До возвращения мужа в Сан-Диего ничего не должно было измениться в ее прежней жизни. Она будет жить так же просто, употребляя все свои средства на розыски и добрые дела.

Все это сделалось известным в городе и увеличило чувства симпатии к этой благородной женщине, не желавшей признавать себя вдовой Джона Брэникена.

Она и не подозревала, что ею восхищались, даже преклонялись перед ней.

Многие не ограничивались только пожеланиями ей успеха в предпринимаемых розысках, но и сами горячо верили в успех. Перед Долли почтительно снимались шляпы и склонялись головы, когда она шла из верхнего города, направляясь в торговый дом Эндру, или к капитану Эллису, и появлялась ее строгая и печальная фигура всегда в трауре, постаревшая на десять лет, тогда как в действительности ей было всего 25 лет от роду. Она, однако, совершенно не замечала всех этих проявлений почтения к ней.

На совещаниях, происходивших между миссис Брэникен, Уильямом Эндру и капитаном Эллисом, последний позаботился прежде всего восстановить возможно точнее путь, пройденный «Франклином». Торговый дом Эндру отправил принадлежавшее ему судно в Индию, с предварительным заходом в Сингапур, для сдачи части перевозимого груза. Весьма правдоподобно было, что капитан Джон придерживался островов Гавайских или Сандвичевых. Пройдя область Микронезии, «Франклин» должен был, чтобы добраться до Сингапура, направиться к Марианским и Филиппинским островам и пройти через Целебесское море и Макассарский пролив в Яванское море, омывающее с южной стороны Зондские острова. У западной оконечности Малакского пролива, образуемого полуостровом того же названия и островом Ява, расположен Бенгальский залив, в котором потерпевшие кораблекрушения не могли нигде в другом месте найти убежища, как только на Никобарских или Андаманских островах.