Манагер [СИ]
Шрифт:
— А случаев, чтобы экзаменатор калечился или погибал, не было? — спросил я слегка ехидно.
Арак даже не захотел ответить на такой глупый вопрос и спросил слегка надменно:
— Готов внести деньги? Тогда оставляй пергамент и деньги за экзамен на столе, а свой мешок вот тут, перед столом — не бойся, никуда не денется. Никому твой дикарский мешок не нужен.
Помощники распорядителя угодливо хихикнули, затем один из них ушёл в здание, через проход позади стола, и через минут пять вернулся с парнем, выше меня на голову, который нёс в подмышке два меча, а в руках два
Была мысль — чтобы не терять времени, предложить Араку принять экзамен сразу на третий уровень — минуя два первых — но потом отказался — это выглядело бы слишком вызывающе, и так я, можно сказать, плюнул бы в лицо Араку, не дав ему денег, фактически не дав взятки.
На груди парня была татуировка — одна звезда, то есть он официально находился на первом уровне статуса. Я чувствовал, что это полная брехня и мне привели вышибалу, который благополучно лишает надежды всех тех, кто не желает платить сверх ставки. Прикинул — если я заявил, что могу сдать экзамен на третий уровень, значит мне должны были привести вышибалу не менее пятого уровня — так, на всякий случай, всё-таки я акома, а они славятся своими умениями.
Глядя, как держит в руках оружие мой противник я утвердился в мысли, что это так и есть — привели передержанного бойца, слишком уверенно он держал свои палки и слишком высокомерно-победно смотрел на меня. Ладно, посмотрим позже, каков будет твой взгляд и останется ли высокомерие.
Я оставил мешок у крытого помоста судей, а сам отошёл чуть в сторону, ожидая, когда ко мне приблизится мой противник.
На поле прозвучали три звонких сигнальных удара — парнишка ударил по висящему на ремне отполированному куску бревна, видимо здешнему аналогу гонга — наверное это был сигнал к отдыху. Курсанты, числом коло ста человек стали подтягиваться к месту экзамена, поудобнее рассаживаясь вокруг «арены». Арак осмотрел зрителей, уголки его губ насмешливо искривились и он объявил:
Объявляю первый бой на первый уровень статуса, между претендентом Манагером и воином первого класса Барумбой!
Видимо, курсантам что-то говорило имя «Барумба», потому что они зашумели, и я отчётливо услышал слова из толпы:
— Вот мошенники! Опять Барумбу на парня напускают! Видать денег им не отсыпал. Он же пятого уровня, не меньше!
Другой голос ему сдавленно ответил:
— Сиди и молчи — те что, больше всего это интересует? Тебе отучиться надо и статус получить. А парень знает, на что идёт, раз денег не дал.
Я мысленно усмехнулся — точно — я не ошибся в прогнозах. Ай да Арак, ай да сукин сын, красиво всё поставил, нечего сказать. Деньги текут рекой, похоже на то — город большой, молодых полно, много желающих поднять свой статус — так почему и не повыжимать из них соки? Не возбраняется.
Барумба вышел на бой в полотняных лёгких штанах, с разрезами по бокам, видимо, чтобы было прохладнее. Его грудь была обнажена и я увидел крупные тренированные мышцы, длинные, эластичные— парень был в пике своей формы. Он проделал несколько разминочных движений, поглядывая на меня, но я сделал вид что не замечаю его потуг произвести на меня впечатление и равнодушно стоял, ожидая команды судей.
Один из судей — а они были составлены из помощников Арака и из него самого, подал сигнал, крикнув:
— Начали! — и Барумба тут же кинулся в бой, видимо рассчитывая в первые же секунды боя вышибить из меня дух — благо что, у него никаких ограничений на это не было. Подумалось — скажи спасибо, что тебя охраняют правила экзаменов, не то бы я сразу оторвал тебе башку — просто за самодовольную уверенность в безнаказанности вашего обмана. Никогда не любил кидал и разводил...
Парень был выше меня на голову, но по ширине плеч мы были с ним равны. По меркам этого мира он был очень силён и довольно широк в плечах — настоящая гора. Мои же плечи скрывались под бесформенной рубахой, так что, со стороны, наверное, казалось, что могучий боец набрасывается на беззащитного глуповатого толстячка.
Судьи снисходительно улыбались, ожидая, когда их ставленник прихлопнет, наконец, этого наглого дикаря. В толпе зрителей сочувственно охнули и тут же замолчали — могучий Барумба вдруг взлетел в воздух, повернулся вокруг своей оси и плюхнулся в землю носом, не в силах пошевелиться, зажатый этим диким акомой.
Я захватил кисть его руки и теперь работал на излом, болевым приёмом, не давая ему вывернуться и вообще куда-либо дёрнуться. Судья встал и недовольным голосом объявил:
— Победил претендент Манагер! Следующий бой — на мечах!
Барумба встал, и слегка кривясь от боли в вывернутой руке, отправился за мечами — один он оставил себе, а второй бросил мне под ноги.
Я нагнулся, поднял меч и осмотрел — меч, как меч, из железного дерева, вот только острия и режущей кромки у него не было, лезвие заканчивалось закруглениями. По длине он был как обычный меч — соответственно рукам местных бойцов — по местным меркам он совсем мне не подходил, был длиннее, чем нужно.
Да плевать — я взмахнул в воздухе этой палкой, прикинул — вполне приемлемо, держись, Барумба!
Как я понял, он рассчитывал на свою большую силу, но и умения у него хватало — первые удары были нанесены довольно быстро, а уж про силу — и говорить нечего. Похоже он выигрывал, просто вышибая меч у противников из рук — после того, как хорошенько отделает их по рёбрам и по ногам. То же самое он собирался сделать и со мной.
И сделал бы, если бы не одно но — я был как минимум вдвое его сильнее, а моё умение намного, очень намного, превышало умение простого бойца — всё-таки меня учил боец с пятисотлетним опытом.