Манагер [СИ]
Шрифт:
Я смотрел, и меня слегка подташнивало от происходящего — вот, смотри, смотри Васька, от чего мы ушли! Это ведь наше прошлое! И твоё настоящее...
Узнав у ближайшего торговца, где находится администрация рынка, я зашагал в дальний угол площади, где виднелись несколько развесистых деревьев. Там, в их тени, и стояла будка администрации. Ну, будка не будка, а нечто вроде летнего домика, с крышей и плетёными из прутьев стенами, хорошо пропускающими морской ветерок.
Внутри сидел здоровенный бугай — первый раз за всё время на Машруме я увидел толстого человека. Видимо, у него было что-то с гормонами, поэтому его распёрло так, что он с трудом мог ходить.
Взглянув на меня через порог, бугай сделал жест своим
— Что хотел, акома? Давай, я угадаю — пропала какая-то баба из вашего племени, и ты пришёл её искать?
Я ошеломлённо вытаращился на бугая, не понимая — как он всё узнал? Меня даже охватила лёгкая паника — что ещё ему известно?
— Что, соображаешь, откуда я знаю? — довольно засмеялся-заухал бугай, верно истолковав моё замешательство — да ты не первый тут уже! Вы, акома, время от времени приходите сюда искать ваших соплеменников, как будто они у меня тут сидят, в этом столе. Да не знаю, не знаю я, где ваши бабы, куда они делись, не доставайте меня своими дикарскими рожами! Ваши бабы самый желанный товар на всём рынке, и на рынке практически не появляются — в основном они уходят сразу, к богатым людям, и увозятся с материка — иначе же вы в покое не оставите, будете лезть и лезть к новому хозяину бабы! Вы же безумные дикари, нет бы успокоиться — ну пропала и пропала, новую найду, так нет — надо беспокоить уважаемых граждан!
Я давно так никого не ненавидел — у меня просто кровь бросилась в лицо, и мне захотелось размозжить башку этому уроду тут же, на месте, не смотря на последствия. Бугай заметил мою реакции, не испугался, и только угрожающе сказал:
— Вон там в тебя целятся трое стрелков с луками — ещё движение, шаг, и тебя начинят стрелами, как рыбу мясным фаршем. Давай, вали отсюда, дикарская морда!
Я глубоко вздохнул, повернулся, и вышел из дома администрации. Не время, ещё не время разбираться с уродом...мы ещё встретимся, я так думаю. Интересно, как это он до сих пор живой, с такой работой и с таким мерзким характером? Наверное, он только со мной такой мерзкий подлец — кто я для него? Безстатусный акома, дикарь из джунглей, а вот с богатыми и высокостатусными он ведёт себя по другому...
Итак, рассуждаем: на рынке акома не продают — боятся мести соплеменников, кроме того — этот товар, обычно, под заказ. Но в этот раз заказа, скорее всего, не было, похищение, судя по всему, получилось спонтанно. Мне так кажется. Значит, похитители должны были искать покупателя, а значит — засветиться. Где они могли искать покупателя? Вернее, так: куда они могли пойти после того, как приехали в город — конечно, в забегаловку, с выпивкой и едой. Искать нужно не девушку акома, искать нужно отряд охотников за рабами, который недавно пришёл в город. Особая примета — в отряде недавно погибли люди. А уже там, где сидел этот отряд, нужно искать следы похищенной — они обязательно будут хвалиться, болтать, а персонал харчевни всё слышит, всё примечает. Итак, начну-ка я вояж по харчевням...
По харчевням я ходил до глубокого вечера.
К вечеру я уже отдувался от съеденного и выпитого — пришлось потребить множество местных блюд, оказавшихся довольно вкусными, для тех, кто любит острую пищу. Этот анабасис по харчевням пробил ощутимую брешь в моих финансах — цены в харчевнях у рынка оказались довольно высокими — ну это и понятно, сюда съезжались торговцы со всего мира, богатые, успешные, деньги не особенно считали, вот цены и «разжирели».
Нужную мне харчевню я нашёл уже когда совсем стемнело — не помню уже какую по счёту харчевню — то ли пятнадцатую, то ли двадцать пятую. Они все слились у меня в бесконечный поток пьяных рож, кухонного чада, дыма курительных наркотических палочек и запаха пролитого вина.
