Медаль

Владимир Николаевич Бровкин

МЕДАЛЬ

– Что бабы, красивая медаль, да? Ну еще бы, я и сам это прекрасно вижу. Такой медали окромя меня больше ни у кого на всем земном шаре нет. Точно. На всём земном шаре. Ну что - да ну! Ну что - да ну! Говорят, значит точно! Вот еще, врешь! Да с какой стати мне вратьто. Что мне за это деньги, что ли, платят. Если хотите знать, так Иван Печенкин еще никогда в своей жизни не врал.

Ну вот, опять свое.

Ну а если и вру, так чего тогда рот разинули. Если не интересно, так не слушайте.

Я тем рассказываю, кому интересно.

Что, интересно?

Ну вот, так бы сразу и говорили.

А медаль такая в самом деле только у меня одного.

Правда, у дружка моего, Юрки Степанова, тоже такая же была, нам вместе их вручали, да только он свою где-то по дурости потерял. Юрку-то Степанова вы знаете? Да он в нашей школе вместе со мной в одном классе учился. Не знаете? Да из Запыхаловки он. Он первое время у бабки Веденевой на квартире стоял, а потом перешел в внтернат, как только его открыли.

Да должны знать. У него в Запыхаловке отец долгое время бригадирил. Правда, сейчас старики его там не живут, они еще в 68 году в теплый край, в Талды-Курган к старшему сыну Егору перебрались.

Так вот Юрка Степанов, друг мой закадычный, тоже такую медаль имел.

А дружба у нас с ним началась еще с самого пятого класса, как он только после Запыхаловки в нашу школу учиться пришел.

Как он в нашу школу пришел, наша классная Елизавета Алексеевна вместе нас на одну парту и посадила.

С, той поры мы с ним друзья, не разлей водой. И сидели мы с ним вместе за одной партой до самого окончания восьмилетки.

Но после восьмого класса дорожки наши немного разошлись.

Я как кончил восемь классов, так сразу и заявил: "Хватит, баста, поучился да и будет".

Кинулись было меня учителя уговаривать, а я им отвечаю: "Мне и этой всей вашей грамоты - за глаза да через край. Так можно доучиться, что и дураком станешь.

A с моим-то умом большой грамоты совсем не надо. Она, голова моя, и без этого хорошо работает. А они снова мне: "Да что ты?"

"Не знаю, - отвечаю им, - кому как нравится, а у меня от вашей науки и так уже в глазах рябит".

На разную там арифметику-математику у меня еще немного терпения хватало, но вот разные там хэрдэ-мэрдэ мне прямо всю душу наизнанку выворачивали.

Да.потом я еще и так думал: неужели я за все эти восемь лет мучений не заработал себе спокойной жизни?

Заработал!

A коли заработал, так какой еще может быть тут разговор.

Так вот при всех я учителям и заявил.

И дома то же самое повторил,

– Ну дома, понятное дело, мне ничего и говорить не стали: видят что жених уже здоровый, что к чему уже кумекает,

– А говорят, Ванька, что ты университет кончил? Или брешут?

– А вы слушайте всех. Вам много кое-чего наговорят. А только я в свое время на восьмилетке точку поставил.

У некоторых, правда, все голова за будущее болит, все-то они

судьбу свою Загадывают да бессонницей маются. Все-то они боятcя не опоздать везде да всех хотят догнать.

А я никого догонять не собирался и не собираюсь.

А только я eще в пятом классе решил - кончаю восьмилетку, сажусь на трактор и рулю в родной колхоз.

И никакой гoловоломки, как у некоторых.

Ну а Юрка, тот дальше, в девятый класс пошел.

Парень он вообще-то башковитый, врать я не буду.

Хотя до меня ему, правда, далековато. У него размах не тот.

Я ему про это сам много раз говорил. Но все же он парень тоже с умом. Да!

Так вот, он пошел учиться дальше, десятилетку закончил, армию отслужил, а потом в институтена водителя космических кораблей выучился.

– На кого?

– На водителя космических кораблей. На кого? Слушать лучше надо.

Выучился он значит, Юрка, на водителя космических кораблей и после учебы его определили в созвездие Гончих Псов. Он и сейчас там живет и работает.

Но меня не. забывает, ко мне частенько в гости приезжает. Да вы его видели. Позапрошлый год ко мне летом приезжал. Целую неделю у нас жял. Не видели? Да чего жевы тогда видели? Ну такой он из себя стройный, статный, в синей форме, в картузе таком гнутом с кокардой.

Ах с кокардой? Вот в том то и дело, что с кокардой.

Ну и люди. Живут, а дальше своего носа ничего видеть не хотят. Народ какой-то чудной пошел. Серость сплошная.

Так вот, стал Юрка Степанов космическим водителем, а я стад трактористом. Я, значит, пашу, eeib, он и космосе себе знает летает. Конечно, разница с первого взгляда вроде есть. Я тут, он там. Но лично я особой разницы вэтом не вижу. Там техника - тут тоже техника. А технике, как я всегда понимаю, всегда и везде ума надо дать.

Но форс другой раз он передо мной держит.

Как же, я, мол, водитель космического корабля.

Но я тоже не промах, меня так просто за пояс не заткнешь.

Приедет в гости да другой раз и скажет мне, вот, не захотел, дружище, дальше учиться, а то, глядишь, вместе бы, на пару летали.

А я ему тут отвечаю: "Хоть ты, друг, и высоко летаешь, да только все равно дело-то твое не очень уж от мoeго-то отличается. Что ты баранку крутишь, что я. Какая ж тут разница?"

Да никакой.

Только что в одежке ихней много блеску в вйДе разных пуговиц.

Да я тоже иной раз так наряжусь, все девчата в клбе только на меня оДного и смотрят.

А что, в самом деле! Хотя другой раз и я бы не отказался поносить Юркину форму. Иной раз ради интереса так в клуб заявиться.

Интересно все же, как народ глядеть будет.

Вот и думаю я другой раз, что не грех бы и нам, трактористам, что-нибудь подобное придумать, чтобы некоторые поменьше задавались.

А так-то у них работа хлопотливая. Наша трактористская против ихней сплошной курорт.