Маскарад
Шрифт:
– Слабое утешение, – пробормотала Бланш. Сейчас ей вовсе не хотелось быть так близко к нему, поэтому она пыталась сидеть как можно подальше от него, но в седле это было не так уж просто, и через некоторое время ей все-таки пришлось смириться, и она оперлась на него. Бланш не получила никакого удовольствия от поездки, никогда еще она не чувствовала себя такой несчастной и одинокой.
Начинался рассвет, когда Саймон устало поднялся по лестнице, ведущей в комнаты над булочной. Он не знал, где Бланш. В душе у Саймона все перевернулось
Гарри встретил его на площадке и приложил палец к губам.
– Ты нашел ее?
Саймон устало кивнул.
– Ты мог отпустить ее, когда выбрался из города.
– Помешали обстоятельства, – сказал Саймон и рассказал по порядку, что произошло после того, как он увидел Бланш на улице. Все, кроме того, что произошло ночью, это было его личное дело и больше ничье. – Она собиралась домой, – закончил он. – Возможно, мне следовало отпустить ее.
– Может, и так, а может, и нет. Кто знает, как бы ее приняли родные, она провела достаточно много времени с тобой.
– Я знаю, знаю, что ее репутация испорчена, – он устало потер лицо, – но я не знаю, как этому помочь.
– Выход прямо у тебя перед носом.
– Ты намекаешь на то, что я могу жениться на ней.
– Это не самое худшее, что может произойти.
– Только не для Бланш. Даже если произойдет чудо и я смогу доказать, что я невиновен, то все равно останусь всего лишь актером. И незаконнорожденным в придачу, – прибавил он горько.
Гарри положил руку ему на плечо.
– Это не имеет никакого значения для тех, кто тебя любит.
– Нет, дядя, меня слишком часто называли ублюдком, и я не хочу такой судьбы для собственного ребенка.
На некоторое время оба замолчали. Наконец Гарри сказал:
– Наверное, я не должен был так поступать, но видит Бог, я хотел как лучше.
– О чем ты?
– Твои родители встретились в Дувре. Я когда-нибудь говорил тебе об этом?
Саймон насторожился.
– Ты прекрасно знаешь, что нет.
– Я не считал нужным обсуждать эту тему, потому что Бесс и я всегда считали тебя своим сыном. – Гарри вздохнул.
– Кроме того, мне никогда не нравился твой отец.
– Так ты знал его. Ты знал его? И все эти годы говорил мне…
– Тихо, мальчик.
Он крепко сжал плечо Саймона.
– Я никогда не лгал тебе, я действительно не знал твоего отца, я его даже никогда не видел!
Саймон весь подался вперед. Гарри действительно не любил обсуждать вопрос происхождения Саймона, и тот давно перестал его спрашивать.
– А мама рассказывала что-нибудь?
– Конечно, рассказывала, да только я не хотел слушать. Я был тогда очень зол.
Гарри покачал головой.
– У
Глаза Гарри затуманились.
– Она могла раз прочитать роль и уже знала ее наизусть, да что там знала, она становилась этим героем! Я никогда не видел что-либо подобное. Но она совсем не ценила себя…
– Я думал, она любила играть на сцене.
– На самом деле нет. Это был просто способ заработать на жизнь. Ты знаешь, наши родители умерли очень рано, и нас взяла к себе наша тетя-актриса, совсем как мы тебя. Поэтому мы и стали актерами. Но ты не знаешь, как твоя мать ненавидела все это!
Ей ненавистны были жизнь в театре, постоянные разъезды, изнуряющие представления. Но думаю, больше всего она тосковала по собственному дому, по семье. А мне такая жизнь всегда была по душе. Гарри ударил кулаком по колену.
– Ей все давалось легко, а я работал как проклятый. Мы никогда не могли понять друг друга, а когда стали старше, постоянно ругались.
– А потом она встретила моего отца.
– Мужчины и прежде ухаживали за ней, но она не обращала на них никакого внимания. Но этот, я не знаю, что она в нем нашла, он как будто околдовал ее.
– Он, правда, был дворянином? – спросил Саймон, припоминая одну из версий своего происхождения.
– Я не знаю, Саймон. Она говорила, что да. Но мне не было до этого никакого дела. Она была великой актрисой, и я мечтал, что она достигнет всего, я видел ее на сценах лондонских театров, я не мог допустить, чтобы она зарыла свой талант в землю. По крайней мере, не ради человека, который увез ее от нас, а потом бросил с ребенком на руках.
Гарри сложил руки на коленях.
– Есть еще кое-что, о чем ты должен был давно узнать.
Саймон подался вперед, пытаясь заглянуть ему в глаза.
– Что?
– Твоя мать… Гарри вздохнул.
– Мэгги всегда говорила, что она и твой отец поженились.
ГЛАВА 18
Саймон почувствовал себя так, как будто его неожиданно ударили в живот.
– Но это невозможно!
– Вот и я так говорил, потому что у нее не было свидетельства о браке. Но она настаивала, что они поженились, и все было сделано надлежащим образом.
Саймон схватил руку Гарри и сжал.
– Кто он? Кто мой отец?
– Я не знаю, мальчик. Ты же знаешь, какой у меня характер. Когда твоя мать встретила этого человека…
– Как? Как они встретились?
– Он пришел на одно из наших представлений.
– Значит, ты видел его?
– Да, – Гарри откинулся назад и посмотрел на Саймона. – Ты похож на него как две капли воды.
– Боже!
– Когда она встретила его, я был вне себя. Но она была упряма, наша Мэгги, если она чего-то хотела, ее невозможно было остановить.