Чтение онлайн

– Дело не в том, что я отказываюсь вам их показать, а в том, что у меня их больше нет.

– Как это? – спросил доктор.

– В общем, я отнесла их фармацевту, чтобы проанализировать состав, а в аптеке заявили, что они потерялись. Но я уверена, что это произошло не случайно.

У доктора Гринберга при этих словах сделалось скептическое выражение лица, словно он усомнился в нормальности Николь.

– Послушайте, мисс Эйвон…

– Миссис.

– Да, простите меня. Чем конкретно вы занимаетесь?

– Журналистикой.

– Да,

хорошо, возможно, вы великолепная журналистка, полная благих намерений, но я полагаю, что у вас слишком буйное воображение. Неужели вам кажется, что мы сможем убедить полицию начать расследование на основе якобы подделанных таблеток, которых у вас больше нет?

– Разумеется, имей мы их на руках, было бы куда проще, но я считаю, что полицию крайне заинтересуют вот эти фотографии, – сказала Николь.

Она показала конверт, держа его обеими руками, словно боялась, что его украдут.

– Впрочем, миссис Симпсон, я должна вас предупредить: эти снимки, по крайней мере на первый взгляд, носят шокирующий характер. На них – Мария Лопес и ваш муж. Но я вам докажу, что, как и моноприл, они были фальсифицированы. В ходе съемок ваш муж был без сознания, он вообще не осознавал, что происходит. – Пытаясь смягчить удар, Николь добавила: – К тому же я узнала, что Мария Лопес является, так сказать, рецидивисткой. Невероятно, но за последние шесть лет она побывала замужем трижды.

– Трижды? В это трудно поверить! – откликнулась миссис Симпсон.

– Да, за шесть лет. И каждый раз она сочеталась законным браком с пожилым и отнюдь не бедным мужчиной. Ее мужья умирали вскоре после свадьбы и оставляли ей в наследство десятки миллионов!

– Десятки миллионов долларов? – Доктор Гринберг был явно поражен.

– Боже мой, – обронила миссис Симпсон с некоторой растерянностью, – мы имеем дело с настоящей профессионалкой.

– У меня есть основания полагать, что она работает не одна, – добавила Николь.

– Вообще-то, – иронически заметил доктор Гринберг, – для женитьбы обычно достаточно двух человек. Я плохо представляю, зачем этой интриганке могла бы понадобиться посторонняя помощь, чтобы соблазнять стариков: скорее это им требовалась помощь, если хотите знать мое мнение.

Было ли это сказано в шутку? В любом случае язвительный комментарий доктора Гринберга не развеселил ни миссис Симпсон, ни Николь, которая поспешила объяснить:

– Я хочу сказать, похоже, нашей красотке от этих экстраординарных заработков достались сущие крохи, и даже те десять миллионов, которые она выманила у вас, утекли с ее счета.

– Однако ей их выплатили, это совершенно точно. – В голосе миссис Симпсон звучала ярость.

Стиснув зубы, она отвернулась, погрузившись в болезненные воспоминания об этой истории с завещанием.

– Она действительно их получила, но в тот же день перевела большую часть на счет организации под названием Сенон-фонд.

– Сенон-фонд? – переспросил доктор Гринберг.

– Вы

знаете, о чем идет речь? – заинтересовалась Николь.

– Понятия не имею.

– Как бы там ни было, – заключила Николь, – но я склоняюсь к мысли, что Мария Лопес действует не одна. Иначе почему, несмотря на унаследованные от трех мужей миллионы, она все еще живет в убогой квартире на севере Майами и работает официанткой в баре отеля «Суэц», третьеразрядном заведении.

– Действительно, это любопытно, вы не находите, доктор? – произнесла миссис Симпсон, адресуясь к Гринбергу.

– Это еще мягко сказано.

Теперь Николь достала снимки:

– Еще раз вас предупреждаю: помните, что это фальсификация.

Наконец она разложила снимки на стеклянном столике.

При виде фотографий – невзирая на бесконечные предупреждения, которыми Николь пересыпала преамбулу, – у миссис Симпсон вырвался крик. Ее муж, да, ее муж, которому она безгранично верила, который для нее был выше всяких подозрений, находился в номере отеля полуголый, в объятиях этой потаскушки Марии Лопес, разряженной как настоящая проститутка! Вдова восприняла эти снимки как ключ к необъяснимой загадке: как случилось, что ее муж отписал в своем завещании Марии Лопес десять миллионов! Она задыхалась от боли:

– Я… я бы никогда не поверила, что Джордж мог так поступить… обмануть меня с подобным ничтожеством! Это…

Она была слишком подавлена, чтобы закончить фразу. Алан Гринберг подошел к ней и нежно обнял за плечи, помогая превозмочь отчаяние. В сторону Николь он бросил неодобрительный взгляд: зачем теперь, когда Джордж Симпсон лежал в могиле, подвергать несчастную вдову подобному испытанию. Это слишком бесчеловечно и к тому же совершенно бесполезно. Николь прочла этот молчаливый упрек в глазах разгневанного врача.

– Мне правда очень жаль, что эти снимки настолько вас потрясли, миссис Симпсон. Но я всего лишь пытаюсь вам объяснить, что на самом деле муж не обманывал вас.

– Вы хотите сказать, что мой муж не спал в номере отеля с этой женщиной? – Она гневно указала на снимок с Марией Лопес в роли амазонки.

Доктор Гринберг, и без того раздраженный появлением Николь, казалось, был готов положить конец этой сцене, оберегая женщину, которой и так пришлось немало выстрадать в последнее время. Однако, заинтригованный отрицанием очевидных фактов, он позволил Николь продолжить.

– Речь идет не о том, был или не был ваш муж в номере отеля, для нас куда важнее то, что эти снимки были сфабрикованы. Посмотрите хорошенько.

И она указала на видневшийся из-под одеяла ботинок Симпсона, а затем продемонстрировала этот фрагмент в увеличении, чтобы уничтожить последние сомнения.

Миссис Симпсон и доктор Гринберг были вынуждены признать правоту Николь. Глория Симпсон бросила в сторону доктора Гринберга ошеломленный взгляд. Николь, желая опередить возражения, добавила: