Чтение онлайн

Юдин молчал.

–  Виктор, ты можешь отказаться. Но тогда забудь про бриллианты этого Отиса, и про этот разговор, - изрек Спирин твердым тоном, под которым крылась разрушительная пружина для их союза.

–  Нет, я не отказываюсь. Тем более, если есть санкция свыше, - как бы приходил в себя собеседник, которому отступать давно было поздно, но можно было выполнить последнее поручение этого дьявола в чине, и уйти на покой.

–  Тебе будет оказана финансовая поддержка. Из закрытого правительственного фонда. Это как раз и подтверждает санкцию от высшего руководства, - добавил

покровительственно Спирин.
– Власть будет отрицать свою причастность, как ты сам понимаешь. Не останемся мы в стороне и в идеологической войне. Через своих агентов, я буду подбрасывать в прессу липу, что это внутренние разборки между бандитами.

ГЛАВА 23 . НЕОЖИДАННО ОЖИДАЕМЫЙ ВИЗИТ.

Доминик Роше возвращался после встречи со своим знакомым управленцем из банка “Франк Интернациональ”, в приподнятом расположении духа, договорившись о легализации крупной суммы, на чем, он в недавнем прошлом, не одну собаку съел.

Он открыл дверь просторной квартиры, включил в гостиной свет и замер, столкнувшись, нос к носу с непрошеными визитерами. Ужас настолько парализовал его, что купленная по дороге бутылка коньяка выскользнула из рук, произведя, возможно, последний звук в его жизни, поскольку, если б его решили сейчас убить, у него не пошевелился бы и язык.

Один из них, широкоплечий, с холодным плоским лицом, произнес на жутком английском, до боли знакомом:

–  Сядьте, мы пришли поговорить.

Вот, они, русские, которые, кое-как освоив английский, за другие языки не берутся. Еще пол года назад он с ними так воодушевлено работал, но в последнее время жил в страхе перед ними, ставший манией преследования. Правда, мания стала в один из дней реальностью. После того, как он однажды нагрел этих восточных варваров, нужно было держаться от них всех подальше, независимо от того, чем они занимаются.

Роше безвольно опустился в кресло ближайшее к нему, и эти трое, расселись рядом, одна из них была женщина средних лет.

–  Мы знаем, что вы говорите по-русски, - требовательно произнес главный из них, сидевший напротив.

–  Да, да… Я могу говорить, - суетливо соглашался Роше, ища в каждом их жесте признаки того, что они не собираются его убивать, и за каждое их повеление он хватался как за соломинку.

И конечно, нужно говорить на их языке, это повышает собственную значимость тех, кто не привык к чужим языкам, и притом, что в них не изжит императив величия.

Плосколицый крепыш смотрел на него как удав, Роше едва удерживался от того, чтобы его внутренняя дрожь не выплеснулась в истерику.

–  Вы увели у наших знакомых около двух миллионов долларов. Вы понимаете меня?

–  Я понимаю слова, но не понимаю, о чем речь, - протарахтел француз на правильном русском с легким акцентом.

–  Все ты б… отлично понимаешь, - выразилась сиплым голосом эта горилла, не изменяя внешнему хладнокровию.

«Так он и на куски разорвет, глазом не моргнув», крутилось в голове у Роше.

–  Что вы хотите?
– ослабевшим голосом выдавил из себя он.

–  Мы наводили на тебя справки. И кое-кого знаем из твоих корешей, - главный достал из грудного кармана

снимок и протянул собеседнику.
– Это некто Отис, русский. Здесь, во Франции, он под разными фамилиями. Он хочет сбыть бриллианты. Мы уверены, что он вышел на тебя, чтобы и камни реализовать и перевести деньги в оффшорные банки.

Роше потирал виски, прагматизм вдруг вернулся к нему.

–  Когда-то, ко мне нагрянули француз и русский. Представились агентами секретных служб. Пугали тем, что сдадут меня вам. Вы не от них?
– осмелился поинтересоваться он.

Визитер вынул из кармана еще один снимок, будто новый козырь.

–  Не этот ли русский?

Хозяин чуть ли не выхватил снимок.

–  Да, видимо он самый. Видный молодой человек. Ему женщин очаровывать, а не дерьмо разгребать, - страх Роше перед незваными гостями переродился в нервную насмешливость.

–  Это дерьмо - бриллианты его знакомого, снимок которого я тебе показал до этого. Этот смазливый ублюдок, - незнакомец выхватил снимок, и небрежно убрал его в боковой карман, - печется о своих шкурных интересах, и от нас мало чем отличается. Разве что принадлежностью к спецслужбе. Он то и дал наводку на тебя торговцу бриллиантами. И конечно, не за просто так.

–  Откуда вы все знаете? И как вы меня нашли?

–  Также как и агенты из спецслужбы. Мы тоже сыщики, только частные. Это, кстати, не так уж было и сложно. У тебя, к слову, плохо с конспирацией. Ты даже хвоста за собой не замечаешь. А еще берешься за такое трудное дело. Погоришь без нашей помощи. Каждый должен делать то, что у него лучше получается.

–  Но я может с этим делом, и связываться не стану. У этого, как его, Отиса, только бриллианты, которые еще нужно сбыть. Это дополнительный риск.

–  Мы и пришли к тебе, чтобы решить эту задачу вместе. Мы даже готовы найти надежных ювелиров. А тебе остается финансовый вопрос.

–  Я так понимаю, что вы люди серьезные, раз узнали обо всем. И связи у вас есть, в том числе и в этом банке. Почему бы вам, не провести эту сделку самим?

Главный из пришельцев выразил предупредительно разочарованную гримасу, остальные застыли в грозном ожидании.

–  Во-первых, ты уже в игре. Если отступишь, Отис, или его опекуны, заподозрят подвох. А во-вторых, ты должен отработать украденное. Мы тебе его оставим. Кстати, какую долю уступил Отис?

–  Тридцать процентов, - протараторил напуганный Роше.

–  Не густо, - протянул собеседник разочарованно.
– Но теперь все равно это наша доля. О каких суммах шла речь?

–  Миллионах о двадцати, тридцати. В евро. Как удастся продать бриллианты. Так уверял голос на очень отвратительном английском языке.

–  А это уже совсем не плохо, - воскликнул главный, его напарники тоже засуетились от ажиотажа.
– По крайней мере, игра стоит свеч.

Незнакомцы поднялись с места с видом, будто все уже было решено. Роше, исчерпав аргументы для возражений, застыл со страдальческой гримасой, в которой можно было угадать трусливое побуждение к бегству. Главный из охотников за богатством все понимал, и заранее решил, как убедить принужденного компаньона не делать ошибок.