Чтение онлайн

Маруся, еще совсем юная девочка, сразу после 'педа', порывами инициативы не блещет, но и не дура. В общем - хороший исполнитель.

'Вот что, - продолжаю я, дождавшись пока мы останемся вдвоем, - нам нужна помощь со стороны старших. В старших группах полсотни троглодитов от 15 и старше. Я понимаю, что ты мало кого знаешь досконально (а она покраснела!
– честный человек) так что пиши хотя бы тех, кого мы сможем мобилизовать прямо сейчас'

Пишет с два десятка фамилий, и столько же я. Дюжина имен совпадают. Дело остается за малым. Вдвоем с ней оправляемся в спальню старших мальчиков. Процедура

проста - сначала кратко обрисовываю ситуацию, - что осталось только шестеро старших и нужна помощь, и просим выступить добровольцев. И добровольцы находятся - на удивление много. Нам остается только выбрать НАШУ дюжину.

А затем начинается раздача пряников. Пройдя с Марусей и ребятами в приемную, я толкаю краткую речь о том, что в связи с чрезвычайной ситуацией и позорным бегством большинства персонала, Марина Сергеевна Дробыш с этого момента назначается Старшим воспитателем и моим личным референтом. Ребятам же предоставляется должность Младших воспитателей. Как знак различия, само собой разумеется, они должны носит красную повязку на руке.

Великий психолог Наполеон I, сказал: "Иногда можно человеку дать пуговицу и взамен ее потребовать жизнь". А я даю им куда как больше чем пуговицу...

Маруся и большая часть ребят отправляются успокоить детишек помладше, а остальные на кухню - помогать готовить завтрак и разносить по спальным для малышей и девочек.

А у меня остается еще целый час свободного времени. Что можно успеть сделать за час?!
– Вздремнуть, провисеть на линии телефона, полазить в нете? Это все я уже делала в предыдущие три дня. Ничего кроме чувства беспомощности это не принесло. Нет!
– Как сказал Ильич, - мы пойдем иным путем. Для этого я собственно и организовала сегодняшний 'смотр войск': снова, на этот раз сама, завариваю турку крепкого кофе, и беру личные дела моих сотрудников. Это все, что меня сейчас интересует.

Шесть папок прочитать легче, чем тридцать, а понять, как управлять шестью, куда как легче чем полутора сотнями.

Когда они снова, через пару часов, будут тут - у меня, то я уже буду знать что им надо предложить, и почему именно они тут остались.

Милый папочка, когда-то рассказывал мне, маленькой сопливой девчонке, что такое морской бой, сражение, капер, пираты и прочую чушь. И кое-что, несмотря не пол и нежный возраст, я все же запомнила. И поэтому я предложу всем уцелевшим начать говорить по старшинству от младшего к старшему.

А потом слово возьму я.

'Совет в филях' - 24.03.2007г.
– 10.02 - Десять часов ровно. Дети накормлены, и снова заперты, а за каждой группой младших наблюдает пару человек из отряда юных 'хунвейбинов' с красными нарукавными повязками. Так я про себя называю наш новонабранный персонал. По моим прикидкам этого должно хватить часа на три-четыре. Потом обязательно случится, какая ни будь жопа. Обязательно случиться, если рядом не будет старших.

А у нас совет. Настоящий совет оставшихся ТУТ.

И я вновь стою перед ними. В костюме, с нарисованной красотой на лице, приняв спокойно-уверенный вид. Сейчас я само спокойствие и уверенность. А над моей головой так и веет аура фразы: все будет хорошо - я договорилась.

Они

смотрят на меня, а я на них смотрю. И понимаю, что сейчас мы будем решать то, что я сама уже решила и за них, и за себя, и за тех детишек, что пытаются уснуть.

Неожиданно спазм сживает живот. Давлю его. Изыди! Н-да, красавица, на одном кофеЮ далеко не уедешь. Жрать надо хорошо и вовремя.

Дурацкая мысль: не хватает еще и газы пустить. То-то смеху будет - торжественное собрание, посвященное началу апокалипсиса, типа, что такое конец света и как с ним жить, а начальница тут пердит при всех, нарушая траурно-торжественную обстановку.

Ну да ладно, поехали!

Предлагаю начать с того, что каждый изложит то, что знает, слышал, узнал за последние 2-3 дня из Internet, радио, от 'внешних' знакомых по телефону, и выскажет предположения - что нам делать. Ну, а если что делать не знает, то пусть просто скажет сразу и сэкономит всем время.

Первой начинает Машенька. Доклад ее краток: пандемия в стране. И в мире. Неизвестная форма бешенства, передающаяся через укус или кровь.
– Делает паузу, и продолжает: заболевшие сначала псевдо-умирают, а потом переходят на новый уровень существования. О случаях, сколько ни будь успешного лечения или исцеления, не слышно. Наибольшему риску подвержены живущие в густонаселенных районах. Характер распространения эпидемии - молниеносный. Лучший способ борьбы - изоляция и нейтрализация зараженных больных.

Я злобно улыбаюсь. Опыт лечения у меня уже есть. И Маша это знает, но девочка хочет остаться корректной в выражениях, а то, что 'изолировать' можно ударом по черепу - все и так понимают.

Затем Маруся, которая добавляет к сказанному, что убив последние деньги на роуминг выяснила, что в Израиле, где живет ее двоюродная тетя, то же самое.

А так же то, что со вчерашнего утра в тридцати километрах от Днепропетровска и в 70 километрах от нас, ориентировочно в районе ПГТ Томаковка, какие-то военные начали разворачивать что-то типа лагеря спасения, куда принимают всех беженцев - обещая еду и защиту. При условии, конечно, что спасаемые прибудут к ним сами. Это в радиообращение подчеркивалось несколько раз: спасаемые должны добираться своим ходом, а еда будет выдаваться нормировано.

Как работают фильтры, отсеивают ли укушенных людей от здоровых - неизвестно. А понять логику военных, впрочем, можно - чем дальше расположить от города лагерь, тем больше шансов, что дойдет здоровый, а больной загнется в пути. Да и склады там, какие неподалеку...

Маруся говорит еще около 5-10 минут, но это уже мною слышано-читано, да и судя по лицам присутствующих, для них это тоже уже не новость.

Очередь Омара. Он встает, и что-то пытается сказать, но вдруг начинает рыдать. Позже мы узнаем, что он таки дозвонился к своим в Баку. Хотя нет, правильнее сказать - телефон его жены начал вибрировать и играть светом в его маленькой уютной квартирке, где-то в Саруханском районе города. И рука существа, как мягко выразилась Маша, вышедшего на иную форму существования, по все видимости, стукнула по телефону. На тот момент кто в квартире еще был жив, отбивался и кричал - громко и протяжно, а он слушал это, схватив себя за голову не смея ни выключить телефон, ни крикнуть. А сейчас он, наконец, заплакал.