Чтение онлайн

Затем ему в голову пришла новая тревожная мысль. Если короля Рафарта подменил собой король из другого измерения, тогда какова была судьба настоящего короля? И если Рафарт уничтожен или каким-нибудь образом околдован, что тогда стало с Келвином? Что происходит там, в другом измерении?

Сент-Хеленс должен был бы чувствовать себя превосходно. Снова вести войска в битву — нет, строго говоря, раньше он, конечно, этим не занимался. Но военные кампании были как раз тем, в чем он неплохо разбирался.

Тогда почему же он не был счастлив теперь, когда оказался во главе всего этого дела, а не в хвосте?

Чарли Ломакс скакал слева, а молодой Филипп справа от него, а позади них растянулась армия Германдии. Казалось, что все в порядке. Тогда в чем же его проблемы?

— Сэр, — прошептал ему молодой телохранитель, близко наклонившись к его седлу. — Вы не заметили наших доброжелателей?

Сент-Хеленс понял, что имел в виду паренек. Несколько угрюмых лиц молча смотрели на них, выглядывая из окрестных дворов и дверей домов. Никто не усыпал их путь цветами, не было ни криков, ни патриотических пожеланий вернуться с победой. Лица в основном были мрачными и угрюмыми, а люди истощенными. Население Германдии напоминало ему кое о чем другом. Вспомнит ли что-нибудь бывший король Аратекса? Сент-Хеленс обернулся в седле и посмотрел назад.

На лице Филиппа сияла мальчишеская улыбка. Не обращая внимания ни на что вокруг он казался таким же радостным, как и тогда, когда обыгрывал Сент-Хеленса в шахматы. Познав всю нищету и разорение в Аратексе, он все еще думал о славе. Сент-Хеленс знал, как мальчик себя чувствует и что именно думает, потому что когда-то и сам был таким же.

— Не думаю, что военные популярны в этой стране, — прошептал он гвардейцу Ломаксу. — Но если учесть, что правительство Германдии сильно репрессивное, это нормально. Точно так же было и в Аратексе, и не так давно, перед появлением в Раде круглоухого.

— И после этой войны здесь тоже все изменится?

Однажды у Сент-Хеленса был сержант, который с неопровержимой логикой отвечал на любой вопрос, какой только мог выдумать рядовой. Ответ, как помнил его Сент-Хеленс, был всегда один и тот же. Он и воспользовался сейчас этим ответом того сержанта.

— Все к дьяволу, — спокойно сказал он, — заткнись, наконец.

И они продолжали ехать сквозь неизвестность и уныние, порожденное тем фактом, что ничего не обстояло так, как им бы хотелось.

Хельба невольно улыбнулась, взглянув в два парных кристалла. Один кристалл показывал ей затруднения Мора, другой — его сына.

— Да, — громко произнесла она, возможно обращаясь к Катбе, своему другу коту 1 . — Да, старая Хельба знает хитрость-другую! Я никогда не могла одолеть свою злобную сестру в этом мире, но я достаточно долго не давала ей вторгнуться в нашу страну! Как я рада, что она погибла! Она мой злобный зеркальный образ, можно поспорить!

— М-мяу, —

заметил Катба, выгибая гибкую спину. Он предпочел бы побегать за листочком или взобраться на дерево. Вместо этого он сидел здесь, в штаб-квартире по организации обороны, и оказывал ей свою поддержку.

— Ну, а теперь, — продолжала Хельба, проверяя свой котелок в очаге и помешивая в нем черпаком, — вот в чем заключается наш план. Сейчас мы остановили их, теперь мы будем выжидать, пока они не повернут назад, лишенные мужества, или, пока их командиры не придут и не сдадутся нам. Никаких убийств. Тебе это нравится?

Катба потерся головой о ее узловатую руку и замурлыкал. Это был мягкий, нежный, утешающий звук, который очень подходил коту, никогда не охотившемуся на птиц. Кот происходил из того же доброго мира и был сделан из того же материала, что и Хельба, а потому предпочитал находить и возвращать родителям маленьких птенчиков, которые случайно выпали из своих гнезд. Однако кот есть кот, и Катба, ее спутник по измерению и родственная душа, отзывался на ее ласки точно так же, как и любой другой кот.

Хельба посмотрела туда, где мягкий бархатный язычок кота прикасался к ее коже. Она потрепала его по черной шерстке, погладила треугольные бакенбарды и заглянула в его продолговатые глаза.

— Катба, думаю, что мы выиграли. Но… — подумав об этом, она нахмурилась. — Я удивляюсь, почему? Нет, не почему мы выиграли, но почему это нашествие? Это совсем не похоже на доброжелательного, бездеятельного короля Рафарта из Рада. Или как там еще называют это королевство. А, Келвиния — вот как, по имени того славного паренька.

Катба потерся о третий кристалл, стоящий на столе. Лапа кота потянулась к нему и похлопала по его поверхности. Кристалл был непрозрачным.

— Да, да, лучше сделать это. Я ненавижу шпионить, Катба, но время от времени мне приходится это делать. В этом деле много таинственного.

Она подвинула квадратный кристалл к себе по поверхности грубого деревянного стола, неподвижно вытянула над его гладкой поверхностью свои крючковатые пальцы, закрыла глаза и сосредоточилась. Через мгновение она ощутила дрожь в руках, и с кончиков ее пальцев посыпались молнии.

Хельба открыла глаза, заглядывая во вселенную крохотных пузырьков. А теперь куда? Куда? В Келвинию, чтобы выяснить причину нападения. Она увидела человека с огромным носом, с короной на голове. Да, это был он, отраженный в кристалле словно бы в стеклянном ящике. Рафарт.

Но почему, продолжала удивляться она, почему? Под натиском ее настойчивых мыслей поле зрения расширилось. Король был в своей спальне, и он был не один. Хельба нахмурилась, не желая вторгаться в сугубо личный момент между королем и…