Чтение онлайн

– Рыбачим?
– спросил улыбчивый.

– Оно так, - осторожно согласился Ванька, прислушиваясь к хлопанию автомобильной дверцы за кустами. Не один, значит, гость пожаловал. Так и оказалось.

Пока первый парень, посмеиваясь, какой-то анекдот про рыбалку рассказывал, по тропинке спустился его приятель, коренастый, плотный и плешивый, хотя больше тридцати ему не дашь. Оба в пиджаках, несмотря на несусветную жару. От этого смотрелись они подозрительно, как шпионы или инопланетчики.

В горле у Ваньки

враз сухо сделалось, словно он с десяток песен без передыху отгорланил.

– Ты местный, дядя?
– поинтересовался плешивый.

– Не то чтобы, - ответил Ванька и махнул рукой в сторону шоссе.
– Я дальше проживаю. В деревне.

– А рыбу часто ловишь?
– подключился улыбчивый.
– Вчера, например, ловил? Или позавчера?

– Позавчера мы работали, - ответил Ванька, прокашлявшись.
– А вчера да, было дело. Опосля обеда.

– "Бээмвэшку" не примечал? Фиолетовую?

– Не-а.

Ванька не понял, о чем идет речь, но ничего фиолетового он и в самом деле не видел, если не считать собственных трусов.

– Мы из милиции, - неожиданно признались парни и одновременно взмахнули в воздухе карточками, похожими на проездные билеты, только с фотографиями.

Ванька покосился на бутылочное горлышко, предательски торчащее из травы, и потускнел. Однажды он побывал в милиции - давно, еще когда рождение сынишки обмывал. Так его там побили сильно и до утра в клетке продержали, как обезьяну в зверинце.

А часы и деньги отобрали.

– Вон оно как, - тоскливо протянул Ванька, пытаясь незаметно дотянуться до бутылки ногой. Хотел ее в воду спихнуть, да сам туда чуть не бултыхнулся.

Его за шиворот придержали и посмеялись незлобиво.

– Не напрягайся, дядя. Мы не по твоей части, не на вытрезвитель работаем.
– Это плешивый сказал.

– Из УБОПа мы, - добавил улыбчивый приятель.
– Бандюков ловим. Много их тут у вас?
– Буднично так спросил, как будто речь про окуней шла.

– Разве они у нас водятся?
– засомневался Ванька.

– А как же!
– весело воскликнул плешивый.
– Они теперь всюду.

Ваньку даже в жар бросило. Значит, пока он тут рыбалил, его могли ограбить налетчики? Денег в карманах немного осталось, но все ж таки!

– Беглые, что ли?
– уточнил он.
– Зэковцы?

– Зачем беглые - нормальные бандиты, - обиделся плешивый.
– Ну, такие крутые, все на понтах, пальцы веером.
– Он показал.
– С пушками, на дорогих тачках... Неужто не доводилось встречать? Ванька пожал плечами. Пушки какие-то, тачанки...
– Будто махновцы из кино на тему Гражданской войны.

Парни переглянулись.

– Пошли отсюда, - предложил улыбчивый.
– Что с него, дремучего, возьмешь.

Плешивый сделал было шаг назад, но вдруг как гаркнул:

– Э, э!

Невольно вздрогнув, Ванька обернулся.

На косогоре появилась голая по пояс человеческая фигурка с большущим револьвером в руке. На Ванькином языке оружие это называлось "левонверт", а его обладатель был "мальцом", хоть и давно не бритым. Тот самый, что вчера мостился на утопшем бензовозе, как мокрый цуцик. Услышав окрик, он оторвал взгляд от земли и попытался попятиться, что сделать на крутом травянистом склоне было довольно сложно.

– Стоять!
– закричал улыбчивый милиционер, вмиг перестав улыбаться.

– Брось ствол!
– взвизгнул плешивый по-бабьи.

Оторопевший малец с размаху сел на задницу. Револьвер в его руке грохнул, да так громко, что у Ваньки уши заложило.

Малец зашевелил губами, но слова его были неразборчивы. Плешивый что-то проорал в ответ, доставая из-под пиджака маленький черный пистолет. Его напарник тоже запустил руку под мышку. А малец уже приподнимался с травы, показывая свои пустые растопыренные ладони. Дымящийся револьвер валялся у его ног. Ванька услышал:

– Я нечаянно!... Нечаянно!...

Малец еще не успел распрямиться до конца, как вдруг - будто по столу сдуру доской шарахнули. На груди мальца, слева, дополнительный сосок появился - крохотный, темный. Переступив через револьвер, он пошел вниз, прямо на плешивого, из пистолета которого поднимался дымок.

Тумп! Этот выстрел прозвучал глуше, но громче.

Вторая пуля тоже попала в приближающуюся безволосую грудь - туда, где цыплячьи ребрышки сходились аркой. Мальца качнуло назад, но ноги уже несли его вниз, все быстрее и быстрее.

Ванька едва успел увернуться от бегущей фигуры.

Провожая ее оторопелым взглядом, он увидел, что спина у мальца вся мокрая и красная. Споткнувшись у самого берега, он рухнул лицом вниз, да так и остался лежать - наполовину в воде. Ноги, обутые в не по росту большие кеды, еще подергивались, но вода у берега быстро темнела, принимая бурый оттенок.

Утоптанная трава притянула Ваньку, вынудив его сесть там, где он стоял.

– Вот же блядство какое, - пожаловался плешивый плаксивым голосом. Откуда он взялся?

Его спутник, вместо того чтобы ответить, приблизил свое лицо к Ванькиному и сказал:

– Ты же видел, как этот бандит на нас напал, верно?

Он опять улыбался, хотя лучше бы этого не делал.

От такой улыбки у Ваньки засосало под ложечкой.

Как будто змея перед ним маячила, а не человеческое лицо.

– Он не то чтобы напал, - напомнил Ванька, втягивая голову в плечи. Он как бы даже наоборот...

– Мало ли, что тебе с пьяных глаз померещилось!
– Это плешивый подключился.
– А дело было так, запоминай... Мы тебя опрашивали, так? Вдруг этот, с револьвером, появился. Он первый выстрелил. И только тогда мы огонь открыли.