Манфред
Шрифт:
Говорливый старичок погрузился в сон, как и остальные обитатели палаты. Глаза Андрея с каждым разом открывались все неохотнее. «Показалось», – решил паренек. Разве может отражение в зеркале исчезнуть? Конечно, нет. Дальше ему снились сны. Вернее, картинки, сменявшие друг друга и сопровождавшиеся резкими звуками. Сначала лабиринт зеркал, потом родной Патриарший пруд, чья поверхность превратилась в зеркало, опять зеркала, кругом зеркала! Картинки сопровождались смазанными разговорами, иногда одиночными криками. Будто кто-то неправильно наложил звук на изображение. От такого зрелища разболелась голова.
Андрей проснулся
Белые двери палат вместе с рядами расставленных вдоль стен стульев уходили словно в бесконечность. Рассмотрев в приглушенном свете номер палаты, Андрей убедился, что уже лежал в ней пару лет назад. И почему эта мысль не пришла к нему вечером, когда он ходил на первый этаж? Тогда ему очень хотелось шоколадку. На мгновение Андрею показалось, что отделение заброшено. Бело-синие отблески ламп, тянувшиеся с потолка, будто съеживались и растворялись в ночном мраке. На посту не было медсестры. От досады Андрей ударил ладонью по столу. Стоявший рядом кулер, в котором еще днем была вода, оказался пуст. Остался единственный выход – искать дежурную медсестру на этаже, а значит, придется идти в другой корпус.
Он проходил мимо выставленных в коридор пустых кроватей, застеленных и поскрипывавших от дуновения ветерка из незакрытой форточки. Телевизор, никогда не выключавшийся днем, молчал. На душе паренька похолодело. Он прибавил шаг в надежде найти в конце бесконечности живую душу. За поворотом оказался переход с рядом окон, выходящих во двор. Проходя мимо, Андрей бросил взгляд на машины скорой помощи, закрытые ворота и огонек в будке сторожа. Тьма не бесконечна.
Андрей осторожно прошел по коридору, как вдруг пол под ногами стал мокрым. В свете луны он рассмотрел небольшую лужицу. Кто-то разлил воду поздним вечером. Надо сказать дежурной, а то вдруг пациенты поскользнутся.
Вдалеке раздались чуть слышные звуки. Кто-то задел пустую кровать, выставленную в коридор, по которому он только что прошел. Андрей обернулся. Длинный коридор, тускло освещенный лампами и лунным светом, был пуст. Неизвестный двигался в сторону паренька ровным, мерным шагом. Звук нарастал, но источника не видно. Лишь старый линолеум поскрипывал в такт шагам. Андрей пристально всматривался вдаль, как вдруг его глазам открылось невообразимое. Луна, на мгновение скрывшаяся за тучей, снова блеснула на небе, и больничный пол озарился рисунком оконных проемов. Ровные прямоугольники ползли по нему, слегка заезжая на стены. Лишь первая фигура разделена тенью.
Андрей не один. Выхваченная лунным светом тень – лучшее тому подтверждение.
Луна вновь скрылась за облаком. Тусклый свет ночных ламп съежился, будто от страха. Андрей затаил дыхание. Он снова оказался во власти тишины, как тогда, в сквере. Вот бы сейчас услышать знакомый шепот и совет, как поступить. Он осторожно вытянул руку, будто пытался нащупать препятствие. Появившийся край лунного диска наполнил коридор светом. Когда мрак вновь рассеялся, Андрей онемел от увиденного. Рука паренька почти касалась незнакомца, стоявшего перед ним. Одетый в темное пальто и шляпу, он смотрел на паренька сквозь круглые стекла очков. Насмешливо? Злобно? Никак. Его взгляд скользил по онемевшему от ужаса пареньку так, будто незнакомец рассматривал интересную вещь.
Андрей хотел закричать, но лишь открыл рот. Звука не последовало. Он с ужасом бросился прочь, уговаривая себя не оглядываться. Там, в конце бесконечного коридора, сидит дежурная сестра – возможно, единственная бодрствующая душа в темной бесконечности. Любопытство взяло свое, и, заворачивая за угол, паренек обернулся. Незнакомец отчетливо виднелся на старом месте. Он по-прежнему стоял без движения, наблюдал за пареньком. Стоило последнему моргнуть, как его образ исчез.
Попав в другой корпус, он быстро нашел дежурную медсестру. Она сидела за столом с включенной настольной лампой и читала книгу. Лишь появление взволнованного паренька оторвало ее от скучного детектива. Медсестра хмуро посмотрела на пациента и указала на стул.
Паренек сел напротив нее. Глубоко вздохнув и отдышавшись, он налил из стоявшего рядом графина стакан воды, опустошив его в два глотка. Медсестра беззвучно наблюдала за происходящим.
– Больным не положено ходить ночью по коридорам, – наконец изрекла она холодным, ровным голосом.
– Пить очень хотел, – извинился Андрей. – В палате вода кончилась, а терпеть больше не мог. – Паренек налил еще один стакан, чуть медленнее выпив его.
– Лекарства выпил? – задала она привычный вопрос. Андрей молча кивнул и продолжил допивать воду из стакана. – Странно, тогда не должно быть такой жажды. Не забудь рассказать врачу об этом. Чем ты ужинал?
– Съел две шоколадки.
– Очень полезная еда, – саркастически заметила она и посмотрела на графин, опустевший на треть. – Голова болит?
– Кажется, нет, – ответил паренек, машинально потрогав повязку. – В прошлый раз слабее завязали.
– Потому что в этот раз я завязывала. От кого убегал?
Он посмотрел на часы. Стрелки показали час ночи. Решив не задерживаться, Андрей поднялся со стула.
– Скажите, здесь есть привидения? – напоследок спросил он.
Медсестра посмотрела на него удивленным взглядом. В больнице разговоры о привидениях настолько привычны, что только ленивый не упоминает о них. Однако все это фантазии. Она не верила в потусторонние силы. Работа в ночную смену и мистика несовместимы.