Шрифт:
Глава 1
В очередной раз закрываю уши, не в силах слышать то, что происходит в доме. Выбегаю во двор, не зная, куда убраться отсюда подальше. Как же мне все это надоело! Бесконечные запои отца разрушили нашу семью. А когда к нему от горя присоединяется и мать, то дома просто невозможно находиться. Брат смог сбежать из этого ада, у меня же пока не получается. Единственное мое убежище в такие дни – лучшая подруга Алина, но сейчас и ее нет: она поступила в столичный вуз и уехала из нашего городка.
Заметив стоящую у калитки нашего
– Привет, Люб! Составишь компанию? Хочу прогуляться. В центре пройтись, – ненавязчиво произносит она, и я хватаюсь за ее предложение как за соломинку, способную вытащить меня из спиртного болота. Оглядываюсь на дом, в котором уже разгорается очередная ссора между родителями, и, тяжело вздохнув, направляюсь к Гале. Может, найду, где переночевать. Пьянка и разборки предков обычно продолжаются два-три дня.
– А куда пойдем? – интересуюсь у бывшей одноклассницы, с которой раньше не особо и общались, но волей судьбы вновь учимся вместе, только в местном колледже.
– Прогуляемся просто, может, на хате с друзьями потусим, – предлагает она. – Составишь компанию? А то что-то скучный вечер, не с кем пойти.
– Ну окей, – легко соглашаюсь. Лишь бы уйти из дома и не слышать очередную пьяную ругать и мордобой отца с матерью.
Галя что-то говорит по дороге, но я ее почти не слушаю, размышляю о своем будущем, пытаюсь придумать, как его спасти и не повторить судьбу своих близких, а ее беззаботный монолог служит фоном моим нерадостным мыслям.
Я смотрю на все трезво, без розовых соплей. С достатком моей семьи, образом жизни мамули и папули и местом, куда я поступила, лучшее, что меня ожидает, – устроиться на работу в какую-нибудь маленькую конторку кассиром или стать продавцом на рынке.
Можно было бы поразмышлять о творческой профессии, что нынче в моде, но руки растут у меня не с того места, поэтому и мечтать не стоит.
Рассматриваю вариант стать мастером маникюра или парикмахером, но на небесах меня проигнорировали и никаких талантов не дали, а только вознаградили более или менее симпатичной внешностью, да острым языком, за что мне часто прилетает!
А, и еще небольшим умом, который позволяет, однако же, трезво оценивать свои данные.
Из-за своего саркастического характера и ядовитой манеры общения у меня очень мало друзей, а вернее, всего одна настоящая подруга.
А из-за лени и неумения хорошо учиться я не могу выбраться из того болота, в которое меня посадила жизнь. Уж слишком я среднестатистическая, обычная, то есть – никакая.
Ну а в личной жизни… Смотря на то, какие парни меня окружают, понимаю, что выйду замуж за потенциального алкаша, или, как вариант, раздумываю остаться одинокой навсегда.
Незаметно проходит время прогулки, и мы с Галей уже стоим у небольшого дома.
– Потусим с пацанами, развеемся. Что-то ты загруженная последнее время. И на учебе не слишком разговорчивая.
С наигранной легкостью отмахиваюсь от ее замечания:
– Забей, все норм. Пошли.
Галя лишь улыбнулась, открыла калитку и вошла во двор.
Делиться с ней своими проблемами не хочу,
Услышав басистый мужской смех из дома, я резко остановилась. Гнетущее чувство тревоги охватило меня и прошлось неприятной волной по всему телу. Внутри зашевелился червячок сомнения: правильно ли я поступила, что пришла сюда с ней?
В доме явно много парней, если судить по гулу их голосов. И не думаю, что они мои ровесники, скорее, намного старше.
– Что ты встала? – отрывает от неприятных и предосудительных подозрений Галя. Смотрю на нее, силясь понять, что происходит.
– А сколько там пацанов? Вроде много, – неуверенно выдаю свои мысли. – Девчонки кроме нас будут? – пытаюсь прощупать почву, наконец вернувшись в реальность от своих личных проблем и мыслей.
– Конечно. Ну ты даешь, – в этот раз отмахивается от меня Галя, усмехаясь в ответ. – Пацаны пиццу, роллы купили, позвали весело посидеть, провести вечерок. Не тормози, Люба. Все нормально.
Оглядываю Галю, стараясь скрыть свое явное недоверие. Стала бы она мне врать? Какой в этом смысл? Мы ведь бывшие одноклассницы, а сейчас в одной группе учимся, то есть в будущем будем пересекаться постоянно. Да нет, бред, я сама себя накручиваю. Да и что может произойти? Уйду в крайнем случае, не будут же меня удерживать против моей воли? В конце концов, в двадцать первом веке живем, существуют законы. Да и кто будет применять силу в наше время?
Успокоив таким образом саму себя, смело прохожу во двор.
На пороге дома застываю в проеме дверей.
Пять парней! Пять! И, заочно, я их знаю. Они молодые и сильные, их кровь кипит от адреналина, и всем примерно по лет двадцать-двадцать пять. Я их видела изредка в нашем городе, но ни при каких обстоятельствах не думала, что попаду в эту компанию.
Страх охватывает все мое нутро. «Бежать, свалить отсюда на хрен», – только эта мысль пульсирует в висках!
Это опасные люди. Для них закон не писан, они остались жить в девяностых, понимая и принимая только физическую силу, а тех, кто не может дать отпор их натиску, продавливают и подминают под себя.
Обдирают местных предпринимателей, избивают людей, отбирают имущество. Об этой банде разговаривают тихо, тайком, на кухнях домов и квартир, понимая, что местная полиция находится в их руках и защиты от них ждать не стоит.
В моей семье их не знают, потому что с нас взять нечего, и родители с такой проблемой не сталкивались и с местной шайкой бандитов не знакомы.
Эти уроды ничем не гнушаются, запугивая бизнесменов, занимающихся торговлей. Вплоть до кражи детей тех, кто менее сговорчив, кто слабее, и удерживания их до тех пор, пока не добьются своего. У них нет нормальной работы, и живут они на эти грязные деньги.