Чтение онлайн

Суждения полковника Подлесного почти дословно совпадают с Тезисами ЦК КПСС 1954 года, указавшими советским историкам «единственно верный» взгляд на прошлое всех народов союзных и автономных республик СССР. Применяя эти указания к истории конкретной страны — Беларуси — полковник Е. Подлесный фактически пересказывает печально известную концепцию профессора-демагога Лаврентия Абецедарского (1916–1975), автора единственного школьного учебника истории БССР, переизданного 14 раз.

Суть представлений военного политолога Подлесного сводится к следующему. Беларусы всегда были младшим братом великого русского народа и частью «русского мира», то есть Великой России, которая — ясное дело — географически значительно

шире границ нынешней Российской Федерации. Кроме того, беларусы составляли одно из подразделений могучего корпуса, известного под названием «православной восточной цивилизации».

Однако шляхта (дворянство) и мещане (горожане) в XVI–XVII веках предали свой народ. Они переориентировались на пресловутые «западные ценности» и отвернулись от России — своего «великого старшего брата». В результате такой измены эти предатели (до 25 % населения ВКЛ) перестали быть «белыми русскими» и превратились в «литвинов». Литвины долго угнетали «простых» беларусов (надо полагать — крестьян, ибо других «простых» не было), пока Россия не покончила с этим безобразием. И тогда, став крепостными у русских помещиков либо рекрутами в царской армии, они, наконец, почувствовали себя счастливыми.

Вот такая схема.

1. Кандидату политических наук должно быть известно, что не только в средние века, но и в XIX столетии носителем национального сознания народа являлся не «простой люд», а именно дворянство (у нас — шляхта) и горожане (мещанство) — то есть именно те социальные группы, которые автор называет «антибеларускими» и именует «литвинами».

Подлесный называет литвинов «угнетателями» беларусов, однако именно «ярому литвину» и защитнику церковной унии Калиновскому принадлежит великая фраза «Не народ для власти, а власть для народа». Даже сегодня «власть имущие» — что в Беларуси, что в России — бесятся, когда им напоминают этот тезис.

Именно «ярый литвин» Лев Сапега создал первую в мире Конституцию (Статут ВКЛ 1588 года), по которому шляхта была ограничена в своих правах и, в отличие от Московии, не имела права распоряжаться жизнями крестьян, а только продуктами их труда. Ну а «ярые литвины», создавшие БНР, вообще были социалистами-революционерами. Приписывать им эксплуататорские поползновения просто смешно.

Подлесный с ненавистью обличает ВКЛ как «западную интригу» именно потому, что народ жил здесь намного свободнее, чем в Московии. Именно эта свобода — по мнению подлесных, гигиных, криштаповичей и прочих — и есть «вредное влияние Запада». Полное самоуправление городов, местечек и поветов (которого нет сегодня), толерантное отношение ко всем религиям (в отличие от нынешней поддержки исключительно православия), приоритет закона (в отличие от нашего «телефонного права») и многое прочее — все это они называют «вредным западным влиянием».

2. Автор статьи спекулирует названием «русины», которым во времена Речи Посполитой (т. е. после 1569 года) именовались не предки беларусов, а предки украинцев. Но украинцы в рассуждениях автора не фигурируют, как будто их никогда не было. Между тем украинские земли составляли очень важную часть ВКЛ и Речи Посполитой.

Автор приводит многочисленные цитаты о конфликтах русинов с Польшей, выдавая их за конфликты беларусов с поляками. Это прямая фальсификация.

Восстания разных наливаек, богунов, палиев, гонт были украинскими, а не беларускими. Взаимная враждебность между поляками и русинами — это враждебность польско-украинская, а не польско-беларуская.

Наконец, сам «русинский язык», который автор выдает за «беларуский», это украинский язык.

В целом, как следует из суждений автора, беларусы и украинцы представляли собой в ВКЛ единый «этнос русинов» с общим «русинским языком». Такие выдумки опровергают

все беларуские энциклопедии, где четко сказано: наши предки и предки украинцев — это разные этносы, и языки у них тоже разные.

Забавно, что в конце своей статьи Подлесный, перечисляя соседние народы, с которыми у беларусов тесные исторические связи, не упоминает украинцев:

«в ходе своего исторического развития белорусский народ тесно взаимодействовал с польской, литовской и российской цивилизациями, оказавшими значительное влияние на его национальную идентичность».

Видимо, он «забыл» Украину потому, что нынешний «сепаратизм Киева» от «великой братской России» и его прозападная ориентация фактически отвергают выкладки автора. В самом деле: если западная ориентация «литвинов» является предательством своего народа, то кто такие нынешние прозападно настроенные русины-украинцы? Тоже «литвины»? А может быть, «литвинами» надо считать бандеровцев, люто ненавидевших поляков, но притом ориентированных на Запад?!

Однако восстания против власти Польши устраивали именно эти русины (в Западной Украине сегодня их 5 миллионов). И они же потом стали «сепаратистами» по отношению к России. Получается парадокс. Вот для того, чтобы его избежать, Подлесный не упоминает украинцев и то, что русинами в Речи Посполитой являлись они, а не беларусы.

Е. Подлесный пишет:

«Историческая действительность располагает многочисленными подтверждениями антагонистических конфликтов двух частей одного народа в XVII–XIX веках. В их основе лежало противоречие между стремлением «литвинов» действовать в канве политики Римского престола по окатоличиванию жителей ВКЛ, их полной ассимиляции с польской нацией и нежеланием населения Беларуси изменять национальной вере, принимать католичество и польскую культуру».

Что автор называет «национальной верой» беларусов? Он обманывает читателей газеты «Во славу Родины», говоря им, что у наших предков была та же вера, что и у жителей Московии (России).

Во-первых, московская церковь с 1448 до 1589 года (т. е. на протяжении 140 лет) имела своих митрополитов, которых фактически назначал московский царь (избрание их поместными соборами было формальностью). Первым стал Иона, епископ рязанский и муромский. Иными словами, московская церковь ни в административном, ни в литургическом, ни в догматическом аспектах не подчинялась никому из православных патриархов — Константинопольскому, Александрийскому, Антиохийскому, Иерусалимскому.

Как написал один московский автор в 1462 году, греческое православие «покрыто мраком тьмы», а единственно «правильное» — это, конечно же, московское. Соответственно, Московия, а не Греция или Палестина (до сих пор признанная как «Святая земля») — центр православного мира. Все мы видим, что московские иерархи придерживаются этой мысли по сей день! Достаточно послушать выступления московского патриарха Кирилла.

Что ж было «правильного» в московской вере? А то, что она обожествляла власть великих князей, потом — царей. До Брестской церковной унии 1589 года православие Киева и Твери, Полоцка, Новгорода, Пскова весьма существенно отличалось от московского, где фрески в храмах запечатлевали великих ханов Орды как «помазанников Божьих», а вслед за ними и князей Московских (позже все такие фрески старательно сбили и закрасили другими). Разными были и обряды, и пантеон святых, вообще почти все. И эти различия были столь значительными, что многие иностранцы, посетившие Московию в XIV–XVI веках, вообще сомневались в том, что московиты — христиане!