Матриарх

Вальдору никогда не нравилась госпожа ректор. С первого дня, как его пригласили работать в Академию Альянса Семи Миров, он относился к ней с некоторой опаской. Старательно пряча свою настороженность под слоем пренебрежения, эльф пытался разобраться в себе. Он никак не мог понять, чем же ему не угодила Рада Тарвиус. Ведь с какой стороны не глянь - герой Альянса, во всех смыслах выдающаяся женщина. Восхитительный дипломат, сильный маг, воспитанный, в конце-то концов, человек. Однако стоило оказаться рядом с ней,

как все нутро Вальдора начинало вопить о угрозе. Чувствуя себя параноиком, он каждый раз искал в ее словах тайный, плохой смысл. И, что самое странное, не находил.

– Вы вызывали меня? Снова какие-то проблемы?

Ректор подняла голову от бумаг и холодновато прищурилась. У Вальдора внутри зашевелилась легкая паника. Вспомнились и две бутылки крепкого готредского самогона, распитого в компании Дженни, и недописанный отчет, и даже беспорядок в собственной комнате.

– Нет, ле Морта, - с подозрением сказала она.
– На этот раз у меня не наказание, а дело. Для тебя и, возможно, еще для кого-нибудь. Присаживайся. Разговор будет долгим.

Украдкой выдохнув, Вальдор уселся в удобное коричневое кресло для гостей. Кабинет утопал в приятной полутьме, которую язык не поворачивался назвать уютной.

– Что ж, - поставив на последнем документе печать, Рада Тарвиус переключила все свое внимание на преподавателя.
– Скажи-ка мне, ле Морта, как давно ты не был на родине?

– С тех самых пор, как перестал быть послом и стал работать в Академии, - припомнил Вальдор.
– Лет сто, не меньше.

– Не разучился еще, как нужно общаться к высокими чинами?

– Пожалуй, нет, - напрягся Вальдор, ища подвох.
– А что?

– Хочу отправить тебя на Эквариус, - буднично сообщила Рада.
– Забрать оттуда двух студенток.

От такого заявления Вальдор слегка опешил. Забрать студенток? Но ведь академия имеет полное право просто отправить извещение о приеме, а потом, в день начала учебы, телепортировать счастливчика. И всех это всегда устраивало.

– Знаю, что ты хочешь сказать, - кивнула Рада.
– Чем они такие особенные? О... в этот раз у нас совершенно сумасшедший курс, ле Морта. Нам придется очень потрудиться, чтобы они друг друга не поубивали. И ладно бы только это... я беспокоюсь, как бы не пошатнулся мир между мирами из-за разногласий наших будущих студентов. .

– Все так серьезно?

– О да. Более чем. И сын семьи Сентро - это лишь мелкая неприятность по сравнению с теми, кого нам придется терпеть в этом потоке. И за двумя тебе придется съездить лично.

– Кто же это? Кто-то из высших эльфийских домов? Или из гоблинов, не дай лесные духи?

– Хуже, ле Морта, хуже. Кристал призвал матриарха...

У Вальдора внутри все в узел завязалось от этих слов. Матриархи рождались редко, порой их не появлялось тысячелетиями.

– ...и травяную фею, - добавила Рада.

– Одна новость лучше другой, - покачал головой Вальдор, поднимаясь со своего места.
– Разумеется, я поеду и постараюсь их привезти. Однако ничего не обещаю.

– Ты можешь

взять кого-нибудь с собой, - благосклонно кивнула Рада.
– Даже не так - будь добр, забери с собой своих собутыльников. Я и так смотрю на поведение вашей троицы сквозь пальцы, ле Морта, но мое терпение...

– Да-да, конечно, я заберу Дженни, - вздохнул Вальдор.
– Личные дела уже есть?

Кивнув, Рада протянула преподавателю две тонких папки. Вальдор полистал первую и поджал губы. Место, куда ему предстояло ехать, не вызывало у него ни капли радости...

***

– Ух ты, офигеть, Валь!
– запрокинув голову восхитилась Дженни.
– И ты в этой махине когда-то жил? Сколько же этой громадине лет?!

– Если верить источникам - около двух тысяч, - послушно сообщил Вальдор.
– Как и его матриарху.

Они стояли на длинном подвесном мосту, идущем в сторону огромного размера дерева. Дуб больше походил на исполинскую башню. Приземистую такую, увенчанную огромной пышной кроной. В его стволе горели драгоценными камнями маленькие окна из разноцветного стекла. На ветру трепетали между ветвями бумажные фонарики и гирлянды из флагов, позванивали колокольчики и музыкальные подвески. До слуха Вальдора доносилось слаженное хоровое пение.

– Ну это... как огромный многоквартирный дом, - пробурчала Джени.

– Скорее коммуналка-переросток, - подобрал наиболее понятное для своей подруги с земли сравнение Вальдор.
– Нигде кроме Эквариуса нет такого... как бы выразиться попонятнее... близкого сожительства.

– Будто я знаю, что такое эта твоя коммуналка, - улыбнулась Дженни.
– Но я слышала об этом. Ну, как вы здесь живете, считая друг-друга братьями и сестрами. Честно - это мерзко, меня от подобного просто в дрожь бросает.. Нет ничего своего, все общее. Понимаю, почему ты отсюда смылся и постарался больше не возвращаться.

– Ну уж, - нахмурился Вальдор, - так ты меня и понимаешь. Родился я, правда, в другом улье, а здесь жил как посол. Долго жил. Дубовый улей самый большой во всем Эквариусе, и у него самый могущественный матриарх. Самая старая, самая уважаемая леди во всем мире.

– И что же, нам нужно забрать эту старую перечницу, которой две тысячи лет, с собой?
– скривилась Джени.
– Нафига?

– Да не ее, ты что, не слушала, - закатил глаза Вальдор.
– Лесные духи, помогите мне. Лучше бы я тебя оставил в академии.

– Да ну, че там делать, - фыркнула, обидевшись, женщина.
– Гранит притащил своего отпрыска и теперь носится с ним, учит, черти бы его... эх. Я бы с ним со скуки сдохла. Так что, если мы не за перечницей, то за кем же?

– За дочкой. За молоденькой матриархом, которая еще не вошла в силу. Пошли. Надоело торчать тут и смотреть, как лиса на чужой огород.

И, собрав остатки своей подрастерявшейся храбрости в кулак, Вальдор зашагал вперед. Дженни, хмыкнув, двинулась следом.

***