Маяковский детям, Маяковский Владимир Владимирович

Маяковский детям

на обложку

Маяковский Владимир Владимирович

Шрифт:

Кем быть?

У меня растут года — будет мне семнадцать. Где работать мне тогда, чем заниматься? Нужные работники — столяры и плотники! Сработать мебель мудрено: сначала мы берём бревно и пилим доски длинные и плоские.

Эти доски вот так зажимает стол-верстак. От

работы пила раскалилась добела. Рубанок в руки — работа другая: сучки, закорюки рубанком стругаем. Хороши стружки — жёлтые игрушки! А если нужен шар нам круглый очень, на станке токарном круглое точим. Готовим понемножку то ящик, то ножку. Сделали вот столько стульев и столиков! Столяру хорошо, а инженеру — лучше. Я бы строить дом пошёл — пусть меня научат. Я сначала начерчу дом такой, какой хочу. Самое главное, чтоб было нарисовано здание славное, живое словно.

Это будет перёд — называется фасад. Это каждый разберёт: это — ванна, это — сад. План готов, и вокруг сто работ на тыщу рук. Упираются леса в самые небеса. Где трудна работка, там визжит лебёдка, подымает балки, будто палки, перетащит кирпичи, закалённые в печи. По крыше выложили жесть — и дом готов, и крыша есть. Хороший дом, большущий дом на все четыре стороны, и заживут ребята в нём удобно и просторно. Инженеру хорошо, а доктору — лучше. Я б детей лечить пошел — пусть меня научат. Детям я лечу болезни, — где занятие полезней? Я приеду к Пете, я приеду к Поле. «Здравствуйте, дети! Кто у вас болен? Как живете? Как животик?» Погляжу из очков кончики язычков.

«Поставьте этот градусник под мышку, детишки!» И ставят дети радостно градусник под мышки. «Вам бы очень хорошо проглотить порошок и микстуру ложечкой пить понемножечку. Вам в постельку лечь поспать бы. Вам — компрессик на живот, и тогда у вас до свадьбы всё, конечно, заживёт». Докторам хорошо, а рабочим — лучше, я б в рабочие пошёл, пусть меня научат. Вставай! Иди! Гудок зовёт — и мы приходим на завод. Народа — рота целая, сто или двести. Чего один не сделает — сделаем вместе. Можем железо ножницами резать, краном висящим тяжести тащим; молот паровой гнёт и рельсы травой. Олово плавим, машинами правим.

Работа всякого нужна одинаково. Я гайки делаю, а ты для гайки делаешь винты. И идёт работа всех прямо в сборочный цех. Болты, лезьте в дыры ровные, части вместе сбей огромные. Там — дым, здесь — гром. Громим весь дом. И вот вылазит паровоз, чтоб вас и нас и нёс и вёз.

На заводе хорошо, а в трамвае — лучше. Я

б кондуктором пошёл — пусть меня научат. Кондукторам езда везде — с большою сумкой кожаной ему всегда, ему весь день в трамваях ездить можно.

«Большие и дети, берите билетик, билеты разные, бери любые,— зеленые, красные и голубые!» Ездим рельсами. Окончилась рельса, и слезли у леса мы — садись и грейся. Кондуктору хорошо, а шоферу — лучше. Я б шофером пошел — пусть меня научат. Фырчит машина скорая, летит скользя. Хороший шофер я — сдержать нельзя. Только скажите, вам куда надо? — без рельсы жителей доставлю на дом.

Е- дем, Ду- дим: «С пу- ти уй- ди!» Быть шофёром хорошо, а лётчиком — лучше. Я бы в лётчики пошёл — пусть меня научат. Наливаю в бак бензин, завожу пропеллер. «В небеса, мотор, вези, чтоб взамен низин рядом птицы пели».

Бояться не надо ни дождя, ни града. Облетаю тучку, тучку-летучку. Белой чайкой паря, полетел за моря. Без разговору пролетаю гору. «Вези, мотор, чтоб нас довёз до звёзд и до луны, хотя луна и масса звёзд совсем удалены». Лётчику хорошо, а матросу — лучше. Я б в матросы пошёл — пусть меня научат. У меня на шапке лента, на матроске — якоря. Я проплавал это лето, океаны покоря.

Напрасно, волны, скачете,— на зависть циркачу, на реях и по мачте гуляю, как хочу. Сдавайся, ветер вьюжный, сдавайся, буря скверная,— открою полюс Южный, а Северный — наверное.

Книгу переворошив, намотай себе на ус — все работы хороши, выбирай на вкус!

Песня-молния

За море синеволное, за сто земель и вод разлейся, песня-молния, про пионерский слёт. Идите, слов не тратя, на красный наш костёр! Сюда, миллионы братьев! Сюда, миллион сестёр! Китайские акулы, умерьте вашу прыть,— мы с китайчонком-кули пойдём акулу крыть. Веди светло и прямо к работе и к боям, моя большая мама — республика моя. Растём от года к году мы, смотри, земля-старик, — садами, огородами сменили пустыри. Везде родные наши, куда ни бросишь глаз. У нас большой папаша — стальной рабочий класс. Иди учиться рядышком, безграмотная старь. Пора, товарищ бабушка, садиться за букварь. Вперёд, отряды сжатые, по ленинской тропе! У нас один вожатый — товарищ ВКП.

1 2 3 4 5 6 7