Матаги
Шрифт:
– Я!? Это ты его проморгал!
– Вы мага упустили?!– Строго спросила Филомена.
– Да.– Ответил парень.– Наш мудрец упустил момент, когда он сбежал!
– Это ты должен был его добить!– Возразил Юдард.
– Прекратите оба! Какой именно маг сбежал?
– Самый молодой.– Ответил Рэналф.– Которому кисти оторвало.
– А как вы смогли его упустить!? Но да ладно, мне надо будет до завтра отдохнуть. Рэналф прав. Медлить нельзя.– Каждая фраза давалась девушке с трудом.– Этот… может привести помощь.
Филомена вновь погрузилась в беспамятство.
– Но почему?– Прервала
– Маги всегда пользуются отравленными лезвиями.– Пояснил Санд.– Яд сильно- действенный. Хоть Юдард и остановил его действие, но он успел навредить. На утро Рэналф приготовил отвар из молочной полыни, корня лопуха, коры архангелового дерева и пяти адских крестовиков, с трудом найденных в осеннем лесу.
– Фу!– Отозвалась Аземи.– Не люблю пауков. Особенно адских. И она это выпила?
– Захочешь жить, и не такое выпьешь. Знала бы ты, чем меня отпаивали архангелы. А адских крестовиков не стоит бояться, это не полупауки из Шибальбы. Вот те реально гадкие твари. Между прочим, одни из самых опасных около разумных существ. Самыми опасными я считаю всё же диких ламий. Но я отвлёкся. Отвар временно вернул силы Филомены.
Аземи смотрела в костёр, и языки пламени вырисовывали образы, повторяющие то, что рассказывал в этот момент Матаги.
– Этого хватило,– продолжал рассказывать Санд,– чтобы уйти вглубь леса, подальше от дорог и троп. До глубокой ночи они шли на восток, пока силы не начали покидать ламию. Рэналф развёл костёр, соорудил подстилку из опавших листьев, крышу из веток, и отправился расставлять ловушки. Он вернулся на рассвете, с подстреленным зайцем. Через два часа бульон из зайца был готов. Юноша дождался, пока суп остынет и отдал весь котёл Филомене. Супом это было назвать можно с натяжкой, так как там был лишь заяц, луковица, картошина и более ничего.
– Но ты ведь тоже не ел.– Сказала она.
– Но я не был отравлен, и мне не надо восстанавливать столько сил, сколько нужно тебе.
– Так не пойдёт.– Сказал Юдард.– Ты должен поесть.
– В ловушки так и так, кто- нибудь, да попадёт. Тогда и поем.
– Рэналф.– Строго начала ламия.
– Да не хочу я. Пойду, ловушки ещё раз гляну.
С этими словами юноша скрылся в лесу. Вскоре он вернулся с белкой. Он приготовил её на скорую руку и съел полу проваренной. Затем он ненадолго провалился в сон. Они провели на этом месте пять дней, до полного восстановления Филомены. За это время…
– Она съела весь котелок?!– Удивилась oni.
– Ну, знаешь, ламиям нужно куда больше есть. Ты их хвост видела? На поддержание такой махины необходимо много энергии. А после такого, и я бы котелок опрокинул. Так вот: за время пребывания там, Рэналф навялил мяса, заготовил несколько хороших шкурок, на случай, если придётся торговать, насушил немного трав и усердно тренировался. Он не хотел облажаться повторно.
– Меня всё время интересовал вопрос.– Опять прервала девушка.– Как устроены ламии? В смысле с верхом понятно, но вот из чего состоит их хвост?
– В основном мышцы, но также там есть некоторые дублирующие органы. Например, сердце, или там печень. На самом деле они очень сложно устроены. По этому, их так сложно убить обычным
– Нет.
– Ладно, продолжим. В это время сбежавший маг, гонимый своими бывшими братьями по ремеслу, отправился туда, где нет северных магов, и где к калекам относятся лучше, чем на севере. Было решено отправиться к восточному тракту, так как других вариантов не было. Западнее была Великая Жёлтая долина, с населявшими её дикими племенами полулюдей и различными опаснейшими тварями, вроде гигантских скорпионов и песчаных гидр. Великой Жёлтой долиной люди именовали огромную пустыню. Севернее идти нельзя было. Оставался восточный тракт и юг. Но на юг преграждали дорогу Южные столбы, сеть из полуразрушенных гор, перейти которые можно было, если двигаться по восточному тракту.
– То есть,– уточнила Аземи,– они сделали крюк?
– Да, добравшись с востока к этому городу, а затем снова на восток, но на этот раз гораздо южнее, так как чем ближе к югу, тем меньше шанс встречи с северными магами. Но дойти до тракта до зимы они так и не успели. Кое- как уговорив мелкую деревушку, состоящую из десяти дворов, поселить их на зиму в покинутый дом. Взамен Рэналф добывал дичь для сельчан и помогал тем по хозяйству. К этому времени маг был уже далеко. Однажды в деревню пришёл глашатай от местных бандитов. Он объявил, что ежегодная дань, которую платили местные жители, увеличивается наполовину. Из- за этого глава села пришёл к Рэналфу на поклон.
– Прошу вас, господин Рэналф.– Умолял щуплый старикан, поглядывая на проём в комнату Филомены, через который был виден её хвост.
– Почему они трясут именно вас?– Спросил Рэналф, чистя лук.
– Они не только нас трясут, но и всю округу. Помогите нам. Мы не сможем набрать столько денег. За этот год мы не торговали ничем. А последние гроши бандиты забрали в том годе.
– А почему никто не сообщил в город? Почему не наняли наёмников?
– Так у бандитов связи в ближайших городах. Мой предшественник пытался так поступить, но убили его, да ещё и остальным пригрозили.
– А остальные сёла? Там почему никто не встанет против разбоя?
– Боятся все. Зашуганы. Да и кто посильнее, уехали.– Староста опустил голову и заплакал.– А мы не смогли! Прошу вас, помогите. Не откупимся – смерть!
– Мы подумаем. Завтра сообщу.
Староста ушёл в слезах. Филомена выползла из комнаты, и приблизилась к спине парня.
– Что намерен делать?– Её руки легли на плечи Рэналфа.
– Не знаю.– Лук уже бы почищен, но Рэналф так и не отходил от стола.
– Знаешь.– Хмыкнул посох из- под стола.
– Нет.– Отрицал парень.– Я хочу помочь. Но не знаю, должен ли. Подскажите.
– Выбора у тебя нет.– Сухо сказал Юдард.
– Надо помочь.– Сказала ламия.
На следующий день в дом старосты явился глашатай. Но, зайдя в дом, он не обнаружил старика, а вместо него он наткнулся на статного парня, с грубым лицом и слегка проступающей проседью. По левому краю нижней губы и по подбородку проходил шрам. Глаза его не выражали эмоций, будто у слепого человека. Парень был широк в плечах. Он был одет просто: тёплые штаны, да тёплая кофта. Парень сидел на скамье, а на ногах его лежал клинок.