Минор
Шрифт:
То, что творится в моей жизни, подходит именно под последний вопрос.
— Нет. — От бессилия протянула я.
— Соревнования? Читал твои документы. Ты давно закончила карьеру. Тогда остается последнее. В армию собралась? В какие войска Романова?
Я молчала, потому как пункта «разбитое сердце» в перечне не было.
— Тогда что? Объяснись. Круглая отличница вдруг неожиданно посреди семестра вдруг решила взять академ. Не выдумывай и пешком на пары. Быстро. — Слишком строго произнес. От его тона захотелось спрятаться в угол.
— Я не пойду. —
Он подошел ко мне ближе.
— Заболела, Арин? Возьми больничный. Пропущенное наверстаешь.
— Я не могу. Мне нужно уехать.
— И бросить учебу?
— Я не бросаю. Просто… — Первая слеза все-таки выкатилась из уголка глаза. Поспешно стерла ее рукавом свитера. — Пожалуйста. — Взмолилась. Слезы потекли по щекам, а я, накрыв лицо руками сгорала от стыда.
Куратор тяжело выдохнул.
— Арина, вашей группе остался месяц. Потом сессия, практика и написание диплома. Потерпи эти четыре недели, потом увидимся только перед защитой, а она аж в июне. — После криков, он заговорил спокойнее. Будто бы входя в мое положение.
Убрав руки от лица, всхлипывая попытала удачу еще раз.
— Можно я не буду ходить на пары? Приеду на сессию. Обещаю переписать все лекции.
— Все из-за Аринина? Я прав?
Молчала, потому что ему не нужно знать этих подробностей.
— Не отвечай. — Алексей Васильевич провел рукой по волосам. — Уже все в курсе. — Отошел к окну, повернувшись ко мне спиной. — Мне нужно поговорить с Михаилом Филипповичем. Потом дам знать о своем решении.
Коротко кивнув и слишком тихо ответив спасибо, покинула кабинет кафедры. Пара уже давно началась, так что по коридору я шла одна, но рука резко сжатая на моем локте застала врасплох.
— Кира. — Вскрикнула, занося кулак в воздух. — Ты напугала меня. — Рука упала вниз, вместе с моим поганым настроением.
— Думала так просто от меня избавиться? Еще чего. — Тон ее голоса не предвещал ничего хорошего. Она злилась и имела на это полное право. — Сейчас делаем так. Вызываем такси и едем ко мне.
Открыла рот, чтобы отказать.
— И никаких мне тут отговорочек. Хочу знать все, а я тебе расскажу то, что удалось раздобыть мне.
Заметила, как заблестел красивый бриллиантик на ее безымянном пальце. Улыбнулась, взяв ее ладонь в свою.
— Поздравляю. — Сжала ее теплую руку. — Очень за вас рада.
Она обняла меня, крепко-крепко.
— Глупышка. — Погладила по спине. — Спасибо, золотце. А теперь побежали.
Такси подъехало к дому Рыбкиной ровно через полтора часа. Утренние пробки убивали каждого кто хотя бы раз с ними сталкивался. Двухкомнатная квартира подруги встретила запахом мандаринов и теплом.
— У тебя уютно. — Заметила, осматриваясь. Просторный коридор вел сразу в гостиную совмещенную с кухней. Светлый интерьер делал помещение еще больше. Я не заметила никакого мусора или пыли. Все вещи лежали на своих местах. — Ты чистюля? Здесь красиво.
— Спасибо. Есть такое. Не терплю бардак, поэтому каждую свободную минуту надраиваю квартиру. — Рыбкина, не снимая куртки
Вытащив все запасы холодильника, мы удобно устроились на диване в гостиной.
— Выглядишь хреново. — Заметила она, смотря на меня печальными глазами.
— Согласна. У меня нет сил Кир. — Глаза опять защипало, но я нашла в себе силы рассказать ей все.
С самого начала, как мы с Арининым столкнулись в коридоре ресторана и что было дальше. Пуская слезы по щекам, я говорила и говорила, задыхаясь, но выдала все, вплоть до сегодняшнего утра и о том, какое решение приняла.
— Мне, кажется, что это не выход. Нам осталось немного, а он потерпит. Это Аринин должен решать, что-то со своей жизнью и бояться смотреть тебе в глаза, но не ты. Будем игнорировать его. Я помогу. Попрошу, чтобы не подходил и не обращался к нам. Меня он послушает, Арин. Ну, правда. Не руби. Ты сейчас на диких эмоциях. Закроем сессию, а потом увидите друг друга только на защите. — Она сжала мою руку поддерживая.
Она была права, но я не знала, что со мной будет. Встреча на парах была неизбежной. Я не хочу его видеть. А если мимолетно взгляну, то умру.
— Не знаю, Кира. Все настолько сложно. — Отпила уже остывший кофе. — Очень сложно.
— Милая моя. Я прошу. Ты нужна мне. Мне предстоит подготовка к свадьбе. Все эти девичьи хлопоты, а поможет кто? Только ты. — Уголки ее губ поползли вверх. — Поверь мне. Я такое задумала, что отвлеку тебя от всех мыслей. — Она хлопнула в ладоши, открыв галерею телефона. — Вот. Выбираю уже. — Воодушевленно с гордостью произнесла, показывая белоснежные платья. — Мама обещала привезти любое.
— Кир. — Я немного полистала картинки, но не зациклилась ни на одной. — Ты сказала, что расскажешь мне тоже кое-что.
— Ах, да. Забыла. Ночью Аринин подрался с каким-то пацаном. Морды они раскрасили друг другу знатно. Дима рассказал, что у Ромки, что-то с ребрами. А другому пришлось зашивать бровь.
— С каким пацаном? — Встревожилась я, почти догадываясь о ком идет речь.
— Фамилия у него такая. — Кира щелкнула пальцами. — Интересная. Бывший его школьный друг. Ты должна знать.
— Синицын. — Подтвердила, пребывая в шоке.
Вот почему машина Аринина стоит около общаги.
— Так стоп. А почему подрались то? Они же никогда не конфликтовали. Ну было пару раз, но чтоб начистить друг другу лица, такого не припомню. — Замотала головой, взяв мандарин.
Кира заулыбалась, встав. Налив себе еще кофе, вернулась, развалившись на диване.
— Аринин приревновал. Он увидел, что ты спишь не одна. Фотка этого Синицына есть? Покажи? — Воодушевилась Рыбкина хватая со стола мой телефон. — Пароль какой? У тебя в друзьях он есть? Сейчас найду. — Затараторила, как радио. — Огоооооо. А он не плох, слушай. — Лукаво сощурила глазки.
— Угомонись. — Отобрала у нее телефон. — Максим мой друг и не более, и Аринин об этом знал. С какого хрена он приревновал, он ни разу этого не делал. Мы всегда доверяли друг другу.