Чтение онлайн

Это обожгло. Я тут же упал в грязь. Я схватил рыхлую землю и втер ее в кожу, надеясь нейтрализовать то, что это было.

Я попытался подняться на ноги, но мое тело отреагировало бурно. Я упал, кашляя. Сплевывая кровь. Мой пустой желудок вырвало желчью. Мои мышцы стали ленивыми.

Я слышал, как бокор смеется над моими вздохами и кашлем. Я попытался протереть глаза, чтобы сфокусировать взгляд на нападавшем, но они были плотно закрыты.

Моя рука шарила по земле, пытаясь просто ползти. Ближе. Ближе. Когда шаги приблизились, я обхватил

пальцами нож бокора. Шевалье прижал его к земле своим ботинком.

— Что ты со мной сделал? — слабым голосом спросил я.

Он опустился на колени и подобрал свой нож.

— Мне просто нужно было как следует подготовиться, друг мой.

Плохие решения, подумал я.

Меня снова стошнило, и я попытался унять тошноту. Если это был магический яд, то его можно было нейтрализовать. Но я не мог дотянуться до него своими нитями.

— Как думаешь, что мне с этим делать? — Шевалье приставил лезвие к моей шее.

— Не так, — взмолился я.

Еще один насмешливый смешок.

— Большинство людей не выбирают, как покинуть этот мир, Суарес.

— Позволь мне, — настаивал я, и мой голос звучал все громче от отчаяния. — Тунджи Малу. Он мой хозяин. — Я заставил себя открыть глаза и увидел, что бокор обдумывает мои слова. — Позволь мне убить его.

Жан-Луи Шевалье лукаво улыбнулся и вонзил кинжал мне в шею.

Мои глаза распахнулись от порыва ветра. Надо мной возвышалась бетонная эстакада. Шум мчащих по ней машин заглушал все остальные звуки.

Я не стал кричать. Здесь, на окраине города, это было бы бесполезно. По крайней мере, я был жив.

Я пошевелил руками и ногами. Они были скованы цепями и прикованы к земле. Я лежал на спине в форме буквы Х. В голове пронеслись воспоминания о доме на Звездном острове. О времени моей первой смерти. Там меня выпотрошил Тунжи. Теперь я смутно это помнил.

Но сейчас все было по-другому. Я обвел взглядом окрестности затуманенным взором и не увидел никаких следов ритуала. Это была не магия, а грубая сила.

Кто-то подошел ко мне со стороны, куда не долетал мой взгляд.

— Мне не плохо, — просто сказал я.

Шевалье обошел меня и посмотрел на меня сверху вниз. Его серебряные серьги свисали до щек. Нарисованный белый череп оставлял на его глазах пустые черные провалы, но еще больше пугали радужки альбиноса.

— Я облегчил твою боль, — объяснил он, поднимая нож. — Я вырезал ее из тебя. Выпил инфекцию из твоих артерий. — Он склонил голову набок. — Пока не решу, возвращать ее или нет.

Я кивнул. Когда он ударил меня ножом, то не собирался меня убивать. Он произносил заклинание, чтобы избавить меня от болезни.

— Мы не в Маленькой Гаити, — заметил я.

Белый череп ухмыльнулся.

— Если бы мы были там, тебя бы уже разорвали на куски и скормили бы трупам, и больше тебя никто бы не увидел.

Я вздрогнул.

— Да. Спасибо за это.

Шевалье склонился надо мной.

—

Батист был поджигателем войны, — сказал он с отвращением. Через долю секунды его клинок снова был у моего горла. — Но Макс была моим другом.

Я поверил в это. Бокор, казалось, был звал всех по фамилии со всеми, кроме нее.

Мое тело извивалось в оковах. Я была крепко привязан. Тем не менее, Пес-Тень был легендой среди таино, потому что он избегал любых уз. В ночной темноте я скользнул в тень.

Жгучая боль пронзила мои запястья и лодыжки. Я закричал и рывком вернулся в физический мир, тяжело дыша и проверяя состояние своих конечностей.

Бокор усмехнулся.

— Железо сковывает тех, у кого есть дух.

Теперь я заметил четыре наручника, которые приковывали меня к земле. Железо, это проклятие духовных существ, многих существ не от мира сего. Я? Мне не было больно, но я точно не мог пошевелиться. Думаю, когда индейцы таино сочиняли свои легенды, они еще не знали, что такое железо.

— Макс пыталась меня убить, — быстро сказал я. — Я просил ее остаться, но она не послушалась.

Он сверкнул зубами.

— Она была упрямой женщиной, Суарес, но твои обвинения беспочвенны. Ее задача как телохранителя заключалась в том, чтобы защищать Батиста.

— Я никогда не хотел причинить ему вреда. Ни одному из Святых Костей не хотел. Я был там ради нигерийцев.

Бокор прищурился.

— Это Тунджи отрубил им головы, — сказал я ему. — Я убивал только в целях самообороны. Подумай о мальчике, которого я оставил в живых, о том, кто выдал меня. Было бы проще его убить.

Шевалье убрал нож и отступил.

— И вот ты все еще жив. Что у тебя было с Обазуайе?

— Я хотел узнать правду. Раскрыть ее. То, что я знал, могло бы помочь Батисту.

Бокор нетерпеливо постучал ножом по моей груди.

— Они водили вас за нос, — сказал я.

Он бросил на меня вызывающий взгляд.

— Обазуайе выступал посредником в переговорах о мире. Я сам слышал, как он об этом говорил.

— Может быть, — согласился я. — Он был не бокор, а бизнесмен. Если хочешь знать, для него это были только деньги, а не единство. Но Намади не имеет значения. Это была наша ошибка. Намади никогда не имел значения. Предателем был Тунджи Малу. Убийства ваших лидеров...

— Были совершены по его приказу.

— По его приказу. Тунджи подчинил меня какому-то вампирскому влиянию, как и Намади. Что бы там ни сделал со мной Батист в том мусорном контейнере, черная магия, должно быть, рассеялась. Я решил, что он использовал меня, чтобы развязать войну между бандами.

— Это невозможно. Нигерийцев мало. Они не стали бы действовать так дерзко.

— Вот что я понял. Их слишком мало, чтобы сравняться с вами по численности. Они никогда не смогли бы контролировать улицы. Поэтому Тунжи использовал меня, третью сторону, человека, не связанного с ним. Он действовал так, чтобы посеять нестабильность под видом установления мира.