Чтение онлайн

Отдышавшись, Заруга с тоской посмотрел на кружку, на испачканные полы и половики, и с грустью сказал:

— Похоже, отпил своё. Никогда так плохо не было. Теперь вино в рот не возьму. И чем теперь время убить — абсолютно не знаю. Придётся что-то придумывать... Видишь, Андруга, случилось что-то со мной, пить не могу! — сказал купец вернувшемуся слуге — прибери тут, как проводишь гостей. А я пойду прилягу, посплю. Чего-то устал сегодня...извините, господа, руки не подаю — весь опоганенный. Удачи вам.

Купец пошёл внутрь дома, а слуга внимательно посмотрел на меня хитрыми улыбчивыми глазами, поклонился и сказал:

— Спасибо, господин шаман. Теперь поживёт

ещё. Я знал, что ему осталось не больше года жить. Спасибо вам — он ведь не просто хозяин мне, а друг, мы с ним уже сорок лет вместе...

Я кивнул головой и спросил:

— Расскажи, где поместье лорда находится? Далеко отсюда?

— Хотите навестить, забрать своих людей? — понимающе кивнул головой Андруг — я вас отвезу туда. Мы вам должны за лечение, так что самое малое что я могу сделать — показать дорогу. Только перед поместьем я уйду от вас, чтобы меня с вами не видели — мне тут жить, а по— хорошему они отдать людей не согласятся, это точно, будете с ними скандалить, не хочу, чтобы на мне они потом отыгрались.

— Само собой — согласился я с удовольствием — далеко до них ехать?

— Нет. Скоро там будет, если сейчас выедем. Успеете ещё засветло вернуться в трактир...если договоритесь с молодым лордом.

Слуга не стал углубляться в проблему, замолчал и пошёл на улицу, к повозке. Мы пошли за ним следом и скоро загары весело тащили наш сухопутный «корабль» куда-то в лес, по дороге вдоль реки.

Действительно, дорога к поместью местного лорда не заняла много времени — уже примерно через полчаса, мы увидели небольшой пруд, вернее — запруду, возле реки, на ручье, и около неё уродливый грубый домина, окружённый высокой стеной. Он стоял на возвышении — видимо искусственном — что-то вроде этакого холма. Вокруг не было стандартных для всех замков, о которых я читал, рвов, каких-то перекидных мостов и сложных военно-гидротехнических сооружений, призванных остановить целые армии орков или разъярённых крестьян. Не было никаких башен с развевающимися и хлопающими на ветру знамёнами — только над воротами этого сооружения сиротливо висел выцветший, битый ветрами и дождями серый флажок с непонятной эмблемой.

Ворота были закрыты и вокруг здания не наблюдалось никакого движения, как будто там все повымерли.

Подойдя к тёмным, сделанным из тяжёлого дерева воротам, я несколько раз сильно пнул в них, надеясь, что появится кто-то из обитателей замка. Но нет — тяжёлые ворота ответили тупым глухим стуком и снова над миром воцарилась тишина и спокойствие. Подумалось — похоже обитатели замка решили отсидеться за стенами и изобразить, что они все померли! Нет уж, раз я сюда припёрся — усталый, слегка больной, злой как чёрт — благоволите вытащить свои задницы и принять меня как подобает принимать великого шамана! А то я сделаюсь ну такой злой, ну такой недобрый и...в общем — шибко ругаться буду!

Оглянувшись, увидел метрах в пятидесяти от себя здоровенную каменюку — в прежней жизни, на Земле, я такой бы еле-еле поднял, а уж намереваться что-то им сделать было бы совершенно нереально. Здесь же я поднял этот камень на плечо и попёр к воротам, как трактор беларусь с подъёмником — сила тяжести в два раза меньше, да и я стал совсем другой — моё тренированное тело, усиленное сращиванием с Семенем, легко справилось с этой задачей.

Камень был округлым, весом килограмм пятьдесят по земным стандартам, здесь он весил килограмм двадцать пять, и этим оружием пролетариата извещать хозяев замка о своём прибытии было гораздо сподручнее.

Грохот от ударов камнем в ворота раздавался, наверное, километра на три в округе — тихий вечерний воздух способствовал наилучшей передаче звука в самые глубины заколдованного замка.

Рункад хихикал, сидя на козлах повозки, глядя, как я пытаюсь разрушить эту преграду между мной и нашими захваченными людьми, усиленно комментируя мои героические усилия и подавая советы:

— Господин Манагер — у вас так хорошо получается! Я как-то видел, как брали замок одного мелкопоместного лорда, который умудрился оскорбить Великого лорда, плюнув ему на ботинок прямо на королевском балу — так там у двадцати солдат хуже получалось бить в дверь тараном! А вы вон как даёте — даже тут всё трясётся! Сильны, да. А вы не знаете какого-нибудь шаманства, например — помочились на двери, и они растворились, как соль? Говорят шаманы многое могут! А вот если кинуть камень через ворота, и чтобы он влетел к ним в окно, может они быстрее почувствуют наше присутствие? А поколдуйте чего-нибудь такое хитрое — ну что-нибудь такое, чтобы они там обделались внутри — молнию какую-нибудь? Можете?

Я долго слушал хрень, которую нёс мой помощник, потом не выдержал и выронил камень в приступе смеха:

— Сейчас не замолчишь, я тебя самого туда переправлю, чтобы открывал эти дурацкие ворота изнутри! Или разбегусь и стукну ворота твоей башкой — они точно не выдержат удара твёрдым тупым предметом!

Рункад опасливо замолчал, решив, видимо, на всякий случай меня не доставать своими умными сентенциями, а я завопил дурным голосом:

— Сволочи! Если сейчас какая-нибудь скотина не высунется и не ответит — я спалю ваш демонский притон, головёшки не останется! Эй, в замке, ну-ка вылезайте!

Наконец — за воротами послышались шорохи и постукивания, и на стене появился парень лет двадцати, с испуганным одутловатым лицом, как две капли похожий на убитого мной лорда

— Чего хотели? Идите отсюда, а то сейчас стрелять будем!

Из-за парня выдвинулся здоровенный самостел, по виду, способный прострелить насквозь меня, Рункада и обоих загаров вместе взятых.

Рункад опасливо крикнул:

— Господин Манагер, берегитесь! Крепостной самострел! Вот уроды проклятые!

Я замер, оценивая, куда они там целятся — эдак влететь можно по-полной! — разозлился и решил — хватит баловаться:

— Эй, с самострелом! Я уже разозлился, и сейчас, если не перестанете в меня целиться, спалю вас к демоновой матери, слышите, придурки?!

Они слышали.

Здоровенная палка, почему-то называемая тут дротиком, с противным свистом полетела в меня и чуть не прибила на месте, зацепив рукав моей козырной куртяйки, что привело меня в совершенно злобное состояние — новая куртка была! Немного попорченная морской водой, но ведь почти не ношенная! Ах, поганцы!

Ярость очень способствует хорошему шаманству, направленному на деструктивное действие, и мой файрболл получился даже больше, чем тот, который я отправлял в папашу этого придурка-лордёныша, прогоняющего меня вон из ворот.

Искусственный метеор с грохотом разорвался на стене, снеся с неё орудие убийства и труп незадачливого стрелка, спустившего крючок самострела — и ведь ни капли не жалко было! Этот поганец покусился на само святое — на мои телеса!

Ещё раз покосившись на торчавший из земли черенок лопаты с заострённым краем, с содроганием представил, как он пробивает мне живот, и как это должно было быть больно, а ещё — мои мозги с вросшим в них Семенем, разбросанные в шахматном порядке у ворот замка.