Это была небольшая харчевня,
Я устало перешагнул её порог, огляделся — в углу нашлось свободное место за стойкой, у которой сидели несколько бойцов, по виду напоминающих то ли разбойников, то ли пиратов, то ли охотников за рабами — что, впрочем, суть одно и то же. Зал освещался каменными масляными светильниками, чадящими в потолок, уже чёрный, как уголь, от многолетних наслоений копоти. Я даже посмотрел вверх, определяя, не свалится ли мне в чашку кусок копоти с потолка. Бармен подошёл ко мне с немым вопросом и я попросил его принести кружку лёгкого светлого вина — ох, сколько я их сегодня уже выпил! Хорошо ещё, что мой организм разлагает этот алкоголь молниеносно, иначе я давно бы валялся пьяный под забором. Кружка обошлась в две монеты, я даже слегка крякнул.
Мой сосед, мужчина лет тридцати с извилистым уродливым шрамом через правую щёку, с усмешкой сказал:
— Да, тут цены кусаются. А что делать? Это же почти столица, большой портовый город. Зато — вино всё-таки хорошее, правда же?
Я согласно кивнул, а сосед продолжал чего-то говорить, рассказывая, какой это важный город, как тут все могут добиться успеха, если голова на плечах и всю этакую тупую хрень, которую я и на Земле-то пропускал мимо ушей, считая её заманухой для приезжих. Видимо он увидел, что я акома (кстати — как они это определяют? Может по росту? Они все на полголовы, минимум, выше меня. Наверное — по росту.) Наконец, в речи хмельного собеседника скользнуло кодовое слово «рабы» — я прислушался — наёмник расписывал выгоду охоты за рабами, как можно быстро приподнять бабла на этом деле, угодном богам. Я перебил его вопросом:
— Слушай, а недавно не приходил отряд охотников за рабами — человек двадцать? Точнее день-два назад?
Наёмник насторожился, помедлил и нехотя сказал:
— Ну, приходил. А что он тебе, этот отряд?
— Да есть у меня дело к его командиру.
— Какое дело? Никаких у тебя дел с ним быть не может — усмехнулся наёмник — Заркун надух не переносит ваших, акома. В этот раз они у него то ли три, то четыре человека убили, а один из них был его двоюродный брат — умер, пока они ехали в город. Так что — лучше тебе и близко к нему не подходить.
— А куда, куда мне лучше близко не подходить? — я прищурил глаза и замер, ожидая ответа наёмника.
Боец задумался, помолчал, потом поднял на меня глаза:
— Хммм...вон какое, оказывается, у тебя дело к нему...мстить задумал? Говорят, они в этой вылазке акома потрясли, бабу хорошую взяли. Значит, Заркун тебе дорогу перешёл и ты хочешь, чтобы я его сдал? А с какой стати? Что мне с этого? Кроме неприятностей...если Заркун тебя возьмёт, ты ему всё расскажешь — и чего не знаешь, тоже расскажешь. А уж про меня расскажешь точно. А он, тварь злопамятная и мстительная — долго ли я проживу после этого? А? Не знаешь? Я знаю. Сутки, не больше. Так что — пошёл ты...не скажу я тебе ничего.
Наёмник отодвинулся и замолчал. Потом взял миску с недоеденной жратвой, кружку и пересел на освободившееся поодаль место за столиком.
Я проводил его взглядом и задумался: что делать? У меня есть имя командира отряда, у меня ...а больше-то у меня и нет ничего. Кроме знания о том, что «эта тварь мстительная». Так что делать? Ниточка у меня пока одна — вот этот наёмник. Да, если я начну расспрашивать, в конце концов, найду зацепку и выйду на Заркуна — или он на меня, ему тут же доложат что его разыскивают. Доложат? Его действия? Организовать охоту на меня. А что будет с Арганой? Не убьёт ли он её? Да не дурак же он — с какой стати-то, она больших денег стоит. В общем так: получить информацию о девушке можно только в отряде охотников за рабами, и скорее всего у командира. Расположение отряда мне неизвестно, и узнать его можно только (пока что) у этого наёмника. Итак — мне нужен этот наёмник.