Чтение онлайн

Вдоль оси тянулась облачная труба с исходящими медленными клубами. Пейзаж вокруг дальнего полюса был блеклым от тумана.

Никола осматривалась вокруг с разумным подобием удивления, несмотря на очевидные усилия сохранить видимость скептицизма. — Интересно, идет ли здесь дождь.

— Сомневаюсь в этом. — Пул попытался вспомнить, что он знал о Галлиях. — Недостаточный размер. Однако, есть разбрызгиватели.

Гарри добрался до них, несколько затрудненно дыша после усилий, с которыми ему пришлось тащиться по воздуху; с АВТ или нет, с усмешкой подумал Пул, он никогда не увлекался физическими упражнениями.

Он пожал руку своему сыну. — Майкл. Лета, я рад, что ты пришел. Как себя чувствуешь?

— У меня такое чувство, что не могу вспомнить, когда ты в последний раз пожимал мне руку, Гарри. В последний раз, когда потрудился показаться физически.

Никола, казалось, совершенно не обиделась на то, что ее проигнорировали. Она просто

цинично усмехнулась. — Ах, но вы никогда раньше не были таким знаменитым, Майкл. Эта штука, инопланетянин в виде капли ртути, который прошел через червоточину, — он назвал вас, а не его. Вот почему вы выстрелили в призрака с неба, верно, Гарри?

Гарри уставился на нее. Он никогда не выглядел старше, подумал Пул, чем когда злился. — Вы все еще здесь?

Пул все еще был ошеломлен воспоминаниями. — Почему ты уничтожил это, Гарри? Запустив ракету с моего корабля.

— Потому что в то время это казалось хорошей идеей. Хайсмит Марсден, на самом деле, согласен. Мы уже впустили чужаков в нашу Солнечную систему. Хватит. Нам больше ничего не было нужно.

— Ты бы принял такое решение от имени всего человечества?

— Конечно. Если бы я был на месте. Кстати, все смотрели. Весь инцидент. Новостные ленты, каналы комментариев — они звонят, это призрак червоточины. Это безумие. Они тоже говорят о тебе, Майкл.

— О, хорошо.

— И есть бесконечные предположения о том, что означает это вторжение для человечества.

Пул сухо спросил: — И что это значит для семьи?

Никола снова усмехнулась. — Ну и кто теперь циник?

— Это чертовски крутая волна, — сказал Гарри. — И эту волну мы должны оседлать, сынок.

— Волну, которая, вероятно, обрушится на все ваши хорошенькие головки! — Это был Хайсмит Марсден, наконец-то взобравшийся наверх, с хмурым, очевидно, обычно сердитым лицом, теперь красным от напряжения. У него была бочкообразная грудь, живот без признаков жира, а под бледно-голубым комбинезоном бугрились мышцы. Его руки и ноги выглядели одинаково мощными, странно симметричными.

Пул понял, что это было тело, приспособленное для тяжелой работы в условиях низкой гравитации: телосложение фермера дальнего космоса. И, несмотря на свой очевидный физический возраст, независимо от того, пользовался он АВТ или нет, Марсден казался намного здоровее Гарри.

Он все еще говорил.

— Худший вариант, следующий за этим вторжением, — это своего рода экзистенциальная угроза человечеству. Угроза, исходящая от факторов неизвестной природы, неизвестного происхождения. — Он оглядел Майкла Пула с ног до головы. — И поскольку, каким бы невероятным ни казалось сейчас, что я на самом деле нахожусь в вашем ошеломляющем физическом присутствии, на самом деле вас назвал этот вращающийся инопланетянин из червоточины, вы сами, Майкл Пул, можете быть источником этой угрозы или объектом внимания, что бы вы ни говорили или ни делали. Давайте продолжим. Следуйте за мной. —

Он повернулся и пополз по другой веревке, которая вела в сторону от этой оси и дальше вниз, к изогнутому корпусу жилища.

Остальные приготовились следовать за ним, более неуклюже.

Марсден крикнул через плечо: — Кстати, я разговаривал с вашей коллегой. Мириам Берг. Разумная молодая особа.

Мириам заранее отправилась в это место на скоростном одноместном скиммере, чтобы помочь с организацией расселения беженцев из объектов Ио.

Пул сказал: — Я рад, что кто-то из нас произвел на вас впечатление. Итак, что, по-вашему, мы должны сделать?

— Очевидно, придумать, как создать стабильную популяцию размножающихся людей в скрытом космическом обиталище.

Никола подняла брови. — В любой другой день это было бы странно слышать. Итак, на какой высоте я должна находиться, когда буду карабкаться по этой веревке…?

Оказалось, что это не глупый вопрос.

Сначала, следуя примеру Марсдена, Пул подтянулся головой вперед "вверх" по веревке к и так изгибающемуся ландшафту "над" его головой. Но по мере того, как они удалялись от оси вращения, вскоре возникло ощущение, что они падают вверх, и это приводило в замешательство. Пул поспешно развернулся так, чтобы спускаться ногами вперед, медленно, как снежинка, ориентируясь по прикосновениям к веревке.

Спуск стал легче примерно в сорока метрах от ступицы, где веревки соединялись с чем-то вроде грандиозной широкой лестницы, одной из нескольких установленных радиально вокруг точки оси. Когда Пул попытался встать, ему показалось, что сила тяжести была примерно лунной — приличная доля земной. Поскольку Пул провел на Луне больше года, наблюдая за модернизацией ускорителя ВЕС-энергии в Копернике, это показалось ему знакомым. Восстановив равновесие, он уверенно спустился по ступенькам вслед за Марсденом, Никола и Гарри. И к тому времени, когда он догнал их, гравитация стала ощущаться еще сильнее.

— Итак, — сказал он, когда они двинулись дальше. — Размножающаяся популяция? У вас здесь хватит места?

Марсден взглянул на него. — Что ж, мы потеснимся. Текущее население — сто человек, вместимость — пятьсот. Вы понимаете теорию станции. Многолетние перелеты без двигателей от Земли к Юпитеру. Галлии были отдаленными потомками похожих сооружений Олдрина, которые когда-то соединили Землю с Марсом: экономичный способ осуществления межпланетных путешествий. А Галлии по своему замыслу требовали долгосрочной самодостаточности. — Он указал на пейзаж, который теперь разворачивался перед ними. — Отсюда все это.

Посмотрев прямо перед собой, Пул увидел зеленую полосу парковой зоны, разбитую небольшими озерами, с группами домиков, построенных из чего-то похожего на бамбук. Это был пейзаж, убедительно похожий на земной. Но зеленый ландшафт возвышался по обе стороны, так что казалось, будто они спускаются с горного перевала в огромную долину — долину со стенами, которые вздымались подобно огромным волнам, чтобы сомкнуться над их головами, за этой осевой трубой пушистых облаков. Сквозь влажный воздух эти окна в земле пропускали солнечный свет, отражавшийся от дальней стены обиталища; тени были необычными.