Месть предателя
Шрифт:
– Прошу, Владлен Семенович, – Юрий рукой указал на стул.
– Спасибо.
Стул под весом Раппопорта жалобно скрипнул.
– Вы сегодня один? Без вашего товарища?
– Да, – грустно и со вздохом ответил Раппопорт. – Чупров в больнице.
– Что с ним? Наверное, плохо переносит такую жару? Синоптики обещают в ближайшее время похолодание и дожди.
– Нет. С этим у него все в порядке. К жаре он привык, родился в Самарканде. Летом там столбик термометра ниже тридцати не
Раппопорт замолчал.
Гордеев вопросительно смотрел на клиента. Тот молчал, и пауза затягивалась. Наконец сказал:
– Владимира избили.
– Как это произошло?
– Поздно вечером выгуливал свою овчарку в скверике рядом с домом. Поблизости остановилась легковая машина. Вышли трое. Что-то спросили или попросили – Владимир не помнит. Короче, привязались.
– Может, резко ответил?
– Он никогда никому не грубил. Со всеми разговаривал вежливо.
– И собака не помогла? Это же сторожевая порода.
– Овчарке прыснули в нос слезоточивый газ. Из карманного баллончика. Сейчас такие у многих… Носят для самообороны… – Раппопорт горько усмехнулся, – и, как оказывается, для нападения тоже. К тому же собака была в наморднике. Все произошло столь неожиданно… Владимир не успел отдать никакой команды.
– Жаль… Как он себя чувствует?
– Уже поправляется. У него средние телесные повреждения.
– Когда это случилось?
– На прошлой неделе. В тот же день, когда мы с Владимиром приходили к вам на прием. Если вы о нем помните, конечно.
– Прекрасно помню. То было в позапрошлый понедельник… – Гордеев задумался. – Скажите, Владлен Семенович, – продолжил Юрий, – ваш товарищ не запомнил машину, из которой вышли нападавшие?
– О том же Чупрова в больнице спрашивал и милиционер. Но Владимир ничего, кроме цвета машины, не помнит. Он плохо разбирается в современных автомобилях. Сказал лишь, что была иномарка темного цвета.
– Темного?
– Да. Володя нарисовал ее очертания – насколько сумел вспомнить. Об этом его тоже попросил работник милиции.
– Это что-то прояснило?
– Представитель милиции называл какую-то марку. Сказал, что очень похоже.
– Вы присутствовали при этом?
– Нет. Володя мне пересказал разговор.
– Он вам не сказал, что предположил работник милиции?
– Говорил, что какое-то длинное двойное название, связанное с иностранной спортивной игрой.
Гордеев задумался. В его голове заработал компьютер, прокручивавший на экране памяти логотипы и названия автомобильных заводов.
– Чупров сказал, что милиционер еще усмехнулся и добавил: игра богачей.
– Игра богачей… игра богачей… Интересные ассоциации у работников правоохранительных органов.
– Володя сказал,
– А мне это напоминает разгадывание кроссвордов. Только там отгадывающему точно известно количество букв, составляющих неизвестное слово.
– Может, Гольфстрим?.. – предположил Раппопорт и замолчал. После секундной паузы он продолжил: – Но я, Юрий Петрович, к вам пришел не за этим.
– Я понимаю. Вы хотите услышать мой ответ на ваше предложение? Могли бы просто позвонить и не тратить времени на дорогу.
– Мог бы… Но мне почему-то захотелось видеть при этом ваши глаза.
Раппопорт вопросительно замолчал.
– Я берусь за ваше дело, – сказал Гордеев, который не любил зря тянуть время. – Вернее, не за ваше, а за дело Невежина Федора Евгеньевича. Детали мы обговорим позднее.
– Федор Евгеньевич пока еще является вице-президентом, и сорок девять процентов акций фирмы «ВДП» принадлежат ему. Думаю, что гонорар вас не разочарует.
– Я берусь за это дело не только ради денег, но и еще по одной причине. Не скрою, оплата моих трудов стоит для меня не на последнем месте. Но в данном случае затронуты не только мои материальные интересы… Здесь присутствует и профессиональный интерес. Люблю, знаете ли, трудные дела.
– Спасибо, что не отказались.
– Буду рад помочь.
– Сделайте все возможное… Невежин человек честный. Я в этом уверен. Его просто подставили. Узнать кто – это в ваших силах… и в наших интересах.
– Я постараюсь сделать даже невозможное.
– Защитите невиновного. Он призывает вас на помощь.
– Вы знаете латынь?
– Этот мертвый язык сейчас знают только немногие филологи и специалисты-медики…
– Иногда и юристы!
– Почему вы об этом спросили?
– Потому что вы попали в самое яблочко. Слово «адвокат» происходит от латинского advocare и означает – «призывать на помощь».
– Не знал…
В этот момент за шторкой кабинки, в которой Гордеев вел прием, кто-то громко закашлял, напоминая беседующим, что сегодня есть и другие посетители, что здесь очередь.
– Итак, Владлен Семенович, я берусь защищать Федора Евгеньевича. Детали мы с вами еще обговорим – не сегодня, если это возможно. – Гордеев хотел дать понять посетителю, что время, отпущенное на него, у адвоката истекло, там, за шторкой, ждут другие. – Вы меня извините, просто какой-то наплыв клиентов! А наше соглашение я официально оформлю чуть позже, во второй половине дня. Нам же необходимо еще и согласие Невежина. Вот я и подъеду завтра с утра в Бутырки.
Раппопорт поднялся и понимающе покивал: