Марготта
Шрифт:
Хозяин внезапно осекся, сообразив, что рассказывать о сожженных ведьмах стоящей перед ним магичке по меньшей мере нетактично. Хотя если бы он не заткнулся так многозначительно, то я, скорее всего, не придала бы этому никакого значения. В конце концов, какая разница: белое или синее? Не розовое – и то хорошо!
– А у вас какие цвета? – больше для приличия поинтересовалась я.
– Зеленый и золотой, – гордо ответил он. Кажется, носить золото в этом мире было очень почетно.
– А почему тогда у Тьяры черный? – Вопрос казался
– Ее мать носила черный и серебро, а дочери теперь положены черный и золото. Но золото она носить не хочет.
Я особо задумалась над словосочетанием «мать носила». Она что, умерла? Или просто сбежала с любовником? Идей было много, но спросить я не рискнула. Хватит уже информации, и так голова ничего не соображает.
Зато я совершенно точно учуяла, что надо сваливать из этого дома. Слишком уж много здесь тайн, и если я останусь еще хоть на пару часов, то обязательно во что-нибудь вляпаюсь. Поэтому я решительно попрощалась с Хозяином, вскочила в седло и направила Глазастого к выходу со двора.
– Погоди, эльфеныш! – Резкий оклик Топиэра заставил коня остановиться, а меня – обернуться.
– Что еще?
– А что теперь будет с Салиной, нашей горничной? Ведь ее же покусал оборотень…
– Не покусал, а только оцарапал, я проверяла. А оборотничество через царапины не передается. Да и укусы заразны только в полнолуние, причем в то самое, которое длится одну ночь, а не семь. А то эти твари размножались бы быстрее, чем хомячки.
– Ну пусть только поцарапал… Поцарапала… Но зато в ту самую ночь, я специально посчитал! А вдруг?
– Ну если вдруг, так потом тоже запрете ее в клетку. Вот нашли проблему! – Я пнула коня пятками и поспешила уехать, пока меня снова не спросили о чем-нибудь, столь же неважном. Но все-таки не успела.
– Марго! – В этот раз крик застал меня уже на дороге. – Сними комнату в «Полной тарелке» у Льени. Он обычно незнакомым жилье не сдает, но если попросишь от моего имени… А вечером я подъеду и поговорим.
– Ладно. – Я кивнула и снова попыталась уехать.
Но после того как Глазастый совершенно беспрепятственно преодолел два десятка метров, не выдержала и обернулась сама. Хозяина во дворе уже не было, зато из окна второго этажа за мной внимательно наблюдала хрупкая фигурка, одетая в черное. Поймав мой взгляд, Тьяра поспешно задернула штору. А я подумала, что уже успела вляпаться в какую-то нехорошую историю, и прыгающие изо всех дыр оборотни – далеко не самое страшное, что ждет меня в будущем.
В этот раз трактир был полон. Столы ломились от еды, лавки – от посетителей, рыженькая Лита сгибалась под тяжестью подносов, а трактирщик довольно ухмылялся. Дела у него явно шли неплохо.
При виде меня ухмылка превратилась в лучезарную улыбку, Льени подался вперед, наваливаясь безразмерным животом на стойку, и приветливо
– Чего-нибудь изволишь? – поинтересовался трактирщик. – Как раз все свежее, горяченькое.
– Изволю, – согласилась я, – только попозже, а то сейчас и сесть-то некуда. Вы лучше скажите, у вас комнату снять можно?
– Можно, отчего же нет. Тебе какую? А то есть побольше, поменьше… совсем уж малюсеньких нет, у меня таки приличное заведение, а не дешевый крысятник.
– Ну… – С одной стороны я была рада, что не пришлось упоминать Хозяина, а с другой – в здешних ценах я все еще не разбиралась и даже примерно не представляла, сколько может стоить комната.
– От восьми серебрушек и до трех золотых в сутки, – совершенно верно понял мою заминку Льени. Я с облегчением кивнула.
– Тогда давайте небольшую, мне много места не надо. Но чтоб все прилично было.
Я пыталась выглядеть серьезной и взрослой, но трактирщика мой вид откровенно забавлял. Самое странное, его хихиканье совсем не было обидным, скорее подбадривающим. Как будто он знал обо мне даже больше, чем я сама, и честно пытался подтолкнуть к верному решению.
На стойку с мягким стуком лег небольшой ключик.
– Поднимешься на второй этаж, там прямо по коридору и последняя дверь налево. Извини, что не провожаю, сама видишь – занят. Если что понадобится, зови Литку или спрашивай прямо у меня.
– А деньги?
– Золотой в день. Да не торопись ты, вечерком отдашь. Иди, отдыхай.
И он так ехидно подмигнул, что мне стало неловко. Я поспешно схватила со стойки ключ и побежала вверх по лестнице. В коридоре сориентировалась без труда, нужная дверь открылась совершенно свободно.
Обстановки в комнате было немного, да она и интересовала меня в последнюю очередь. Самый необходимый предмет мебели находился в дальнем углу и представлял собой обыкновенную кровать. Я бросилась на нее, стряхивая с ног опостылевшие кроссовки, и мечтая только об одном – наконец-то по-человечески выспаться. Сон уже накатил волной лени и пофигизма, весь мир (и этот, и мой родной) стал казаться чем-то далеким и нереальным…
Уже задремывая, я вспомнила об одной необходимой вещи. Сползла с кровати, дотащилась до дверей, коснулась рукой щеколды, произнесла необходимое заклинание… Чары неоткрываемости успешно сработали, на мгновение охватив дверь и задвижку красноватым сиянием.
А потом я все-таки заснула. Ура!
Проснулась я, как ни странно, всего через пару часов, но полностью выспавшаяся, свежая и полная сил. Лениво потянулась, нечаянно пнув развалившегося в ногах Глюка. Крыс вяло отмахнулся хвостом и засопел с удвоенной силой.
Я машинально оглядела комнату, обнаружила письменный стол с выдвижными ящиками и уверенно направилась к нему. Больше всего меня сейчас интересовали собственные мысли. И надежда, что в комнате найдется все необходимое, чтобы их не забыть.