Чтение онлайн

И этому Линет тоже поверила.

— Прошу Вас, мне нужно сейчас же уехать.

Он повернул свою кобылу таким образом, чтобы «Мэри» смогла проехать.

— Благодарю Вас, — добавил менестрель, — за то, что беспокоились обо мне.

Голос его был робок, и в груди у Линет внезапно что-то кольнуло. Ни одна девушка раньше не беспокоилась обо мне. Что сделает Робин, когда узнает, кто на самом деле так беспокоился о нём? Подумает ли он, что был всего лишь развлечением?

Почему Линет не рассказала ему обо всём с самого начала? Да потому что менестрель

сразу же уехал бы. И не было бы у неё этого последнего приключения.

Но какую цену им обоим, возможно, придётся заплатить за это?

Дункан не мог дождаться, когда наступит рассвет.

Он покинул бухту и отправился в деревню. Там молодой человек снова нашел постоялый двор для себя и корм для своей кобылы. После чего начал, как он надеялся, осторожные расспросы о девушке по имени Мэри.

К путешественнику относились с подозрением, пока он не предложил развлечь людей и рассказать сплетни из других концов страны в обмен на еду. Предложение было с радостью принято. Он вспомнил, что советовала ему Мэри, попытался улыбнуться и расслабить пальцы. Но это не помогло. Пьяные разговоры заглушали все звуки, но, несмотря на это, он держал в памяти тот факт, что, как-никак, он был менестрелем, развлекающим народ. Он надеялся, что людская молва о нем достигнет Клендена.

Когда Дункан отложил лютню, разговор заметно оживился. Он же был странником, а значит, у него были новости, которыми он мог поделиться. Что нового было в других деревнях? Бывал ли он в Лондоне? Видел ли нового короля? Слышал ли о новых налогах?

Он отвечал, как мог. Но не рассказывал, что сражался за Ланкастеров. Ведь то была северная Англия, в которой симпатии были на стороне Эдварда и Ричарда Йорков. Враждебные настроения в провинции, он знал, будут существовать ещё долго. Слишком много знати лишилось своих богатств, слишком много земель было отобрано. Уже ходили слухи об ещё одном восстании для свержения Генриха Тюдора.

Но Дункан знал, что страна была изнурена войной, и что Генрих был осведомлен о заговорщиках. Он не станет терпеть их козни долгое время.

Ничего из этого Дункан не сказал, зато рассказал о придворных сплетнях, браках и новых союзах. Многие обо всём этом уже слышали, даже если им не доводилось ужинать с королем.

— У нас туточки тоже невеста имеется, — сказал один из местных выпивох, становившийся все более разговорчивым пропорционально количеству выпитого. — Поговаривают, старшая дочка графа выходит замуж. Так что будет славная пирушка.

Кленден был как раз тем местом, куда Дункан направлялся до случайной встречи с лесной девой. Он слышал, там ожидаются гости, а для музыканта наличие гостей означает работу, и, хотелось бы надеяться, не на один вечер. Уортингтон хотел задержаться в этих краях достаточно долго для того, чтобы выяснить всё о леди среди домочадцев.

Но он всё откладывал визит в замок до встречи со своей леди в лесу. Дункан боялся, что если вдруг уедет, то уже никогда её не увидит.

Могла ли она быть служанкой у Клендена?

— У него есть ещё две девицы на выданье, — сказал другой постоялец. —

Бог проклял графа, дав лишь дочерей и ни одного сына.

Две незамужние девицы.

— Они просто красотки, — присоединился к разговору ещё один. — Со старшей дело похуже будет. Она страшненькая. Зато приданое за ней дают большое.

Дункан слушал вполуха. Он знал, что ему следует выказывать больший интерес. Ведь ради таких вот вестей, в конце концов, он и странствовал. Но в данный момент Дункану не было никакого дела до этих знатных дам. Он мог думать только о юной девушке, одетой, как юноша, которая держалась в седле не хуже любого мужчины.

Молодой человек также размышлял, затеял ли он это путешествие, чтобы найти невесту, или просто искал свободы. Свободы от ответственности за людей, которых он вел в бой. Дункан не мог припомнить ни одного момента, когда не осознавал бы, что его действия могут повлечь за собой чью-то смерть. По правде говоря, Дункан дал своей матери клятву, но ухватился за неё, как за повод побыть кем-то другим на короткий промежуток времени, кем-то, кто мог отправиться в странствия, когда ему захочется, подружиться, с кем ему хочется. Уортингтон хотел сбежать от обязанностей, которые накладывало на него его положение.

Он понимал, что не может больше вести подобную беззаботную жизнь. Генрих Тюдор ждет от него женитьбы, а также уплаты налогов. Король также ожидает, что Дункан восстановит Уортингтон.

Королевская благосклонность будет длиться до тех пор, пока объект этой благосклонности будет ему полезен — на этот счет у Дункана иллюзий не было.

Он опустошил свою кружку с разбавленным элем и отодвинул стул. Дункан уже объявил, что спать будет в лесу, так как потратил последнюю монету на корм лошади. После такого заявления его посчитали безумцем, но молодой человек ответил, что дорога ему предстоит долгая, и такая цена за передвижение была совсем невысока.

Хозяин постоялого двора сказал, что Дункану будут рады снова предоставить еду следующим вечером в обмен на его пение. Это был первый раз, когда его пригласили спеть ещё раз, так что на мгновение молодой человек ощутил радость от того, что удостоился похвалы за что-то ещё, кроме убийства. Он кивнул и вышел.

Часом позже Дункан был в пещере, которую ему указала его леди днем раньше. Пещера была глубока и надежно защищала от ветра. Молодой человек развел огонь.

До рассвета еще пять-шесть часов. Дункан едва мог поверить, что был настолько взволнован тем, что она не придет. Он ничего о ней не знал, и не было ни малейшей возможности найти её.

Дункан подумывал отправиться в Кленден, как он изначально и собирался. Все лучше, чем околачиваться в лесу и быть принятым за вора или браконьера. Но что, если его прогонят до того, как он найдет её? Тогда у него не будет предлога, чтобы задержаться.

При Дункане не было оружия, кроме простого кинжала. Никто не поверит, что он сеньор. Скорее решат, что он сумасшедший. И будут не так уж не правы.

Дерьмо, что же он делает? Грезит о служанке, которая, возможно, уже обещана другому, вместо того, чтобы искать себе жену. Жену, которую одобрил бы король Генрих. Иначе что же случится с его землями?